Побег - Евгений Сухов

Гепард налил по третьей. Варяг выпил и наконец-то приятно захмелел: голова очистилась, тело стало легким. Варяг не заметил, что отвлекся от рассказа Гепарда.

— … назначили меня в сопровождение рейса. Заодно и увольнительную дали на пять суток. Погуляешь, командир сказал, дядя Петя, по городу на Неве, на «Аврору» сходишь, в Эрмитаж… Ладно, поехали. И тут я смотрю: в самолете что-то не наши мужики. Из наших только я да Генка Шмаков остались. Он ленинградский как раз, дембель получил досрочный по ранению. Что за черт! А все рожи серьезные и на погонах по две-три звездочки. Лейтенанты. Даже майора заприметил одного — он у них командиром был. Словом, прибыли в Душанбе. Часа три постояли, самолет разгрузили — да не весь. Осталось гробов двадцать. Причем суровые лейтенанты к этим гробам на десять шагов не разрешают подойти. Хрень какая-то. А кто, спрашивается, их будет из самолета потом выносить — сами, что ли? Вносили-то мы их. В общем, заснул я. Летим из Душанбе в Ленинград через Ростов — там километров три тыщи, наверное. Сплю себе. Потом болтанка началась, я проснулся — гробы наши все разъехались. А с одного вообще крышка чуть сдвинулась. Тут меня и одолело любопытство: дай, думаю, гляну — что там. Уж больно загадочный груз. И что ты, брат, думаешь я там увидел?

Гепард сделал эффектную паузу.

— Гранатометы? — лениво высказал предположение Варяг, блаженно улыбаясь.

— Хрен! Старое обмундирование. В навал. Гимнастерки, бриджи, сапоги. А под низом мешочки белые, — Гепард поднял палец вверх. — Чуешь, брат?

Варяг нахмурился.

— Ну-ну?

— Наркота, брат, чистой воды наркота там была. Не сырец какой-нибудь сраный, а чистяк! Готовый к употреблению. И везли его сюда, в Ленинград, а потом, как я уже выяснил, — через северную Польшу дальше… Понимаешь, чем это пахнет?

— Что-то не совсем.

Гепард даже кулаком об стол шарахнул.

— Ну, брат, видать, тебе на зоне думалку совсем отшибло. Это пахнет тем, что в Афгане колоссальные плантации мака и конопли — ну, про это все знали. Но там же ее на месте и перерабатывали, перегоняли, очищали да расфасовывали, а потом гашиш, опиум и героин на наших военно-транспортных самолетах гнали в Европу. Вот!

Варяг махнул рукой и потянулся к бутылке.

— Ну и что?

— Как что? — Гепард даже вроде как обиделся на непонятливого гостя. — Сколько времени прошло — без малого десять лет? А маршрут все еще в действии. Ты думаешь, что за груз с тобой летел? Из Афгана — через российский Северо-Запад? То самое и летело! Я уверен в этом!

И тут Варяг все понял. Он и впрямь после трех согревающих рюмок водяры как-то отключился. Теперь он собрался и сосредоточился.

— Погоди, но я-то был уверен, что там стволы да боекомплекты.

— Если бы так, все бы ничего. Торговля оружием, брат, которое осталось после Афгана, и после Чечни, и после Приднестровья… Торговля этим оружием хоть и ведется тайно, но официально. И этой тайной торговле наверняка в Москве, в Минобороны, дают санкцию. Но вот чтобы сегодня караваны с наркотой гнали по тем же минобороновским каналам — для этого, брат, нужны другие санкции. Я так думаю, что когда Кремль завязал с Афганом, людей, которые занимались теми караванами, давно разогнали. Но если торговля продолжается, значит, новые люди все взяли в свои руки. Вот какая получается штука.

Варяг внимательно посмотрел на хозяина квартиры.

— А что ты это так близко к сердцу принимаешь? Может, сам балуешься?

Глаза Гепарда недобро сверкнули.

— Ты имей в виду: мой брательник младший, Гешка, от этой афганской дури на тот свет отправился. Три года назад. Так что я не балуюсь, другим не позволяю. Надеюсь, ты сам-то…

Варяг отрицательно помотал головой.

— Не поклонник. — Помолчав, он спросил. — Ну а как ты с Потапом-то сошелся?

— Долгая история. Я у него пять лет назад отсиживался в скиту.

— Бежал? — изумился Варяг.

— Нет, после отсидки. Попался по глупости. Дали «трешку». Два оттянул — выпустили. Вот к нему и попал. Хороший дед. Душевный. И племянница у него славная деваха.

Варяг, вспомнив Елену, почувствовал вдруг укол ревности.

— Да. Славная. А сидел за что?

— С местными питерскими торгашами связался. Шрам! Известная сука. В охране служил у одного купца. А на него Шрам наехал, а я, дурак, выступать стал. Ну, меня этот Шрам под суд и подвел. За незаконное хранение оружия. А ты Шрама знаешь?

Варяг так сжал кулаки, что хрустнули костяшки пальцев.

— Встречались.

— Но любви, видать, не получилось… — усмехнулся Гепард. — Тогда мне тебе не надо рассказывать — сам знаешь, что за фрукт.

— Шрам в Питере? — сразу перешел к делу Варяг. Гепард кивнул. Откинувшись на спинку стула, он с интересом смотрел на Варяга.

— Какая у него сейчас охрана? — спросил снова Варяг, заранее зная ответ.

— Стена непробиваемая — три кольца.

— Питерские или пришлые?

— И питерские, и пришлые… — Варяг неожиданно рассмеялся:

— Что-то ты вдруг стал таким неразговорчивым…

— Да и ты не краснобай, — усмехнулся в ответ Гепард. — А почему интересуешься — требуется новая встреча?

— Очень короткая — чтобы зачитать ему, суке, приговор! — брякнул Варяг. Гепард поднял брови.

— Вон оно как у вас! Ну-ну…

Варяг вдруг почувствовал симпатию к этому странному парню. И дело вовсе не в том, что он был человеком Потапа. Просто они оказались с Гепардом родственными душами — волками-одиночками, только этот, пожалуй, еще больше одиночка, чем сам Варяг. Чем сейчас занимался этот бывший спецназовец, Варяг не знал — он мог быть и торговцем, и охранником, и даже наемным киллером. Ясно лишь то, что работает он только на себя. И хотя этот парень не был вором, Варяг чувствовал, что оба они сделаны из одного и того же теста.

— Достать-то его все равно можно, — положив в рот блестящую маслину, лениво сказал Гепард. — Хоть сто человек его охранять будут. Снайперская пуля, она, знаешь ли, охраны не боится… Или ты предпочитаешь лично?…

— Желательно, — кивнул Варяг.

— Это другое дело. А что, если не секрет?

— У него моя жена и сын, — коротко сообщил Варяг. — Он их в заложниках держит. А может, уже…

— А… — только и сказал Гепард.

— Это еще не все: на нем кровь моих подельников, самых верных моих друзей. Зимой он сдал меня ментам… Могу продолжать, Егор, но всего не перечислишь.

Гепард перестал жевать, взгляд его стал колючим и жестким.

— Сколько у нас времени? — глядя на Варяга, спросил он.

Варяг пожал плечами.

— Ну пара дней есть? — настаивал Гепард.