Я, опять я и еще раз я - Нора Робертс

— Весь?

— Все, что мы нашли. Уничтожена вся подпольная клиника. Уничтожено все: оборудование, документация, технология.

Ее красивые глаза смотрели на него спокойно и решительно.

— Что вы теперь собираетесь с нами делать?

— Отвезу вас всех к Авриль.

— Нет, это не годится. Тогда вы будете знать, где мы. Ведь она не останется, если вы узнаете, а нам нужно время, прежде чем снова тронуться в путь.

Она была совсем еще ребенком, и у нее на руках было двое детей. И все же в каком-то смысле она была старше его. И не она одна, все они были старше его.

— Ты сможешь добраться до нее самостоятельно вместе с ними двумя?

— Да. А вы нас отпустите?

— Это все, о чем просила ваша мать. Это было ее последнее и единственное желание. Она думала, что так будет лучше для вас. Для всех вас.

Точно так же его мать думала о нем. Его мать умерла, думая, что поступает так, как будет лучше для него. Разве он мог этого не уважать?

Диана вылезла из машины, держа за руку двухлетнюю девочку и другой рукой прижимая к себе новорожденную.

— Мы вас не забудем.

— И я вас не забуду. Будь осторожна.

Рорк провожал их глазами, пока они не скрылись из виду.

— Бог в помощь, — прошептал он, потом взял свой телефон и позвонил Луизе.

Ева присоединилась к нему только через два часа. Бросив взгляд на фургон мобильного медпункта, стоявший рядом с его машиной, она прошептала:

— Слушай, я устала. Я хочу домой.

— Как только я проведу осмотр, можешь считать себя свободной. — Из фургона показалась Луиза. — К сожалению, дезинфекции у меня на борту нет. От вас обоих так и разит.

Уже занимался рассвет. Ева решила не тратить время и забралась в фургон вслед за Луизой.

— Никаких транквилизаторов, никаких болеутоляющих. Мне и без того плохо, не хочу окончательно отупеть. — Она бросила свирепый взгляд на Рорка, вошедшего следом. Он лишь улыбнулся в ответ.

— Лично я ничего не имею против транквилизаторов. Надо немного расслабиться, сбросить напряжение.

— Он что, под кайфом? — спросила Ева у Луизы и зашипела, когда шприц впился ей в плечо.

— Немного. Главным образом это переутомление. Ну и потеря крови немалая. Глубокая плечевая рана плюс порез на голове. Не понимаю, как он до сих пор на ногах держится. Кстати, то же самое касается и тебя. Я предпочла бы взять вас обоих в клинику.

— Я предпочла бы оказаться в Париже и пить шампанское.

— Летим прямо завтра. — Рорк сел рядом.

— У тебя полон дом ирландских родственников, — напомнила Ева.

— Ты совершенно права. Ну, значит, мы останемся дома и напьемся вдрызг. Мои ирландские родственники должны оценить старый добрый запой. А если нет, значит, они мне не родственники. Верно?

— Интересно, что они подумают, когда мы приползем домой на бровях, вонючие, как скунсы, и все в крови? Черт бы тебя побрал, Луиза!

— Без транквилизаторов к тебе не подступишься. Сама напросилась.

Ева возмущенно фыркнула и тут же снова втянула в себя воздух, готовясь к новой медицинской атаке.

— Я тебе скажу, что они подумают: что мы живем полноценной и захватывающей жизнью.

— Я люблю тебя, дорогая Ева. — Рорк потерся носом о ее шею. — И тэ дэ, и тэ пэ.

— Нет, он не просто под кайфом. Он совсем рехнулся, — решила Ева.

— Отправляйтесь домой и поспите хоть немного, — сказала Луиза, закончив манипуляции. — Завтра мы с Чарльзом придем пораньше, и я обработаю вас еще раз.

— То-то будет потеха. — Ева выпрыгнула из фургона и скривилась от боли в раненом бедре.

— Спасибо, Луиза. — Рорк поцеловал ей руку.

— Обычная работа. Я тоже живу полноценной и захватывающей жизнью.

Ева дождалась, пока фургон не отъедет.

— Где Диана и остальные две?

Рорк взглянул на чуть светлеющее небо.

— Понятия не имею.

— Ты дал им уйти?

Он встретился с ней взглядом. Глаза у него были усталые, но совершенно ясные.

— А у тебя были другие планы?

Ева немного помолчала.

— Я созвонилась с Фини и попросила снять слежение за датчиком. В этом больше нет нужды. Когда клиника взорвалась, все эти датчики были обесточены. Официально Диана Родригес мертва. Погибла при взрыве в клинике Тихого Рождения. Об остальных двух несовершеннолетних никаких записей нет. И не могло быть.

— А без документов человек официально не существует.

— Вот тебе преимущества технологии. Авриль Айкон исчезла. У меня имеется предсмертное признание Дины, снимающее с нее всякую ответственность за убийства, произошедшие в зоне моей юрисдикции. Но и без этого признания прокурор не собирается предъявлять ей обвинение. В настоящий момент любая попытка ее обнаружить будет рассматриваться как неэффективная трата времени, сил и средств департамента. Федеральные власти могут придерживаться иного мнения.

— Но они ее не найдут.

— Скорее всего, нет.

— У тебя будут неприятности?

— Минимальные. Совсем скоро Надин произведет свой собственный взрыв. Что там было, под землей? — Ева повернулась и бросила взгляд на клинику. — Все превратилось в пыль. Федералы, вероятно, смогут идентифицировать и отследить кое-кого из клонов, но большинство из них сумеет раствориться в толпе. Они же все-таки умны. Насколько я понимаю, на этом все кончается.

— Тогда поехали домой. — Рорк обхватил ее лицо ладонями, поцеловал в лоб, в нос, в губы. — Нам с тобой есть что отметить в День благодарения.

— Да, нам есть что отметить. — Ева стиснула его руку, как тогда, когда смерть следовала за ними, отсчитывая последние секунды.

А потом, выпустив его руку, она обогнула машину и села рядом с ним. Он занял место за рулем.

Мир никогда не был идеальным местом и никогда не будет. Но сейчас, когда солнце вставало над ее богом забытым городом, Ева решила, что она согласна и на такой мир. Ей показалось, что это чертовски выгодная сделка.