Шпионка, пришедшая с севера - Антон Леонтьев

Любезный официант принес ей чашку черного кофе.

Таня взглянула на бухту, заполненную яхтами и катерами.

Она отомстила всем. Точнее, она привела в движение скрытые пружины, ей не потребовалось мстить, каждый из пяти и без того оказался так или иначе замешанным в преступлении. Ей требовалось только воздать каждому по заслугам.

Таня не ощущала триумфа. Усталость и безграничное равнодушие. Может, получив сокровища Монтичелли, ей следовало забыть обо всем, что произошло?

Слишком поздно… Мартовское солнце светило ярко, лазурные волны Средиземного моря искрились в его лучах. Таня с наслаждением маленькими глотками пила кофе. Это поможет ей привести мысли в порядок. Она не знала, что делать дальше. Когда она находилась в тюрьме, то весь смысл существования сводился к тому, чтобы бежать. Когда она бежала и отыскала сокровища, то стремилась отомстить.

Возмездие осуществлено. Отчего же она никак не может успокоиться?

— Разрешите, графиня? — услышала она рядом с собой чей-то голос.

Татьяна лениво повела головой. Скорее всего, кто-то узнал ее: журналист или просто случайный прохожий.

За столик кафе рядом с ней присела дама. Татьяна посмотрела на нее и похолодела. Розамунда. Та самая Розамунда, директор Святой Берты. Татьяна специально выбрала кафе на южной стороне набережной, чтобы не видеть острова с мрачной крепостью, где провела столько лет.

— Или ты предпочитаешь, чтобы я называла тебя твоим настоящим именем, Татьяна Полесская? — спросила Розамунда. Она положила сумочку на стол, закинула ногу на ногу и кивком головы подозвала официанта: — Шампанское для моей подруги. Мы не виделись почти семь лет.

— Вы ошиблись, — проговорила Татьяна.

— Нет, я не ошиблась. Я искала тебя все это время, — ответила Розамунда. На ее лице сияла улыбка победительницы. — Ты хорошо замаскировалась, Татьяна. Я бы ни за что не узнала тебя. Надо же, я видела твои фото в журналах, тебя показывали по телевидению, и ни разу, поверь мне, ни разу не заподозрила, что графиня Луиза дель Орселлини и шпионка, которая бежала из Святой Берты, одно и то же лицо. Где ты раздобыла денег?

Таня посмотрела на Розамунду. Судьба, как всегда, преподносит сюрпризы. За все надо платить.

— Наверное, опять пошла на преступление, — предположила директриса Святой Берты. — С тебя станется. Знаешь, что тебя ожидает? Камера. Я уже велела подготовить ее для тебя. Представляешь, какой будет скандал! Учти, мне не нужны деньги, ты не сможешь купить меня и за сто миллионов, мне нужна только ты. Ты отправишься обратно. И проведешь там законные семнадцать лет и еще лет десять — пятнадцать за побег.

Мир, как показалось Тане, рухнул. Розамунда, как призрак из преисподней, явилась за ней.

— Я разыскала тебя. Мне так не хотелось нарушать идиллию, ты с такой тоской и умилением смотрела на море, что мне было тебя жаль. Пора, Татьяна, собирайся.

О том, что ты жива, никто не знает. И Клод-Ноэль не сможет тебе помочь.

Появился официант с бутылкой шампанского. Татьяна, недолго думая, вскочила и крикнула:

— У нее пистолет, она террористка! — и указала на Розамунду.

От неожиданности официант потерял равновесие, и бутылка полетела на пол.

Слова возымели эффект, началась паника, посетители кафе повскакивали с мест и ринулись к выходу.

Розамунда бросилась за Татьяной.

Таня вылетела на центральную площадь Бертрана, где возвышался величественный собор. Она не думала о том, что ей делать и куда бежать. Спасаться! И как можно быстрее.

— Стоять! — кричала Розамунда. — Ты от меня не уйдешь!

Таня успела перебежать через улицу и оказаться на противоположной стороне, путь Розамунде отрезала колонна черных лимузинов, которые неспешно катили по мостовой. Выезд княгини-матери и наследного князя.

Таня перевела дух.

У нее всего минута. Минута, чтобы спастись. Она не для того бежала из Святой Берты, чтобы снова оказаться в тесной камере и провести там еще тридцать лет.

Она устремилась на причал. Белоснежные яхты, дорогие катера, разноцветные паруса. Бертран готовился к новому сезону. Таня обернулась. Розамунда, облаченная в ярко-красное пальто, бежала за ней, пытаясь на ходу говорить по мобильному.

Таня прыгнула на одну из яхт и затаилась. Минутой позже Розамунда, крича в трубку, чтобы выслали полицейские наряды к причалам, пролетела мимо нее.

Сердце билось, как пойманная птица. Розамунда обязательно найдет ее. И тогда принцесса превратится в Золушку: графиня Луиза дель Орселлини снова станет осужденной Татьяной Полесской.

— Вам помочь? — услышала она и в страхе обернулась.

Мужчина, притаившись, замер рядом с ней.

— Не бойтесь, я вас не выдам, — сказал он. — Меня зовут Карл, Карл Вегнер. Я из Гамбурга.

— А ваша яхта называется «Моя мечта», — произнесла, усевшись на палубу, Татьяна.

В который раз она убеждалась, что судьба — дама капризная. Именно Карл выловил ее из бухты, когда она бежала из Святой Берты. Он спас ее от полиции.

Она взяла его визитку, но так и не позвонила.

— Вы прочитали название, — рассмеялся он. — А что, эта особа в красном, похожая на тореадора, преследует вас?

Замечательное сравнение, она — загнанный бык, которого хотят пронзить в сердце пикой.

— Мне везет с таинственными незнакомками, — продолжил Карл. — Несколько лет назад одна милая русалка просила меня о помощи. Я надеялся, что понравлюсь ей, однако когда вернулся на яхту, она исчезла. Обещайте, что не исчезнете так же бесследно, как она!

Он ее не узнал. Еще бы, пластические операции, дорогая одежда…

— Кажется, мне знакомо ваше лицо, — произнес он. — Я слежу за светской хроникой, вы — графиня…

— Молчите! — Таня по-детски зажала ему рот ладонью.

Розамунда пролетела по причалу в обратном направлении, крича в мобильник:

— Да, она здесь, я не сошла с ума, где-то на яхте. Откуда я знаю, их тут не меньше трех сотен. Перекрыть бухту… Но это невозможно…

— Никаких имен, — попросила Карла Таня. У гамбуржца были удивительно красивые глаза. И нежные губы. Таня убедилась в этом, когда он поцеловал ей руку.

— Графиня, прошу вас в салон. У меня не очень прибрано, если бы знал, что вы навестите меня, то устроил бы генеральную уборку.

Они спустились в каюту. Таня спросила:

— Что вы собираетесь делать?

— Вообще-то я бездельник, — ответил Карл. — Проматываю состояние своего папаши. Боюсь, для этого не хватит всей жизни. Графиня…

— Луиза… Или лучше Татьяна… — сказала Полесская.

Внезапно она испытала непонятное чувство. Как будто она находится около двери, за которой — сказочное будущее. У нее есть деньги. У ее ног — весь мир.