Египетский талисман - Штефан Геммель

Дрожащими руками Алекс открыл дверь. Какая катастрофа поджидает его на этот раз? В последнее время, возвращаясь домой, мальчик каждый раз ощущал тревогу. Да и как можно было оставаться спокойным? Он каждый день сталкивается с хаосом в таких количествах, что хватило бы на семнадцать жизней.

Причина хаоса таилась от внешнего мира в доме Алекса. Это был Сахли, арабский мальчик из волшебного шара. После того как Алекс нашёл и освободил его, жизнь перевернулась с ног на голову. Если бы пару недель назад ему сказали, что он подружится с арабским юношей, которому несколько сотен лет от роду, и что они вместе станут бороться с могущественным джинном, Алекс от души рассмеялся бы. Но именно так всё и вышло. Теперь Сахли был его лучшим другом, и они вместе пытались освободить дедушку Алекса, Аврелия, из ловушки злого джинна Аргуса.

Но Сахли не только помогал Алексу, но и приводил его в отчаяние. Мальчик из шара с большим трудом осваивался в современном мире. Каких-то вещей он вообще не понимал, а какие-то пытался уладить с помощью своего колдовства. И каждый раз Алекс чувствовал, что вот-вот поседеет.

Отпирая входную дверь, Алекс ощутимо нервничал и надеялся лишь на то, что Сахли до сих пор в своём укрытии и что он там спит или сидит тихо и мечтает о родном доме. Сахли уже доставил Алексу множество неприятностей. Алексу довелось пережить затопленную ванную комнату, поющую масляную картину в гостиной и целые горы сливочного масла на кухонном полу. Однако самым большим сюрпризом стала посудомоечная машина, которая громко бранилась и бешено плевалась пеной, потому что постоянно терпела поражение в игре «Не сердись!»^[1]. Каждый раз, когда Алекс объяснял своему лучшему другу, что к чему (например, что это ПОСУДОМОЕЧНАЯ МАШИНА, а не ИГРОВОЙ АВТОМАТ), Сахли становилось очень неловко за то, что он натворил из-за волшебства или незнания. И он всякий раз извинялся. Разумеется, Алекс понимал, что для Сахли всё в этом мире новое и чужое и одновременно волнующее и интересное. Но при всём понимании Алекс знал: надолго его нервов при такой жизни точно не хватит.

Алекс открыл дверь и прислушался. Кажется, всё было тихо. Затем он решился заглянуть в дом, надеясь, что всё находится на своих местах! Он осторожно поставил за порог одну ногу, затем другую. Он был так напряжён, что уже собирался шагнуть третьей ногой, как вдруг осознал, что ноги у него всего две.

В доме стояла тишина. Возможно, Сахли ещё спит, подумал Алекс, и в его душе забрезжила надежда. Потому что спящие духи из волшебного шара хаоса не устраивают.

Алекс снял куртку и всё-таки кое-что услышал. Кто-то рыдал. Печально и надрывно. Отчаянно и беспомощно.

– Так это же… – он прислушался. – Это же Сахли! – Он уже собрался бежать к нему, как вдруг чей-то голос его остановил:

– Оставь его в покое!

Алекс обернулся и увидел Кадабру. Чёрная кошка подошла к нему, высоко задрав хвост. За ней семенила мышка Бим. Алекс улыбнулся. Не только потому, что был рад их видеть. Его забавляло, что за последнее время такие явления, как говорящая ясновидящая кошка и наглая маленькая мышка, стали для него совершенно обыденными.

Бим по воле случая стала волшебным ассистентом кошки – без неё Кадабра не могла заглядывать в будущее.

Алекс опустился перед кошкой на корточки и озабоченно спросил:

– Это что, Сахли рыдает там, наверху?

– Да! – мурлыкнула в ответ Кадабра. – Пусть рыдает – так он, по крайней мере, ничего не натворит.

– Да что ты такое говоришь! – искренне возмутился Алекс. – Я просил вас за ним присматривать. И вот я прихожу домой и… – Он отвлёкся и взглянул на мышку. – Ты что-то прячешь от меня, Бим?

Та замерла, напряжённо косясь через плечо на лапки, которые спрятала за спиной.

– Я? Нет! Да и зачем мне?

– Покажи! – Алексу некогда было играть в эти игры. Ему нужно было к Сахли. И вместе с ним – к дедушке. А с дедушкой обратно в свою прежнюю жизнь. Он был напряжён и очень взволнован. И совсем ни к чему ему этот…

– …опалённый хвост? – Алекс уставился на дымящуюся кисточку на кончике поломанного мышиного хвостика. Ему всё стало ясно. – Кадабра, ты тайком училась колдовать и снова развела огонь?

Кошка пустилась было в пространные объяснения, но Бим её прервала:

– Она не виновата. Она чудесная. За последнее время Кадабра многому научилась и теперь прекрасно колдует, и у неё крайне редко что-то загорается, но…

– Замолкни, старая Хромоножка! – прошипела разъярённая Кадабра и бросила на мальчика извиняющийся взгляд.

– Прекрати гримасничать. Ты совсем не похожа на существо, жаждущее извиниться. А скорее на существо, случайно слопавшее собачий корм. Кошачьи морды не предназначены для того, чтобы бросать извиняющиеся взгляды, – решительно заявил Алекс.

Сверху снова донеслись рыдания. Алекс чувствовал себя как на американских горках.

– Ох, как же с вами всеми сложно! Поговорим об этом после, – бросил он и поспешил в свою комнату. Взлетев по лестнице, он распахнул дверь и тут же увидел Сахли. Охваченный горем друг сидел на полу и обливался слезами. А заметив Алекса, зарыдал ещё сильней.

– Алекс! Ты не поверишь, что произошло!

В этот момент Алекс заметил, что Сахли что-то держит в руках. Он не узнал предмет, но то, как Сахли прижимал его к себе, не предвещало ничего хорошего. Сахли раскачивал маленькую чёрную вещицу, как мать, убаюкивающая своего ребёнка.

Алекс указал на руки Сахли.

– Что у тебя там?

Сахли снова всхлипнул.

– Я совершил кое-что ужасное. Он мог бы стать моим другом!

– Другом? – Алекс присел на корточки рядом с Сахли. – Расскажи мне, что случилось?

– Я услышал голос, – начал Сахли. – Сегодня утром. Он доносился из этой комнаты. Я пришёл сюда, потому что думал, что ты зовёшь меня. Но потом я с удивлением обнаружил, что голос доносится из шкафа. Вот из этого.

Алекс вскинул брови: