Огнепоклонники - Нора Робертс

Рина удивила и его, и себя. Она вдруг схватила с кухонного прилавка кружку и швырнула ее об стену.

– Ты законченный идиот! Я люблю тебя!

Бо закрылся рукой, словно защищаясь от новой кружки, хотя руки Рины бессильно повисли вдоль тела.

– Погоди минутку, хорошо? Одну минутку.

– Да пошел ты!

Рина бросилась на него, но он схватил ее за руку.

– Я просил тебя подождать одну минутку. Похоже, твоя любовь принимает странные формы, – заметил Бо.

– Не смей смеяться надо мной. Ты сам все это начал. Я ничего не делала, я только вышла на свой собственный задний двор в тот день.

– Я и не думал над тобой смеяться. Я просто пытаюсь перевести дух. – Бо продолжал крепко удерживать Рину за руку, не поднимаясь со стула, и пакет мороженых овощей медленно таял на его разбитом колене. – Когда ты говоришь, что любишь меня, это Любовь с большой буквы или с маленькой? Только не вздумай меня бить, – предупредил он, увидев, как ее свободная рука сжалась в кулак.

– Я не собираюсь прибегать к физической силе. – Но соблазн был велик. Рина с трудом заставила себя разжать руку, расслабить мышцы. – Буду тебе очень признательна, если ты отпустишь мою руку.

– Ладно. А я буду тебе признателен, если ты не убежишь отсюда, вынуждая меня хромать за тобой следом. Вдруг меня схватит судорога, и я изрежу себе ноги осколками?

Ее губы дрогнули в улыбке.

– Вот видишь? Черт, вот почему это со мной случилось. Ты не слобак, Гуднайт, но ты такой симпатяга, что создается впечатление, будто тобой можно манипулировать. И ты уступчив. Ты буквально на все готов, вплоть до самой границы, проведенной у тебя в голове. Но чтобы заставить тебя перейти эту границу, наверно, потребуется динамит. Мама была права. Моя мама всегда права. – Рина со вздохом подошла к шкафу, вынула щетку и совок. – Ты похож на моего отца.

– Ни капельки.

Рина начала подметать осколки.

– До тебя я никогда и ни к кому не относилась по-настоящему серьезно, потому что никто не подходил под эту мерку. Никто не походил на единственного человека, которым я больше всего восхищаюсь, – на моего отца.

– Ты права. Мы с ним близнецы, разлученные в младенчестве.

– Ты спрашиваешь, с большой буквы или с маленькой. До их пор была с маленькой, и даже этого хватало, чтобы сбить меня с толку. А сегодня утром ты открыл дверь, и вдруг оказалось, что это Любовь с большой, огромной, сияющей буквы Л. А посмотри, на кого ты похож. Что у тебя с волосами творится – кошмар!

Бо поднял руку, ощупал голову. Поморщился.

– Черт!

– А твои трусы распадаются на части. Он поддернул растянутую резинку.

– Нормальные трусы. Им сносу нет.

– Ты весь в синяках. Настроение у тебя паршивое. И все это не имеет никакого значения. Прости меня за кружку.

– Твой брат вчера упомянул, что у вас в семье принято швыряться хрупкими вещами. Я был влюблен в тебя примерно с десяти тридцати вечера девятого мая девяносто второго года. Еще с прошлого века, представляешь?!

Рина выбросила осколки в мусорное ведро.

– Нет, не был.

– Тебе легко говорить. Это была любовь с маленькой буквы, – продолжал Бо, пока она ставила щетку на место. – И она была сильно приукрашена фантазией. Все засияло по-новому, когда я с тобой познакомился, но все равно это была любовь с маленькой буквы.

– Знаю. Я уже опаздываю, – сказала Рина, бросив взгляд на часы. – Я распоряжусь, чтобы к тебе приставили пару полицейских, пока…

– Она выросла.

Рина ничего не ответила.

– Она выросла, Рина, и теперь, я думаю, нам обоим придется решать, что нам с этим делать.

Рина подошла к нему, прижалась щекой к его макушке. На сердце у нее стало легко.

– Все это так странно, – сказала она. – И я не могу остаться. Не могу больше задержаться ни на минуту.

– Все нормально. Это может подождать.

Рина наклонилась и поцеловала его в губы.

– Я тебе потом позвоню. – Она поцеловала его снова. – Будь осторожен. – Она поцеловала его опять. – Береги себя.

Она торопливо выбежала из кухни и покинула дом, прежде чем Бо успел подняться со стула. Поэтому он остался сидеть за столом перед банкой теплой кока-колы, размышляя о том, что жизнь – странная штука.

Не успел он допить кока-колу, как опять раздался стук в дверь.

– А-а, чтоб тебя!

Бо встал, решил, что таблетки и мороженые овощи помог ли, и направился к двери. Надо будет дать ей ключ, решил он. Это было неизбежно. И это почти то же самое, что жить вместе, а оттуда недалеко и до страшного слова на букву С. Но ему пока не хотелось об этом думать.

Когда он открыл дверь, ему на шею бросилась женщина.

– Бо, о господи, Бо! – Мэнди стиснула его с такой силой, что все его ушибы тут же напомнили о себе. – Мы сразу приехали, как только узнали.

– Что узнали? И кто это «мы»?

– Узнали про бомбу в твоем грузовике. – Мэнди отстранилась и торопливо оглядела его. – О мой бедный малыш! Они сказали – незначительные повреждения! Да ты весь побитый! Ой, и у тебя повязка. А что у тебя с волосами?

– Заткнись. – Бо обеими руками попытался пригладив волосы.

– Брэд паркуется. В этом районе невозможно найти место для парковки. А место перед твоим домом до сих пор огорожено.

– Брэд?

– Я только теперь узнала, потому что нечаянно отключила мобильник, и я была не дома, из газеты мне не могли дозвониться. Мы ничего не знали до сегодняшнего утра. Почему ты не позвонил?

– Бо не был тупицей, хотя и проспал всего пять минут в эту ночь. – Ты и Брэд? Вместе? Мой Брэд?

– Успокойся! Можно подумать, ты с ним спишь. И это вышло неожиданно. Пошли, давай я помогу тебе сесть.

Бо замахал руками, как регулировщик на перекрестке.

– Погоди, погоди, погоди. Я что, попал в Зазеркалье?

– Ничего подобного. Мы знали друг друга годами. Мы просто встретились, решили вместе поесть, сходить в кино, ну а дальше все пошло само собой. – Мэнди широко и весело улыбнулась. – Это было потрясающе.

– Замолчи, Мэнди! Ничего мне не рассказывай. – Бо зажал руками уши и начал производить звуки, изображающие радиопомехи. – Мой мозг этих данных не воспринимает. Он взорвется.

– Ты же не из тех, кто считает: «Раз я с ней спал, никого из моих друзей она уже не заинтересует». Так?

– Что? Нет. – А может, он как раз из тех?! – Нет, – решительно повторил Бо после минутного размышления. – Но…

– У нас с ним полный контакт. А теперь давай я тебе помогу…