На службе зла - Роберт Гэлбрейт

– Туфли. – Заказав ей кофе, он ткнул пальцем в пакет.

– Молодец, – улыбнулась Робин. – Туфли. Да. Свадебные, – добавила она, потому что в конце концов настало время признать очевидное.

С тех пор как она возобновила помолвку, вокруг этой темы словно висело некое табу.

– Ты ведь придешь, да? – добавила она, когда они устроились за столиком у окна.

Разве мы договаривались? – подумал Страйк. Ему прислали напечатанное заново приглашение, которое, как и первое, представляло собой жесткую карточку кремового цвета с нанесенным на нее черным текстом, однако он не помнил, чтобы обещал прийти. Робин выжидающе смотрела на босса, чем напомнила ему Люси, которая пыталась затащить его на день рождения своего сына – его племянника.

– Приду, – нехотя выдавил он.

– Может, поручишь мне подтвердить твое присутствие? – предложила Робин.

– Не надо, – сказал он. – Я сам.

А для этого, вероятно, придется позвонить ее матери. Вот как женщины тебя и охмуряют, подумал он. Включают в списки, вынуждают согласиться на свои требования. Убеждают, что негоже будет оставлять закуски на тарелке нетронутыми, стул с золоченой спинкой – пустым, а именную табличку – стыдливо лежащей на столе в знак твоей бестактности. Он не мог навскидку придумать, чего бы ему хотелось еще меньше, чем смотреть, как Робин выходит замуж за Мэтью.

– А хочешь… может, мне и Элин пригласить? – предложила Робин, надеясь, что у него на один-два градуса поднимется настроение.

– Нет, – отрезал Страйк без колебаний, но в ее предложении он прочитал что-то вроде просьбы и смягчился. – Давай, что ли, посмотрим туфли.

– Тебе нельзя!..

– Прошу же как человека.

С трепетом, позабавившим Страйка, Робин вынула из пакета коробку, сняла крышку и развернула оберточную бумагу. Внутри оказались закрытые туфли на шпильке, гладкие и блестящие, цвета шампанского.

– Не слишком рок-н-ролльно, для свадьбы-то? – заметил Страйк. – Я думал, они должны быть… не знаю… с цветочками.

– Их даже не видно будет, – сказала Робин, поглаживая пальцем одну из шпилек. – Там еще были на платформе, но…

Она осеклась. Правда заключалась в том, что Мэтью не хотелось, чтобы его невеста выглядела слишком высокой.

– А как мы будем строить беседу с Джейсоном и Бурей? – спросила она, закрывая коробку крышкой и убирая в пакет.

– Возьмешь инициативу на себя, – распорядился Страйк. – Ведь только ты с ними общаешься. А я при необходимости вклинюсь.

– Ты должен понимать, – смущенно сказала Робин, – что Джейсон поинтересуется насчет твоей ноги. Он же думает, что ты… ты соврал ему о том, как ее потерял.

– Да, я помню.

– Ладно. Я просто не хочу, чтобы это тебя задело и все такое.

– Надеюсь, я смогу держаться в рамках, – сказал Страйк, которого даже обрадовала такая забота. – И руки распускать не собираюсь, если ты об этом.

– Тогда хорошо, – сказала Робин. – Судя по фотографиям, такого одним пальцем перешибить можно.

Страйк закурил; они прошли бок о бок по Кингз-роуд до того места, где в стороне от проезжей части, за скульптурой, изображающей сэра Ганса Слоуна[76]в парике и чулках, виднелся вход в галерею. Пройдя под аркой в стене светлого кирпича, они оказались в зеленом внутреннем дворике, который, если бы не шум оживленного уличного движения, мог бы принадлежать загородному особняку. Дворик с трех сторон обрамляли здания девятнадцатого века. Впереди – вероятно, в бывшей казарме – располагался «Гэллери Месс».

Страйк, который изначально представлял себе кафе, втиснутое в галерею, теперь понял, что это заведение гораздо выше классом, и с некоторыми опасениями вспомнил и свою задолженность по кредиту, и обещание заплатить за обед, причем на четыре персоны.

К ресторанному залу, длинному и узкому, слева примыкало второе, более просторное помещение, отделенное арочными проемами. Белые скатерти, лощеные официанты, высокие сводчатые потолки и развешенные по стенам произведения современной живописи только усиливали тревогу Страйка насчет предстоящих расходов, когда метрдотель провожал их в центр зала.

Пара, которую они высматривали, выделялась среди элегантно одетой, в основном женской публики. Джейсон, высокий, худосочный, длинноносый парень, явился в бордовой фуфайке и джинсах; весь его вид говорил о том, что при малейшей опасности он обратится в бегство. Вперившийся взглядом в расстеленную на коленях салфетку, он смахивал на цаплю. Буря, чьи черные, коротко подстриженные волосы явно были крашеными, носила очки с толстыми линзами в квадратной черной оправе и в физическом плане была противоположностью своего спутника: бледная, низенькая и рыхлая, с маленькими, глубоко посаженными глазками, похожими на изюмины в кексе. В черной футболке с растянутым на мощной груди ярким мультяшным пони, она сидела в придвинутой к столу инвалидной коляске. Оба уже изучали меню. Буря успела заказать себе бокал вина.

При виде Страйка и Робин она просияла и коротким указательным пальцем ткнула Джейсона в плечо. Парень с опаской огляделся по сторонам; Страйк отметил ярко выраженную асимметрию его бледно-голубых глаз: один на добрый сантиметр выше другого. Из-за этого у парня была странно беспомощная физиономия, будто слепленная наспех.

– Привет, – сказала Робин, улыбаясь и протягивая руку Джейсону. – Рада наконец-то увидеться.

– Здравствуйте, – пробормотал он, протягивая ей вялые пальцы.

Бросив мгновенный взгляд на Страйка, он покраснел.

– Ну привет! – сказала Буря, протягивая руку Страйку и все еще улыбаясь. Она ловко сдвинула коляску на несколько дюймов в сторону и предложила, чтобы Страйк взял себе стул от соседнего стола. – Место просто дивное. Тут легко передвигаться, персонал очень предупредительный. Извините! – громогласно обратилась она к проходящему официанту. – Можно нам еще два меню, будьте добры.

Страйк сел рядом с ней, а Джейсон подвинулся, чтобы освободить возле себя место для Робин.

– Милое заведение, да? – сказала Буря, пригубив вина. – Официанты весьма тактичны по поводу инвалидной коляски. Так участливы, лучшего и желать нельзя. Буду рекомендовать это место на моем сайте; я делаю обзоры заведений с инфраструктурой для инвалидов.

Джейсон ссутулился над своим меню, избегая встречаться взглядом с остальными.

– Я сказала ему: ты заказывай, не стесняйся, – преспокойно сообщила Буря Страйку. – Он не понимал, сколько вы зарабатываете, распутывая эти случаи. А я ему прямо сказала: пресса их озолотит за такую историю. Видимо, на это вы сейчас и делаете ставку – на расследование самых резонансных дел?