Натаниэль Фладд и перо феникса - Робин Лафевер

– Все в наших руках, – сказал он Мазе, посадил ее на плечо и выглянул наружу. Караульный исчез. Нат выбрался из палатки и пошел к пальме, где сжег себя феникс.

– А если твоя тетя не вернется? – спросила Мазя. – Что будем делать?

– Не знаю. Но у нас три дня. Что-нибудь придумаем. А теперь тихо, не мешай.

Пальма высокая, просто так заглянуть в гнездо не получится. И даже не на что встать, чтобы дотянуться.

– Я сейчас тебя подниму, – сказал он Мазе. – А ты глянешь внутрь и скажешь, как там и что.

– Идет.

Мазя перепрыгнула с его плеча на ветки и взобралась наверх.

– Ничего тут нету! – крикнула она, наморщив нос. – Только кучка пепла и какие-то палочки. Даже пера не осталось.

– Все, как говорила тетя Фила. Пепел теплый?

– А то! Сосиску можно зажарить! А кстати, отличная идея!

– Идея-то отличная, только у нас сосисок нет, – напомнил Нат. Мазя помрачнела, да так забавно, что Нат чуть не расхохотался. Он посмотрел на небо: наступила ночь, температура быстро опускалась.

– Идем, – сказал Нат. – Надо почитать, что теперь делать.

В палатке Нат зажег фонарь и достал Книгу Чудовищ из рюкзака тети Филы. Толстые старые страницы как будто съежились от его прикосновения.

– А про гремлинов тут что-нибудь пишут? – спросила Мазя, забираясь на плечо.

Нат пролистал книгу: мантикора, василиски, единороги, гриффины, крылатые драконы и какое-то чудище по имени кракен.

– Что-то не вижу.

– Ну тогда это глупая книжка, – пробормотала Мазя.

Феникс был на том же развороте, что и карта Аравии.

– Надо поддерживать тепло в гнезде, – быстро читал Нат, – защищать от холода и ветра, подкидывать хворост. Все ясно.

Он хотел закрыть книгу, но тут увидел, что про феникса есть и на следующей странице.

Фениксу приписывают разные волшебные способности:

Если больной или раненый человек услышит песню феникса, он излечится.

Слезы феникса, если их выпить, подарят бессмертие.

Перо феникса обладает многими магическими свойствами. К сожалению, какими именно, пока не выяснено.

Щепотка пепла из костра феникса может излечить от взгляда василиска, укуса мантикоры, удара дракона и от всех человеческих болезней.

Как только феникс возродится из пепла, он соберет пепел и веточки в одно яйцо. В древние времена он относил яйцо в храм бога солнца. Яйцо считалось самым драгоценным даром.

Нат бережно закрыл книгу. Все это, конечно, интересно, но как ему сохранить тепло в гнезде? Он отложил книгу, обыскал всю палатку и нашел несколько веточек коричного дерева. Нат поспешил к пальме. Как же дотянуться до гнезда? Он поискал, на что бы встать, но вокруг ничего не было. Тогда Нат принес из палатки седло Шабиба. Твердая деревянная рама седла прекрасно подойдет в качестве стула.

– Ура! Сейчас будем кататься! – закричала Мазя и прыгнула верхом.

– Не мешай! – гаркнул Нат. Тащить седло по мягкому сыпучему песку оказалось тяжело.

– Ой, ладно. Я же такая легкая! Повеселиться, что ли, нельзя? С тех пор как ты скинул моего брата с пропеллера, я даже ни разу не смеялась.

Нат, почувствовав укол совести, не стал сгонять Мазю и доволок седло вместе с ней. Поставив седло к стволу, он взобрался наверх и увидел гнездо с тускло мерцающим пеплом. Какое облегчение! Пепел не потух, а это значит, он ничего не испортил. По крайней мере, пока.

– Не волнуйся, – прошептал он пеплу. – Я не дам тебе погаснуть. Обещаю.

Нат вынул пару веточек корицы из кармана и подложил в золу. Поднимался ветер. Надо чем-то защитить гнездо, а то ветер может развеять пепел. Прикрыть его сверху? А если бедуины вернутся? Увидят на пальме прикрытое гнездо и сразу догадаются, что в оазисе кто-то есть. Жаль, ветки пальмы не растут вертикально, они отлично бы защитили гнездо по бокам. Ветки, точно! Нат посмотрел на соседние пальмы. Можно нарвать их там! Он спрыгнул с седла и потащил его к ближайшему дереву. Мазя тут же снова вскочила сверху покататься.

– Что будешь делать?

– Буду строить ветрозащиту, – и Нат дернул седло на себя. – Нужны ветки с густой листвой.

– Что ж ты сразу не сказал?

Мазя спрыгнула с седла и забралась на дерево. Через секунду она высунулась из листвы:

– Тебе сколько надо?

– Штук пять-шесть.

Крошечными ручками она нарвала зеленых веток. Нат собрал их в охапку, потащил седло обратно, а Мазя снова прыгнула верхом. Взмокший и разгоряченный Нат взял одну ветку и полез на пальму. Поразмыслив, он решил сплести из веток нечто наподобие косички, как у мисс Ламптон. Его снова затопила волна тоски по дому и по своей уютной спальне, но Нат оставил эти мысли и вернулся к работе.

Заплетя последнюю косичку, Нат осмотрел свою работу. Ветрозащита вышла кривая и непричесанная, листва торчала во все стороны, зато стенка получилась крепкой и точно защитит пепел от ветра. Мало того, она скрыла гнездо от посторонних глаз, и разглядеть его снизу оказалось просто невозможно.

Нат огляделся. С восходом солнца можно будет лечь спать. Он подкинул в тлеющий пепел еще пару веточек корицы и подождал, пока пепел разгорится.

Как только солнечные лучи коснулись гнезда, Нат отнес седло к палатке и рухнул на постель, чувствуя, как ноет от боли каждая его мышца и как все тело требует отдыха. Но тут на грудь мальчика вскарабкалась Мазя:

– Как думаешь, бедуины заметят следы на песке, если вернутся?

– Боже, ты права, – взвыл Нат.

Он заставил себя подняться и снова выйти наружу. Веткой пальмы он затер следы от седла, вернулся в палатку, слишком устав, чтобы думать, и ничком рухнул на постель. Уплывая в сон, Нат услышал голоса.