Чужой клад - Александра Девиль

— Наше вам почтение, барышня, проходите, выбирайте товар!

Покупатель тотчас повернулся к Полине и окинул ее пристальным и, как ей показалось, оценивающим взглядом. Это был мужчина лет пятидесяти, но видный, моложавый и явно имеющий претензии нравиться женщинам. Правда, длинные усы и черная с проседью борода придавали его облику что-то купеческое, но по одежде, манере держаться и говорить он был истинный барин.

Быстро осмотрев лавку, Полина обнаружила, что здесь продаются ткани, платки, перчатки, пуговицы и еще какие-то мелочи. Первый приказчик предлагал разговорчивому барину перчатки, а второй указывал Полине на штуки тонкой разноцветной ткани и заливался соловьем:

— Такого шелка, как у нас, вы по всей Москве не найдете! Наша лавка хоть не на главной улице, а к нам сюда самые знатные барыни съезжаются за шелком. Гладите! Настоящий китайский!

Бородатый покупатель сделал пару шагов к Полине и, усмехаясь, заметил:

— Судя по всему, эта лавка находится прямо на Великом шелковом пути.

Полина поддержала его шутку:

— Возможно, ее основал сам Марко Поло.

— О! Приятно встретить на окраине Москвы красивую образованную барышню. — Покупатель приподнял шляпу и слегка поклонился. — Кстати, а я бывал в азиатских местах, где проходил Великий шелковый путь. Я вообще много путешествовал и чего только не повидал на своем веку.

— Что ж, рада за вас.

— Я мог бы рассказать вам много интересного.

— Простите. — Полина отвернулась от навязчивого собеседника и пощупала шелковистую ткань, разложенную на прилавке.

— Так что же, барышня, возьмете материи себе на платье? — спросил приказчик. — Или еще что вам угодно?

Полина подумала, что надо бы сделать какую-то покупку, чтобы ее появление в лавке не выглядело странным.

— Пожалуй, я куплю у вас эту шаль, — сказала она, выбрав большой платок благородной пурпурно-черной расцветки, который подошел бы бабушке.

С некоторой досадой девушка чувствовала на себе прилипчивый взгляд посетителя лавки и уже начала опасаться, что немолодой ловелас вздумает и дальше навязывать ей свое общество. Пока она платила за шаль, бородача позвал первый приказчик:

— Так как же, сударь-с, будете покупать перчатки-с?

— Разумеется. — Скосив глаза на Полину, покупатель подошел к приказчику.

Воспользовавшись этой минутной заминкой, девушка схватила свою покупку и стремительно кинулась к выходу. Кажется, бородач что-то крикнул ей вдогонку, но она даже не оглянулась.

Вскочив в карету, Полина приказала Ермолаю:

— Сворачивай на соседнюю улицу, да побыстрей.

Из окна кареты она оглянулась на крыльцо лавки. Там было пусто. Девушка вздохнула с облегчением, довольная тем, что, по крайней мере, назойливый барин не стал ее преследовать. Впрочем, благодаря его разговору с приказчиком она невольно узнала о том, что Василиса похоронила брата и теперь обитает в доме вдвоем со служанкой, ждет приезда племянника. Полине, желавшей поговорить с Василисой наедине, очень бы хотелось, чтоб даже служанки во время их беседы не было дома.

На соседней улице девушка обратила внимание, что усадьба, примыкавшая тыльной стороной к Василисиному двору, явно принадлежит богатому человеку, и велела Ермолаю спросить у прохожего, чей это дом. Прохожий охотно пояснил, что здесь живет купец Щетинин, разбогатевший на торговле солью и рыбой.

— Поехали дальше! — крикнула она Ермолаю, а через пять или шесть домов приказала ему вновь остановиться.

— Да кого же мы ищем-то, барышня? — удивился кучер.

Но Полина уже заметила впереди трактир и велела Ермолаю остановиться неподалеку от этого заведения, над которым красовалась слегка покривившаяся вывеска «Пирожник», подкрепленная старательно намалеванным изображением румяного пирога.

Ермолай только почесал затылок, помогая барышне выйти из кареты, и совсем уже скучным голосом спросил:

— Да неужто вы в трактир собрались?

— Нет, как тебе такое в голову пришло? — Полина пожала плечами. — Трактир «Пирожник» служит мне приметой. Здесь рядом живет бабушкина старая знакомая, мне надо к ней зайти. А ты ожидай меня в карете, никуда в сторону не отъезжай. Я поговорю с барыней, возьму у нее лекарства и вернусь.

— Так, может, мне вас прямо к дому сопроводить?

— Нет. Эта барыня — гадалка, она велит, чтобы к ней приходили в одиночку, без сопровождения. Жди меня здесь.

Полина пошла вперед и скоро скрылась от глаз Ермолая за выступом ближайшего дома. Оглянувшись, дабы убедиться, что ни кучер, ни какие-либо любопытные прохожие ее не видят, девушка накинула на голову густую вуаль и, свернув за угол, быстрым шагом поспешила к Василисиному дому.

День уже клонился к вечеру, но Полину это не пугало: наоборот, ей хотелось бы, чтоб как можно скорей наступили сумерки, в которых никто бы не разглядел ее лица.

Подойдя к дому лекарки, она слегка замедлила шаг, потом и вовсе остановилась, увидев, что из калитки выходит та самая здоровенная баба, которая давеча входила сюда с корзиной.

Дождавшись, когда баба скроется из виду, Полина быстро юркнула в калитку и закрыла ее за собой. В этот момент из будки выскочил дворовый пес на цепи и громко залаял. Полина невольно вздрогнула и, повернувшись к крыльцу, увидела на ступеньках Василису — строгую, заметно похудевшую, одетую в черное платье, с черным платком на голове.

Сделав к ней два неуверенных шага, девушка откинула вуаль и ломким голосом спросила:

— Ты не узнаешь меня. Василиса?

— Как же не узнать вас, барышня Полина? — Василиса сошла со ступеньки и слегка поклонилась. — Здоровья вам и вашей бабушке.

— И тебе здоровья, Василиса. Приношу свои соболезнования. От соседей я узнала, что брат твой умер. Пусть земля ему будет пухом.

Василиса вытерла глаза кончиком платка и вдруг сказала:

— А у меня было предчувствие, барышня, что вы ко мне скоро приедете.

— Ты же когда-то приглашала меня к себе, вот я и приехала.

— Вы одна или с бабушкой?

— Одна, бабушка осталась в Лучистом. Она заболела, и я приехала в Москву за лекарством. Его здесь в аптеке приготовят на завтра. А я вот пока к тебе пришла поговорить, посоветоваться.

— Что ж мы на пороге-то стоим? Входите в дом, барышня, разговор у нас, видно, будет важный.

— А ты одна в доме?

— Одна. Федосья, работница моя, пошла подсобить своей хворой подружке. А гостей никаких я сегодня не жду, так что можем с вами поговорить без помех.

Полине даже стало неловко оттого, что знахарка, кажется, догадалась о сокровенном характере того дела, которое привело сюда барышню из Лучистого.