Агония страха - Михаил Март

Они встретились на вокзале и долго обнимались, будто не виделись целую вечность. После трогательной церемонии Журавлев взял вещи Метелкина, и они отправились на стоянку, где их ожидала новая «четверка» Вадима. В чем-то он оставался консерватором и предпочитал ездить на машинах, к которым привык.

– Ну, сыщик, как твое громкое дело с любовным треугольником? Твои материалы о той красотке из Ялты произвели неизгладимое впечатление на мужа?

– Мы слишком долго гуляли по Крыму. Вся моя работа пошла кошке под хвост.

Они сели в машину и тронулись с места.

– Очевидно, я что-то не понимаю, но он тебе должен был заплатить за работу, командировочные, счета…

– Платить некому. Я еле ноги унес от этой грязной истории. Его женушка приехала на пять дней раньше меня. И что ты думаешь? Она прекрасно знала, что муж нашел себе новую бабу и ищет повода с ней развестись. И тот тип, которого ты прощупывал в номере, был ею перевербован. Он сам выложил свои карты на стол. Бабенка оказалась не промах. У нее все было продумано. Из шпиона мужа она сделала сообщника и обещала ему треть наследства. Они вошли в сговор, и этот придурок разыграл из себя киллера и убил мужа в подъезде. Все как по нотам, с контрольным выстрелом в голову, а женушка в это время находилась в салоне красоты. Стопроцентное алиби. Вот так она отомстила своему благоверному, который решил выкинуть ее на улицу. Все состояние автоматически перешло в ее руки, а муженька похоронили с помпой. Она рыдала и чуть ли не прыгнула за гробом в могилу. Никто не сомневался, что мужа заказали конкуренты. У него хватало врагов, на жену никто и не подумал бы, но ее погубила жадность. Убийца не получил ничего. Она послала его к черту. А парень пошел на убийство не из-за денег, а из-за любви. Не выдержав оскорблений и унижений, он пошел и сдался ментам. Ему поверили, после того как он предъявил ялтинские доказательства с фотографиями. Красотку тут же арестовали и замуровали. Чем эта история кончится, догадаться нетрудно, а я остался с носом.

– Печальная история, но не отчаивайся. Мы твои потери компенсируем.

– Ты не забыл нашу идею о сыскном агентстве?

– Помню, только для начала надо найти исчезнувшие алмазы. Я буду искать, а ты фотографировать и вести летопись, хронику событий. Потом устроим громкий скандал, и серия статей сделает тебя ведущим репортером России.

– А что с алмазами?

– Плевать на них. Алмазы – доказательство, без них ничего не получится, а с ними мы упрячем за решетку десяток сволочей, убивших моего и Алисиного отцов. Ведь должна существовать справедливость.

– Значит, они и ее отца не пощадили?

– Алчность беспощадна. Я сам из той же породы подлецов, но я не отнимал денег у нищих и не убивал себе подобных. Для этого есть высший суд.

– Хорошо говоришь. Перевоспитываешься?

– Не знаю, но чувствую, что что-то не так в моей жизни. Ладно, не будем ударяться в полемику.

Машина остановилась. Метелкин посмотрел в окно и увидел надпись «Милиция».

– И здесь твой дом?

– Слава Богу, нет. Я забегу на минуту, мне надо выяснить, как работает паспортный стол. Мой паспорт ведь остался в Ялте, а путешествовать по России без документов сегодня невозможно. А нам потребуется быстрое передвижение.

– Что ты задумал?

– Потом расскажу.

Вадим направился к зданию милиции.

Они встретились в коридоре. Журавлев расплылся в улыбке, а капитан Марецкий удивился. Он не ожидал встретить Вадима в родном учреждении.

– Привет, Степа! Чертовски рад тебя видеть.

– Здорово, Дик. Давно приехал?

– Дней пять назад.

– Мог бы позвонить.

– В делах зашился. Вот скоро все закончу и обязательно повидаемся. Скажи мне, Степа, а ты мог бы помочь мне с паспортом? Я свой потерял, а в паспортном столе сказали, что не раньше, чем через месяц. А мне отъехать надо дня на три.

– Зайдем ко мне в кабинет, что-нибудь придумаем.

Кабинетом считалась семиметровая каморка, где с трудом помещался стол, два стула и железный шкаф.

– Присядь.

Журавлев сел и взглянул в окно. Метелкин разгуливал возле машины и курил.

Капитан открыл шкаф, достал паспорт и положил его на стол.

– Кажется, твой.

Вадим открыл рот от изумления.

– Как он к тебе попал?

– Из Ялты прислали, какой-то майор Скоков. Сопроводительного письма не было, так что где его нашли, я не знаю.

– Неожиданный сюрприз.

– Не говори, ты у нас мастер на сюрпризы. По чужим сберкнижкам по сто семьдесят тысяч получаешь, воруешь у бандитов документы, после чего убивают твоего отца и по ходу дела еще десяток человек, а ты удивляешься, почему тебя мафия разыскивает и чем ты ей насолил. И много добра нажил за последние пять лет, как ушел из прокуратуры?

Журавлев молчал. Марецкий сел за стол и тоже молчал.

– Ну и что, Степа, наручники на меня наденешь?

– А ты как хотел? Продолжать профессоров потрошить?

– Послушай, Степан, – глаза у Вадима загорелись. – я начал расследовать дело в сберкассе. Ты Рамзеса арестовал. А почему бы тебе и не завершить это дело, как полагается, с победой и почестями?

– Никакого дела не существует. Все, что у нас было, забрала прокуратура и передала в ФСБ.

– Плевать на них. Они все равно ничего не найдут, а мы найдем. Главное, кто сумеет поставить последнюю точку, а не у кого лежит и пылится груда бумаги, обобщенная в одно делопроизводство. Я прав?

– Ты меня в свои аферы и авантюры не втравливай. Я работаю в рамках закона.