Приключение в наследство - Кирилл Кащеев

* * *

Сумерки сгущались над развалинами. Собственно, и развалинами-то это не назовешь: что здесь было, развалилось от войн, погоды и времени, что осталось – за прошедшие века успело развалиться вновь… и остатки тоже не уцелели. Сохранились пара каменных остовов стен, высотой и шириной с табуретку, поросшая травой канавка, где когда-то был ров, и холмики размером с кротовью кучку. Только зная, что ищешь, можно было догадаться, что холмики расположены геометрически правильно, по периметру возвышавшихся здесь когда-то укреплений. Понятно, почему эти развалины развалин не привлекали туристов. Но кое-кто здесь все-таки был.

Металлоискатель напомнил о себе приглушенным звоном.

– Слышь, там что-то есть! – Парень с металлоискателем плюхнулся на колени. – Как думаешь… оно? То самое?

– Откопаем – увидим. – Напарник ударами складной лопатки срезал траву и аккуратно обкапывал ямку в выделенном металлоискателем месте. – Даже если не оно… – На девяносто процентов он был уверен, что «не оно» и «не то самое», но разочаровывать новичка не хотелось. – Все равно отличный «коп» получился. Место если не золотое, то очень даже медное, – усмехнулся он. – Одних «буратинок»[1]под верхним слоем уже две пригоршни.

– Плевать на «буратинок»! – почти взвизгнул первый, до белизны сжимая пальцы на ручке металлоискателя. – Я ради них два года архивы шерстил?!

– И-и-и, мила-а-ай! – подражая старушкам из старых фильмов-сказок, протянул опытный напарник. – Знал бы ты, ради какой фигни иногда приходится по архивам копаться. Самым кладистым кладом, который мне удалось нарыть за всю мою копаческую карьеру, был ящик с советскими червонцами, командирскими часами и партбилетом.

– Есть карта. Там все показано, – зло процедил первый. Тяжело перевел дух, изо всех сил стараясь говорить сдержанно. – Не вижу причин, почему бы нам не найти.

– Кроме той, что это не карта, а очень приблизительный план местности, который рисовал безграмотный крестьянин четыреста лет назад? Действительно, какие могут быть причины?

– Если мог план нарисовать, значит, не безграмотный. По тогдашним меркам, – хмуро пробормотал первый и неловко добавил: – Не обижайся. Я просто…

Лопата обо что-то звякнула. Напарник запустил в раскоп руку…

– Что?! – застонал первый, почти ныряя в яму.

– Тихо-тихо! – второй поймал его за плечи. – Выражение, что клады ищут не лопатой, а головой, не означает, что этой головой надо копать. Кинь мне нож.

Первый метнулся к снаряжению и ткнул в напарника ножом.

– Мне, а не в меня! – рявкнул тот, перехватил нож за рукоятку и, работая широким лезвием, принялся расширять раскоп. Жирный дождевой червяк верхом на комке земли усвистал в даль, блеснуло что-то металлическое размером с монетку.

– Серебро? – дрогнувшим голосом спросил первый.

– Скорее олово. – почему-то шепотом ответил второй, а губы его расползались в неудержимой улыбке. – Реально старинное.

– Сундук, да, сундук? – первый на четвереньках заплясал вокруг ямы, как мультяшный пес вокруг косточки.

Тускло-серебристый просвет увеличился до небольшого блюдца, стали отчетливо видны выпуклости на оловянной бляхе: узоры забила земля, но все равно можно было разглядеть цветок, птицу…

– Я знал! – глядя, как ловкие пальцы напарника ощупывают узор, с тихим восторгом выдохнул первый. – Я верил! Это ж всего один сундук, а их десятки! Сокровища моего предка! Сундуки, бочки, бочонки! Золото, драгоценные камни!

– Ну да, учитывая, что твой предок половину шляхетских имений по Волыни грабанул, Киев вчистую обнес… – Напарник отложил нож, сунул обе руки в яму, напрягся… Приятель судорожно дышал ему в затылок.

– Ну-у?! – простонал он, с хлюпом втягивая воздух между зубами. – Сундук?

Спина напарника напряглась, под грязной майкой вздулись мускулы, и он завалился на спину, сжимая в руках…

– Ну, типа, сундук. Сундук, типа, шкатулка. – В руках у него была продолговатая шкатулочка с висящей на одной петле крышкой.

Из груди первого вырвался неопределенный звук – то ли стон, то ли вздох. Посмеиваясь, напарник сдвинул скособоченную крышку и вытряхнул содержимое на газету. Из шкатулки посыпалась земля… и вывалились медный крест на сгнившем кожаном гайтане, темные бусины, когда-то бывшие низкой янтарного ожерелья, и мелкие жемчужинки, грязно-серые и похожие на дохлых личинок. Налетевший ветерок кинул в лицо перепревшую труху, некогда бывшую узорчатой девичьей лентой.

Первый схватил лопату… и яростно шарахнул по найденному кладу. Шкатулка упала набок, скатилась вниз с холмика раскопа. Зерном рассыпались бусины.

– Совсем сдурел! – заорал напарник. – Настоящее Средневековье! С тем, что уже накопали, поездку окупит и на следующую останется. – Он кинулся поднимать с земли медный крест.

– Ты не понимаешь… – прижавшись лбом к черенку лопаты, бормотал первый.

– Где уж мне, после стольких лет примитивно-приземленного копа, – собирая рассыпавшиеся бусины, ворчал второй.

– Предок… карта… золото… – раскачиваясь, как в трансе, продолжал бубнить первый.

– И правда золото! – вдруг изумленно охнул второй и сунул товарищу под нос нечто, больше всего похожее на комок грязи. – Все как ты хотел… только немножко меньше!

Приятель с силой подбил его ладонь:

– Никакое это не золото!

– А я тебе говорю, кольцо! – подхватывая непонятный комок в полете, настойчиво повторил напарник. И рванул по склону холма к текущей внизу речушке.

– Куда тебя понесло? – заорал ему вслед приятель, но тот уже скакал по широким круглым валунам, уходящим в воду чуть не до половины ширины речушки.

– Сейчас увидишь! – обернулся он, поднимая сгусток грязи над головой…

Нога поскользнулась на гладком влажном валуне. Взмахивая руками, точно выполняя гимнастическое упражнение, он еще старался удержаться – но подошвы разъехались, и, подняв столб брызг, он рухнул в воду.

– Придурок! – рявкнул первый и, так и не выпуская из рук лопату, кинулся на помощь.

Гладь реки раздалась посреди отражения белого облака, и из глубин с фырканьем вынырнул напарник. Что-то прокричал… и снова исчез. Вода вскипела… и затихла, лишь отчаянно дрожали отраженные в ней небо и деревья. Напарника не было… и не было… Стоящий на камнях первый жалобно заскулил, как брошенный щенок. Прыгать в воду? Искать? В речке, поглотившей его напарника? Только что мелкая и несерьезная, теперь она вызывала настоящий ужас. Вода забурлила снова, и из ее глубин медленно и торжественно восстал… ОН. Напарник. Облепленный тиной и водорослями настолько, что смахивал на утопленника. Первый шарахнулся.