Щенок под прикрытием - Холли Вебб

Эдди дремал под скамейкой. Глаза девочки тоже закрылись.

* * *

Мейзи проснулась от дикого вопля прямо около неё. Её поймали!

Но нет, оказалось, кричал мужчина в цилиндре – ругался на поезда:

– Какая нелепость, уму непостижимо! Я здесь уже пятнадцать минут стою. Опоздания поездов на этой ветке выходят за рамки приличия!

На платформе работник извинялся перед недовольными пассажирами. Мейзи вжалась в угол, надеясь, что он не заметил, как долго она там сидит. Девочка взглянула на огромные часы над платформой и с ужасом поняла, что уже десять вечера. Она слишком долго тут пробыла! Наверняка за вечер прошло много пассажиров. Мейзи потянулась, подумав, что бабушка уже, несомненно, с ума сходит. Придётся всё ей рассказать. Бабушка никогда не поверит, что девочка пробыла у Элис так долго.

– Да, произошла небольшая задержка – в поезде кому-то стало плохо. Сэр, скоро поезд придёт! – бормотал извинения работник станции, проходя по платформе. – А вот и он!

Оставляя за собой клубы пара, поезд въехал на станцию, и пассажиры ринулись к вагонам. Но от дверей первого вагона всех отогнали. Оттуда вывели двух леди – одной из них в поезде, очевидно, стало нехорошо. Она неуверенно ступала, понурив голову, и дежурный помог ей присесть на скамейку.

Мейзи задумчиво на неё взглянула, когда они с Эдди проходили мимо. Интересно, люди часто теряют сознание в поездах? «Да ещё и эта шляпа – такая огромная! Наверное, она очень тяжёлая!» – подумала Мейзи.

Внезапно девочка остановилась. Потом заставила себя пойти дальше. Она знает эту шляпу: плотная вуаль, фиолетовые перья, длинные ленточки – у дамы, потерявшей сознание в поезде в прошлый раз, была точно такая же шляпа.

Это наверняка и есть та самая леди. Именно из-за неё остановили поезд из Ричмонда!

Мейзи знала, что ей уже пора домой, – бабушка наверняка очень сильно волнуется. Но как можно уйти сейчас, ведь нашлась ещё одна зацепка! Девочка присела на скамейку на другом конце платформы и принялась наблюдать за женщиной. Та наконец встала и направилась к лестнице. Что же делать: пойти за ней или подождать?..

Из-за леди в шляпе снова остановили поезд. Это очень важная деталь. Она нажала стоп-кран – очевидно, не просто так, что-то должно было произойти. Мейзи не знает, что именно, но если подождёт, возможно, узнает!

Толпа на платформе редела, метро должно было скоро закрыться. Мейзи нервно кусала ногти. Рядом с ней высокий мужчина развешивал рекламные плакаты по всей платформе. Когда придёт последний поезд – примерно в одиннадцать, девочке придётся уйти: дежурные будут проверять станцию, да и в любом случае Мейзи не хотела бы провести ночь в метро. Что же случилось в тоннеле, когда поезд остановился? Девочка усиленно думала, но ответа найти не могла.

Даже мужчина, который развешивал плакаты, уже уходит, заметила Мейзи. С ведёрком клея он прыгал по лестнице и за раз перескакивал четыре ступеньки. Девочка мрачно подумала, что его ноги невероятно длинные, – и встала, собираясь пойти за мужчиной. Что бы там ни случилось – она всё проспала, и пора уже идти домой к бабушке.

Мейзи подхватила Эдди, укутала его в шаль – ему так же хотелось спать, как и хозяйке. Проходя мимо рекламных плакатов, Мейзи зевнула – на неё с плаката смотрел мальчик, он улыбался и держал в руке чашку, от которой шёл пар. Девочка вздохнула. Она знает этого мальчика – его фотография была и на самих упаковках. Это же реклама любимого какао бабушки, «Густейшего какао Бертрама». Да уж, наверное, бабушка сильно разозлится на неё…

Мейзи уже поднялась по лестнице, как вдруг остановилась, развернулась и врезалась в леди, шедшую следом.

– Простите! – пробормотала она и побежала вниз, чтобы ещё раз посмотреть на плакат. Ей же не показалось, верно?..

«Густейшее какао Бертрама» больше не продают, бизнес закрыли. Так мистер Джезоп сказал бабушке в лавке. Так зачем расклеивать рекламу того, что уже нельзя купить?

Ещё одна зацепка. Точно, она! Это так же странно, как и красное бельё на верёвках. Мейзи уставилась на мальчика с рекламы. Что же это значит?!

– Схожу вниз, проверю, не заснул ли кто на платформе, – послышалось с лестницы, и Мейзи в ужасе огляделась. Она ещё не закончила! Ей нельзя сейчас уходить! А вдруг где-то здесь спрятали картину? Тогда девочка сможет во всём разобраться. Ей нужно ещё время!

Нервно вздохнув, Мейзи побежала по платформе и залезла под ближайшую деревянную скамейку – она как раз подошла по размерам, хотя было очень тесно.

– Тихо, Эдди! – шикнула она, когда ничего не понимающий щенок взглянул на хозяйку.

Дежурный спустился с лестницы и зашагал по платформе. Когда он прошёл мимо Мейзи, у девочки свело желудок. Это был Берт Дайсен.

Он быстро шагал по платформе и смотрел на стены, что-то выискивая. Мейзи была права! Он разглядывал плакаты!

Берт Дайсен дошёл до стены с рекламой какао, сжал кулак и что-то пробормотал. Мейзи не слышала, что именно, но сразу стало понятно – он доволен. Он снова прошёл мимо девочки – она сразу догадалась, куда он направляется.

На Альбион-стрит, чтобы подать очередной сигнал при помощи белья и верёвки во дворе мисс Барнс.

Глава восьмая

Это, конечно, восхитительно – быть великим сыщиком и раскрыть дело, или почти его раскрыть, подумала Мейзи, но она всё ещё была на платформе «Бейкер-стрит» без какой-либо возможности уйти домой. Метро закрыто. И где искать краденые картины, девочка тоже не представляла.

Почти все люстры выключили – неярко горела лишь одна из них. Наверное, для ночного сторожа, решила Мейзи. Когда он спустился на платформу с фонариком, девочка снова спряталась под скамейкой. Потом осторожно поднялась по лестнице проверить, далеко ли он ушёл. Сторож сидел на стульчике около касс и храпел. На платформе Мейзи с Эдди остались одни.

– Не понимаю, как всё это можно связать… – прошептала девочка щенку и прижала его к себе, чтобы обоим было тепло. Она ещё раз посмотрела на рекламу какао.

Ночью в метро оказалось прохладно. И страшно. Отовсюду слышались шуршание и шорохи, казалось, что вот-вот приедет поезд, но поезда больше не ходили.

– Столько всего… бельё на верёвке, реклама, эта леди, что теряет сознание в поезде… Уверена, она тоже замешана! Но не понимаю, зачем она это делает. Зачем кому-то лишний раз нажимать на стоп-кран?