Белый Джаз - Джеймс Эллрой

Голливудский продуктовый рынок – «Воды и вино».

Ворота, автостоянка. Машины, покупатели, рассыльные с тележками.

20: 00 – сижу в припаркованной у тротуара машине. Потный, раздраженный – бронежилет попался тесный и трет.

Ко мне идет Брюнинг – наискосок через парковку.

Тащит с собой чемодан.

Жирнее жирного – его бронежилет аж на бедрах вздулся.

Огни парковки – это отъезжают-подъезжают многочисленные покупатели. Никого похожего на полицейского в штатском.

Я выскочил наперерез. Брюнинг подобрался: складки жира на шее, жабоподобный урод.

– Покажи деньги.

– Дад сказал, что сначала ты должен показать мне Веккио.

– Просто покажи.

Он открыл – вернее, слегка приоткрыл – чемодан. Пачки банкнот – запросто могли означать искомые пятьдесят штук.

– Убедился?

Мимо скользнул рассыльный, сунув руки под фартук. Парик, знакомое…

Брюнинг вылупил на него глаза – Что-о?

Знакомое лицо с глянцевой черно-белой фотографии – той самой, сделанной агентами наружного наблюдения.

Брюнинг нащупал свою пушку —

Чемодан плюхнулся на землю.

Я ухватил свой «сорок пятый» под бронежилетом.

Мнимый рассыльный выстрелил сквозь фартук, держа оружие двумя руками, – Брюнинг получил две пули в голову.

Крики.

Легкий ветерок – в воздухе плавают купюры.

Я выхватил оружие – «рассыльный» кинулся ко мне, держа в вытянутых руках пистолет.

В упор: три выстрела – пули отскочили от брони и отбросили меня назад. В глазах защипало от едкого дыма – выстрелил сквозь слезы.

Тоже в упор: не попасть было невозможно – начисто снес окровавленный теперь парик, господи твою мать…

Вопли.

Покупатели хватают банкноты.

Брюнинг и «рассыльный» – лежат грудой, мертвыми.

Еще один «рассыльный» – целится в меня, привалившись к капоту автомашины.

Люди – бегут, топчутся, сбиваются в кучи, падают на тротуар.

Я шлепнулся на землю, раскинув руки. Выстрелы – громко, точно из винтовки.

Снайперы на крышах.

«Рассыльный» смешался с толпой – «живые щиты» со всех сторон.

Снайперы – Эксли прислал-таки подкрепление.

Стреляют в «рассыльного» – и не попадают.

Взрывается мегафон: «Прекратить огонь! Заложник!»

Я поднялся. «Заложник» – мнимый рассыльный тащит, пятясь назад, какую-то старуху.

Которая толкает его локтями и царапает – сопротивляется, словом.

Сверкнуло лезвие – он перерезал ей горло до самой трахеи.

Мегафон орет: «Огонь!»

Старушку моментально изрешетили из винтовок – рассыльный грохнулся наземь, увлекаемый мертвым весом.

Бегом —

Прямо по диагонали – единственное место, откуда ему не видно.

НЕ СТРЕЛЯЙ, ОН НАШ! – кто-то, где-то.

На него – через его щит – это несчастное создание с распяленным ртом и перерезанной шеей. Я выстрелил ей в лицо – выстрел разделил их. Я узнал его – очередной мертвец с глянцевой фотографии ФБР.