Пентаграмма - Ю Несбе

— Плохие, — ответил Харри. — Он приезжает сюда с Олегом.

Харри и Свен сидели на полу в коридоре и ждали.

— Опаздывает, — сказал Свен.

— Да.

Пауза.

— Давай называть песни Игги Попа на букву «си», — предложил Свен. — Начинай.

— Отстань.

— «China Girl».

— Не сейчас, — буркнул Харри.

— Помогает. «Candy».

— «Cry For Love».

— «China Girl».

— Уже было. Сам называл, Сивертсен.

— У нее две версии.

— «Cold Metal».

— Боишься, Харри?

— До смерти.

— Я тоже.

— Отлично. Шансы выжить растут.

— Насколько? На десять процентов? На двад…

— Тшшш! — шикнул Харри.

— Это лифт? — прошептал Сивертсен.

— Поднимаются. Дыши глубоко и спокойно.

Они услышали, как с тихим стуком лифт остановился. Прошло две секунды. Лязгнула решетка. Тихий протяжный скрип. Харри понял, что Волер осторожно открывает дверь.

Тихое бормотание. Звук открываемого мусоропровода. Свен вопросительно посмотрел на Харри.

— Подними руки так, чтобы он мог их видеть, — прошептал Харри.

Они синхронно подняли руки вверх, лязгнули наручники. Открылась стеклянная дверь в конце коридора.

На Олеге были тапки, пижама и спортивная куртка. В голове Харри внезапно возникла картина. Коридор. Ночная рубашка. Шарканье тапок. Мама. Больница.

Прямо за спиной Олега шел Том Волер. Он держал руки в карманах короткой куртки, Харри различал очертания дула пистолета.

— Стоять! — приказал Волер Олегу, когда между ними и Харри со Свеном оставалось пять метров.

Олег смотрел на Харри испуганными черными глазами. Харри старался смотреть в ответ с уверенностью и решительностью во взгляде.

— Парни, а что это вы прикованы друг к другу? Уже стали неразлучными?

Говорил Волер громко, и Харри понял, что он просмотрел списки, составленные перед совместной операцией, и выяснил то, что Харри уже знал: жильцов сейчас на четвертом этаже не было.

— Мы поняли, что в общем-то сидим в одной лодке, — ответил Харри.

— А почему вы сидите не в комнате, как я сказал?

Волер встал так, чтобы Олег оказался между ними.

— А зачем тебе нужно, чтобы мы сидели в комнате?

— Сейчас вопросы задаешь не ты, Холе. Марш в комнату.

— Извини, Том.

Харри повернул свободную руку, между пальцами были зажаты два ключа, побольше и поменьше.

— От комнаты и от наручников, — пояснил он.

Потом открыл рот, положил ключи на язык, подмигнул Олегу и сглотнул.

Том Волер недоверчиво смотрел, как ходит его кадык.

— Придется изменить план, Том, — вздохнул Харри.

— И какой он будет теперь?

Харри прислонился к стене, поджал под себя ноги и почти уже встал, когда Волер достал из куртки пистолет. Увидев направленное на него оружие, Харри скривился, похлопал себя по груди и сказал:

— Ты ведь помнишь, Том, что я несколько лет за тобой следил и уже изучил твои повадки. Ты убил Сверре Ульсена у него дома, а представил как самооборону. И на портовом складе проделал то же самое. Так что, думаю, ты собирался убить меня и Свена Сивертсена в комнате, а потом выставить это в таком свете, будто я сначала застрелил его, а потом застрелился сам. После чего ты покинул бы место преступления, предоставляя коллегам возможность найти меня. В полицию позвонил бы анонимный доброжелатель и сообщил, что слышал выстрелы в общежитии.

Том Волер нетерпеливо посмотрел по сторонам.

Харри продолжал:

— Все логично: инспектор Харри Холе, алкоголик и психопат, не выдержал, наконец. Его бросила любимая женщина, выкинули из полиции. Он похищает арестанта. Саморазрушающая ярость оканчивается кошмаром, личной трагедией. Так?

Волер слабо улыбнулся:

— Неплохо. Только ты забыл маленькую деталь: от любовной тоски ты ночью проникаешь в дом своей бывшей возлюбленной и похищаешь ее сына. Его труп найдут рядом с вашими.

Харри старался дышать спокойно:

— Ты действительно думаешь, что они проглотят эту историю? Мёллер? Начальник криминальной полиции? СМИ?

— Разумеется, — сказал Волер. — Ты что, не читаешь газет? Не смотришь телевизор? Эту историю будут обсасывать пару дней, максимум неделю, если за это время ничего не случится, ничего по-настоящему интересного.

Харри не ответил.

Волер улыбнулся:

— А тут интересно только то, что ты верил, будто я вас не найду.

— Уверен?

— В чем?

— В том, что я не знал, что ты найдешь сюда дорогу?

— В таком случае я бы на твоем месте смотался отсюда. Ну а сейчас, Холе, путей к отступлению не осталось.

— Это точно. — Харри сунул руку в карман пиджака.

Волер вскинул пистолет. Харри достал из кармана мокрую пачку сигарет:

— Я в ловушке. Вопрос только: на кого ловушка? — Он достал сигарету.

Волер сощурил глаза:

— В смысле?

— Ну… — Харри разломил сигарету надвое и сунул фильтр в зубы. — Паршиво, когда все в отпусках, а? Народу не хватает ни чтоб установить в общаге камеры видеонаблюдения, ни чтоб их убрать. — Харри заметил, как у его коллеги мелко задрожало веко. Он указал пальцем через плечо. — Посмотри в правый верхний угол, Том. Видишь?

Волер быстро взглянул, куда указывал Харри, потом опять на него.

— Я уже сказал, Том, что знаю, как у тебя работает голова. Знал я и то, что рано или поздно ты нас найдешь. Главное было не поддаться раньше времени, чтобы ты не заподозрил ловушку. С утра в воскресенье я долго беседовал с одним нашим общим знакомым. До сих пор он сидит в автобусе и ждет, когда же начнется действо. Помаши Отто Тангену.

Том Волер часто заморгал, как будто в глаз ему попала соринка, и довольно неуверенно произнес:

— Ты блефуешь, Харри. Я знаю Тангена. Он никогда бы на такое не отважился.

— Я передал ему все права на дальнейшую продажу этого видеоматериала. Только представь себе, Том. Запись грандиозного шоу с участием велокурьера-маньяка, сумасшедшего следователя и продажного инспектора. Телеканалы всего мира встанут в очередь. — Харри шагнул вперед, натянув цепочку наручников. — Том, может, чтобы не усложнять себе жизнь, отдашь мне пистолет?

— Стой где стоишь, Харри, — прошипел Волер и мгновенно направил оружие в спину Олегу.