Гадание на снежинке - Анна Антонова

Мама вынесла в прихожую пакет:

– Здесь бутерброды и термос.

– Тяжело, – пожаловалась девочка, взвесив пакет в руке.

– Фотоаппарат не забыла?

– Он мне и не нужен.

– А мне показалось, вы горы едете фотографировать….

– Не продюсерское это дело – фотографировать, – с вызовом сказала Аля. – У нас для этого оператор есть!

– Ну счастливо, продюсер! – сказала мама, пряча улыбку.

– Ты что, не веришь, что я хороший продюсер? – с подозрением поинтересовалась девочка.

– Я-то верю, – успокоила мама. – Главное, чтобы ты сама в это верила!

В центре зала на «Пушкинской» обнаружились только Васька и Василиса.

– О, а вот и продюсер! – Режиссёр внимательно посмотрел на нее и прищурился.

У Али знакомо перехватило дыхание.

– Я вроде не последняя? – деловито оглянулась она, скрывая смущение.

– Художницам положено опаздывать, они творческие личности, – лениво пояснил он.

– А мы какие? – собралась было возмутиться Аля, но Васька закончил:

– А Антон… это Антон.

– Привет! – мягко сказал кто-то у Али над ухом.

Она вздрогнула и обернулась: за спиной стоял «Антон – это Антон».

– Хотите без продюсера остаться? – Она картинно прижала руку к сердцу.

– У продюсера должны быть крепкие нервы, – невозмутимо заметил Васька.

К счастью, отвечать не пришлось – появились Лиля с Надей.

– Ну что, все? – посмотрела на часы Василиса. – Поехали тогда, а то и так уже…

Почему, ну почему Аля даже во всей зимней одежде выглядит нескладным циркулем, а Лиля такая изящная? Одета вроде бы во все то же самое: джинсы, куртка, шапка… Почувствовав ее взгляд, Лиля обернулась, и Аля поспешно отвела глаза.

Не хватало еще, чтобы она догадалась про Ваську! Впрочем, о чем догадываться-то… Одна несчастная режиссура…

– Алечка, не отставай! Продюсер должен в первых рядах идти!

Забыв про Лилю, режиссуру и свой внешний вид, Аля поспешила вперед.

Они доехали до метро «Выхино» и направились к остановке. Маршрутка довезла их до Люберец, и там они пересели на местный автобус, оказавшись единственными пассажирами в стареньком «ЛИАЗе».

– Ну, сейчас нас завезут!.. – привычно возмущалась Надя.

– И бросят, – мрачно поддакнул Антон.

– Вечно твои шуточки! – вскинулась она. – А я серьезно…

– Приехали! – перебила Василиса. – Выходим.

Автобус скрылся из виду, а они остались одни на пустой остановке. Там еще сохранилась облезлая бетонная будка с цветным полуосыпавшимся рисунком, из-за которого постройка почему-то казалась еще древнее.

– А мы тут правда… не заблудимся? – оглянувшись, с опаской поинтересовался Васька.

– Вась, да ты что! – возмутилась Аля. – Мы же с Василисой Александровной!

– Первый выезд на натурные съемки пока мужественно переносит только продюсер, – язвительно прокомментировала преподавательница.

– А ей по должности положено, – не остался в долгу Васька.

Аля смущенно переложила пакет из руки в руку. То, что ее противопоставили остальной команде, девочке не понравилось. Впрочем, никто не обратил на это особого внимания. Лиля отошла от дороги, слепила снежок и запустила в Ваську.

– Ах, ты… – даже не отряхнувшись, рванул к ней он.

– Снежную бабу еще слепите, – скептически бросил Антон.

– А что, давай? – с кокетливой улыбкой немедленно откликнулась Надя.

– Куда дальше? – спросила Аля у Василисы.

Должен же хоть кто-то в команде думать о деле!

– Пошли, – кивнула та на еле заметную тропинку в снегу.

Аля поежилась – здесь и правда было куда холоднее, чем в городе, и мороз чувствовался все сильнее. Права была мама насчет свитера!

Карьер они увидели издалека. Василиса не обманула: огромные кучи песка с заснеженными вершинами и узкие расщелины между ними и правда здорово напоминали горы.

– Ой! – засмотревшись, Аля оступилась на скользком склоне и упала бы, но Васька вовремя схватил ее за руку.

Девочке показалось, что она чувствует тепло его ладони даже сквозь двойной слой перчаток.

– Вась! – раздался вопль Нади.

– Ну чего? – недовольно обернулся он, не спеша отпускать Алину руку.

– Помоги спуститься, мы место красивое нашли!

– Я устрою? – неожиданно ответил вместо Васьки Антон и направился к Наде.

– Спасибо… – Аля наконец-то подняла глаза.

– Продюсера надо беречь, – усмехнулся Васька. Но это не разрушило очарования – он и дальше пошел рядом, страхуя ее во всех опасных местах.

Антон щелкал фотоаппаратом, ожесточенно споря с Лилей, а в основном с Надей по поводу чуть ли не каждого кадра. Василиса шла сзади, видимо, следила, чтобы никто не отстал.

Несмотря на двойной слой свитеров, Аля потихоньку начала замерзать, и даже сквозь Васькину перчатку перестало чувствоваться тепло. Однообразные обледенелые склоны уже нагоняли тоску, все сильнее хотелось есть и, как ни странно, спать.

– Привал! – словно угадав ее мысли, объявила Василиса.

Они расположились у покосившейся бетонной плиты, кое-как смахнув с нее снег с песком, и зашуршали пакетами, доставая припасы.

– А у меня вино есть, мне мама дала, – вдруг сказал Васька, доставая фляжку.

Аля привычно испугалась за их бестолкового режиссера, который вечно лепит что-то невпопад. Сейчас Василиса заклеймит позором и Ваську, и его вино. Однако ничего подобного не произошло, преподавательница просто кивнула:

– Очень хорошо, надо согреться. Давайте стаканчики.

– Я вино не пью, – быстро сказала Аля.

– А что пьешь? – заинтересовался Васька.

Девчонки захихикали.

– Ничего не пью, – с досадой ответила она.

– Даже шампанское на Новый год?

– Никто тебя пить не заставляет, – вмешалась Василиса. – Аля, это просто глоток, чтобы не заболеть.

– Не буду, – уперлась она.

– Ну смотри, сейчас мы все выпьем, – попытался убедить ее Антон, сделав глоток из крышечки от своего термоса.

Лиля с Надей, по-прежнему хихикая, последовали его примеру.

– Ладно, – нехотя согласилась Аля, подставила крошечный колпачок от термоса, зажмурилась и глотнула налитую жидкость, не почувствовав ровным счетом ничего.