Танец солнечной феи - Ирина Щеглова

Полковник внезапно успокоился. Даже сник:

– Идите, – разрешил, – да, найдите Войтко и остальных, пусть немедленно возвращаются.

Дашка заботливо обхватила Соню за талию и повела к выходу.

– Остальные, встать в строй!

Да, оставался еще порох в пороховницах у отставного полковника. Десятиклассники хоть и нехотя, но построились. Тарзан, наконец, перестал свистеть.

* * *

Войтко догнала Лагутину у раздевалки.

– Света, подожди!

Охранник с интересом посмотрел в их сторону. Наташа знала, никто Лагутину из школы не выпустит. Надо было во что бы то ни стало уговорить ее и отвести куда-нибудь в укромное местечко, например, в туалет, чтоб не привязался охранник и не поднял скандала. Наташа ужасно злилась на придурков-одноклассников, на бестактного Подушкина и на себя заодно. Но поступить по-другому не могла. Что же это получается: набросились скопом на беззащитную девчонку. Уроды! В том, что Лагутина беззащитная, Наташа не сомневалась. Всем своим видом и поведением Лагутина выражала абсолютную неспособность быть как все. А значит, ее быстренько заклюют в классе как белую ворону. Неприязнь к новенькой исчезла в тот момент, когда ее обидели и она, еле сдерживая слезы, выскочила из спортзала. Наташа поняла: пора брать Лагутину под крыло.

Светлана уткнулась лицом в стену, и Наташа увидела, как у нее дрожат плечи. Новенькая беззвучно плакала.

– Свет, – тихонько позвала Наташа, – Свет, пойдем отсюда.

Лагутина, не поворачиваясь, замотала головой. Но Наташа не отступила. Она мягко, но настойчиво взяла Свету под локоть.

– Пойдем, охранник смотрит.

– Я туда не вернусь, – выдохнула Лагутина, сдерживая рыдания.

– И не надо, – согласилась Войтко, – я тоже не вернусь. Без нас обойдутся.

Подбежала Пацура:

– Ой, девочки! Ну и шороху мы навели!

Войтко приложила палец к губам. Пацура испуганно закивала.

Вдвоем они взяли Лагутину под руки и повели прочь от раздевалки, по дороге Наташа успокаивала ее как могла.

– Ну, чего ты, в самом деле, расстроилась? Ну, дураки они, что с них возьмешь. – Лагутина брела, покорно опустив голову. Она чувствовала себя страшно усталой и разбитой. Настолько, что даже неожиданное заступничество гордой Наташи ее не удивило.

Девчонки укрылись в туалете на первом этаже. Войтко заботливо открыла воду, заставила Светлану умыться, достала из кармана упаковку носовых платков. Подруги подождали, пока новенькая приведет себя в порядок и успокоится.

– Наверное, надо извиниться, – неожиданно высказалась Света. – Так неудобно получилось.

– Забудь! – отмахнулась Наташа. – Ты, главное, не расстраивайся.

– Мы тебя в обиду не дадим, – поддакнула Пацура.

Лагутина впервые улыбнулась:

– Спасибо...

В этот момент в туалет, крадучись, заглянула Дашка Гришина.

– О! Девчонки! А мы вас ищем!

– Здесь становится тесно, – ворчливо заметила Наташа. Но поздно. Соня и Дашка уже вошли и направились прямиком к Лагутиной:

– Света, ты плакала?! – переживала Шапиро. – Ой, не рви сердце!

– Плюнь и разотри, – посоветовала Дашка.

Но Лагутина уже и не думала плакать. Недавние слезы можно было угадать по покрасневшим глазам и опухшему носу, но сами слезы высохли.

– Не понимаю, что на меня нашло, – призналась Света, – мне показалось, что ваш Подушкин просто издевается надо мной.

– Да ну его! – поморщилась Дашка.

– Изверг! – вставила Соня.

– Девочки, я правда как-то не так хожу? – спросила Света.

– Да нормально ты ходишь, – успокоила ее Наташа, – только маршировать не умеешь.

– Да, – задумчиво согласилась Света, – маршировать мне не приходилось.

– Свет, а у вас в школе не было НВП? – переспросила Дашка.

Света покачала головой.

– Везет, – вздохнула Пацура, – Светлана, а можно тебя спросить?

– Конечно, – улыбнулась та.

– Ты в какой-то спецшколе училась, да?

Лагутина снова покачала головой.

– Что ты пристала к человеку! – набросилась на подружку Наташа. – Ей и без тебя тошно.

– Нет-нет, – перебила ее Света, – просто я... – она на мгновение запнулась, – я училась не в школе, а в хореографическом училище. – Она призналась неожиданно для самой себя. Так, само вырвалось.

Девчонки замерли, услышав новость, Пацура даже рот открыла. Первой не выдержала Соня:

– Ой, девчонки, я что-то такое и предполагала. Не верите? Я даже дома маме сказала, что у нас учится новенькая девочка, похожая на балерину.

– Здорово-о, – протянула Дашка, во все глаза глядя на Свету. – А ты и сейчас танцуешь?

– Нет, – ответила Света, и это признание далось ей куда труднее первого, – у меня была травма. Для обычного человека – пустяки, а для меня... в общем, мне пришлось оставить училище.

– Н-да, не повезло, – вздохнула Наташа, – после твоего училища к нам попасть – тот еще подарок судьбы.

– Как грустно! – Соня даже руками всплеснула. – Ты очень переживаешь? Да?

– Сонька! – прикрикнула Наташа.

– Я же просто спросила! – начала оправдываться та.

Но Светлана как будто ждала этого вопроса. Она так долго носила в себе свое горе, что теперь, когда четыре ее одноклассницы проявили к ней сочувствие, что-то как будто лопнуло внутри нее, и она заговорила. Она рассказала, как ей было трудно. О том, что осталась совершенно одна. Один на один со своим несчастьем. Призналась, что не мыслила себя без танца, что для нее уход из училища был равноценен смерти. Она не скрыла ничего: и своего страха перед новой школой, одноклассниками и учителями, незнакомыми предметами, непривычными отношениями. Она говорила, пока не прозвенел звонок с урока.

Девчонки встрепенулись. Наташа заявила, что теперь Светлане совершенно нечего бояться. С этого дня лично Наташа Войтко возьмет на себя все возникающие у нее проблемы. Девчонки заговорили разом, предлагая свою помощь. Но Светлана неожиданно твердо сказала:

– Что вы, девочки! Я не калека!

– Очень хорошо! – кивнула Наташа. – Но на мою дружбу ты можешь рассчитывать.

– И на мою! – воскликнула Дашка!

– Я тоже хочу с тобой дружить, – прижала руки к сердцу Соня.

– И я! – рванулась вперед Пацура.

Светлана растроганно протянула к новым подругам руки:

– Девочки, вы себе не представляете, я так вам благодарна! – Она задохнулась от волнения. – У меня просто нет слов!