Голова на серебряном блюде - Содзи Симада

– Неужели тут поблизости есть дома?

– Не то чтобы прямо поблизости… Где-то в десяти милях отсюда есть один дом. Узнал про него у местных.

Леона обернулась за спину и уставилась на Митараи.

– Это правда вы?

– Увы, да.

– Я не сплю?

– За это я уже не буду ручаться.

– Вы приехали спасти меня?

– Не очень-то мне хотелось это делать… К сожалению, когда-то я ляпнул глупость – пообещал прийти тебе на помощь, если ты попадешь в беду. Но уговор есть уговор, ничего не поделаешь.

– Какое счастье! – Леона, изогнувшись, обняла Митараи. Из глаз у нее потекли слезы. – Вы даже не представляете, насколько тяжело мне было… Еще немного, и на этот раз я бы умерла. Я осталась совсем одна и несколько раз думала, что мне конец… Но теперь, когда вы рядом, можно уже не бояться.

– Верно. – В голосе Митараи слышалась уверенность.

– Вы знаете, что произошло?

– Я подробно расспросил Эрвина. Он выслал мне факсом примерную карту местности, схемы мечети и декорации.

– Вы близки к разгадке?

– Пока что совсем нет. Сейчас я как раз вел полевое расследование. Зато в Лос-Анджелесе раздобыл несколько фактов, про которые вы не знаете. Если грамотно ими воспользоваться, то даже вам будет по силам разгадать эту тайну.

– Как хорошо, что вы так уверены в себе… Сейчас вы моя единственная надежда. Как много вы знаете об этой трагедии?

– Знаю обо всем до момента странной смерти Ларри Говарда. В том числе что перед этим погиб Мирандо, а ты, судя по всему, знала об этом и молчала.

– Вы тоже так считаете?

Митараи, взглянув на Леону сверху вниз, сказал:

– Да.

– Я уже плохо помню, что произошло. И не очень-то хочу обсуждать это в подробностях.

– Без проблем. У меня нет нужды расспрашивать тебя об этом. Я уже навел о тебе справки.

Леона обеспокоенно взглянула на Митараи. Лошадь тем временем медленно подходила к мечети.

– И как же много вы про меня узнали?

– Всё.

– Ясно… Но не стоит верить всем слухам. На меня часто наговаривают.

– Думаешь, я этого не понимаю? Так что же, ты не обливала вином Люсиль Бэнкрофт на вечеринке в отеле «Уилшир»? И не ударяла Джанет Бун на пятидесятилетии творческой карьеры Дайан Манилоу? Все это тоже клевета?

Леона не сводила глаз с Митараи.

– Интересно, о твоем пристрастии к наркотикам тоже все вокруг клевещут?

Леона вскрикнула.

– Ну и много же болтунов в Голливуде! Что за люди вам такое сказали? Небось, еще поражались, что я до сих пор не за решеткой…

– Да, говорили такое. Ты весьма и весьма популярна.

– Но на этот раз мне действительно конец. Наверное, они поднимут бокалы по этому случаю… Детективы из Лос-Анджелеса едут сюда, чтобы арестовать меня. Возможно, они прибудут уже сегодня.

– По какому подозрению?

– Не хочу говорить. Но не из-за вина. Еще недавно я была связана, как животное… Все говорят, что моя карьера окончена. – Леона обхватила голову руками.

– И почему же?

– Я помню кое-что странное, но не уверена, было ли это наяву. У меня как будто все смешалось в голове. Но, кажется, вчера ночью погиб или пострадал кто-то еще. Трупы лежат в палатке у стены мечети, можете позже взглянуть на них… Погодите-ка! Мы возвращаемся к мечети?

– Да. Потому я и приехал.

– Стойте, нет! Мне страшно! Меня опять будут пытать! Отвезите меня в аэропорт!

– И что же ты намерена там делать?

– Бежать. Все говорят, что я убила кучу людей…

Митараи пристально посмотрел на Леону.

– Так это ты их убила?

Актриса вздрогнула.

– Я ничего не… Мне страшно! Возможно, и впрямь я. Но я и сама не понимаю. Мной как будто что-то овладело. И если это так, то даже вам уже меня не спасти. Понимаете, о чем я?.. Я про случившееся на Кураями…[57]

– Ты ведь знаешь мое мнение о вашей семейной истории.

– Приятно это слышать, но Уокиншоу с вами не согласится. Помню, что он сравнивал нас с семьей Калликак. Так что, возможно, я и вправду обречена. Я очень рада, что вы приехали, но у меня плохое предчувствие. Я не переживу, услышав от вас, что преступница действительно я. Пожалуй, я уже не та, что четыре года назад…

– Леона, в этот раз времени у меня немного. По всем признакам дело очень сложное, так что расследование не обещает быть легким. Но я хочу побыстрее с ним разобраться и вернуться в Лос-Анджелес – у меня еще остались там дела. Уж извини, но если убийцей окажешься ты, то ничего утаивать я не буду. Надеюсь, мне не придется это делать. Что сделано, того уже не исправишь… Я уже не в силах что-либо изменить.

– Какое облегчение! Вы ничуть не изменились!

Отвернувшись от Митараи, Леона украдкой всплакнула. Лошадь продолжала спускаться по холму в направлении мечети.

– Надо же, какие пропеллеры!

– И кому пришло в голову делать такой декор…

– По-твоему, это декор?

– Не согласны? – Леона обернулась к Митараи.

– Готов держать пари, что они тут не просто так.

– И зачем же они нужны?

– Пока не знаю. Насколько я вижу, они одинакового размера. Значит, серийного производства. Может, кто-нибудь подсчитал их или зарисовал схему их расположения?

– Не думаю.

– А что насчет коридора внутри мечети? Кто-нибудь набросал его на бумаге?

– Нет.

Митараи хмыкнул.

– Так я и думал… Вы же считаете, что можно развалиться на стульях, а дело раскроется само собой? Только вот это не солнечное затмение, которое проходит само собой, – язвительно сказал он.

– Я так не считала. Но я была слишком занята съемками, мне было не до этого. Думаю, это справедливо и для остальных.

– Вы вызываете к себе шеф-повара с другого конца света, чтобы он готовил вам деликатесы, но даже не удосуживаетесь найти для него кастрюли. Одно дело – когда он помирает со скуки от безделья, и совсем другое – когда у него полным-полно других задач. А завтра ему надо возвращаться в Лос-Анджелес и приниматься за другое блюдо.

– Уже завтра?..

Митараи с усталым видом кивнул.

– Из-за тебя я потратил сегодня полдня на подбор ингредиентов… Как же мне это надоело! Ты ведь знаешь мои методы? Будьте так добры в следующий раз собрать материал заранее.

– Поняла. В следующий раз так и сделаем. Если он, конечно, будет.

На это Митараи уже ничего не стал отвечать.

– Это что там, Парфенон? Любопытно… В мечеть, возле которой пристроено древнегреческое здание, прибывает съемочная команда из американских христиан. Такая же мешанина, как у вас в головах…

Леона замолчала. Ее гордость была уязвлена, но после вчерашних издевательств насмешки Митараи были ей не страшны.

– Вы ведь там едите?

– Да. В первый раз мы устроились под землей, но вот уже два дня как едим наверху, между колоннами. Двери внизу закрылись.

– Как это? – Митараи нахмурился так сильно, что его лицо приобрело устрашающий вид. – Кто их закрыл?

Леона улыбнулась.

– Это вопрос я слышала уже раз сто. Мы и сами пытались понять. Но я не знаю. Утром мы проснулись и обнаружили, что двери закрыты. А столы и стулья, которые мы ставили под землей, каким-то образом переместились наверх.

– Ну и?..

– И всё. С тех пор мы едим наверху.

Митараи презрительно рассмеялся.

– Вы прямо стадо овечек, послушно ходящих за Моисеем! Значит, все сошлись на том, что столы и стулья сами поднялись вверх по лестнице? Хотя американцы, смотрящие хорроры раз в неделю, наверное, привыкли к небольшим странностям…

– Да, такое мнение действительно было.

– А какие еще были мнения? Я не просто так это спрашиваю, здесь кроются улики первостепенной важности.

– Неужели это настолько важный момент?

– Без сомнения. Здесь и зарыта собака. Пропеллеры на крыше мечети, двери в подземелье храма, которые закрываются в одну из ночей… А наш преступник неплох! – Митараи захихикал за спиной Леоны. Его смех становился все громче, и наконец он выкрикнул: – Это ж надо такое придумать!

Леона испуганно обернулась.

– Звучит как полный бред. Но если я прав, то все просто отлично! Ну что, Леона, раскроем это дело? Тут явно есть какой-то шут. Если моя теория верна, то я прилетел сюда не впустую… Кстати, там, впереди, ведь стоит урановый