Знакомьтесь, Гюро! - Анне-Катрине Вестли

— Ставлю тебе «отлично», — сказал дворник.

— Дворнику всё надо уметь, — сказала мама.

— Почти всё, — согласился он.

— Как думаешь, а я могла бы быть дворником? — спросила мама.

— Ты? — удивился дворник. — По-моему, женщин не берут на такую работу, хотя, кроме топки, ничего мудрёного в ней нет. А вот топку женщине не осилить.

— Но ведь можно специально поучиться, — сказала мама.

— Дело не в этом, — сказал дворник, — раз в месяц надо обязательно прочищать трубы, и тогда приходится орудовать инструментом, который весит раза в четыре больше, чем эта дрель. И его надо не просто держать в руках, им надо работать. Для этого мне приходится забираться на особую подставку. Нет, это трудно. Да ведь и другая работа тоже нелёгкая. Зимой, к примеру, надо на тракторе расчищать снег, летом подстригать машиной газон…

— Ну, с этими-то машинами я умею управляться, — сказала мама.

— А покрасить кое-что, а постолярничать? А иногда даже ночью приходится вставать, чтобы унять каких-нибудь буянов или драчунов. А ещё надо рано утром упаковывать мусор в мусоросборнике.

— Со всем этим я бы справилась, — сказала мама очень серьёзно.

— Тебе лучше всего попробовать в доме, где отопительная система нагревается электричеством, — сказал дворник. — Только боюсь, что и там тебе будет тяжело, это мужская работа.

— Видишь ли, в чём дело, — сказала мама дворнику, — нам с Гюро негде жить. То есть сейчас мы живём с ней в пансионате, так что крыша над головой у нас есть. Но мы не можем жить там вечно, поэтому мне надо подыскать себе работу с жильём. Вот если бы ты разрешил мне попрактиковаться у тебя! Надо попробовать, что это за работа.

— Это пожалуйста, — сказал истопник. — В любое время, когда тебе будет удобно.

— Ладно, договорились, только сперва я обещала отремонтировать одну комнату в пансионате.

Услыхав, что дрель больше не работает, Тюлинька и Гюро вернулись в комнату.

— Мы тоже времени даром не теряли, — сказала Тюлинька, — мы убрали в кухонный шкаф всю посуду, и там осталось ещё очень много места.

— Молодцы, — сказала мама.

Дворник повернулся к Гюро.

— Значит, ты и есть Гюро? — спросил он.

— Да, — ответила она и, подойдя к нему поближе, оглядела его со всех сторон. — Теперь я с тобой немного знакома, — сказала она.

— А я с тобой! — засмеялся дворник, поднял её к самому потолку, а потом осторожно опустил на пол.

Когда он ушёл, Гюро ещё долго радовалась, что ей удалось потрогать рукой потолок: ведь это бывает не каждый день. Мама сходила в магазин и вернулась с мясом, зеленью и картошкой. Она была так весела и столько смеялась, что Гюро с удивлением на неё поглядывала. Да, первый день у Тюлиньки в квартире удался на славу.

— Я должна сфотографировать вас на балконе! — сказала Тюлинька, и мама с Гюро вышли на балкон. От страха Гюро зажмурила глаза, но, когда Тюлинька щёлкнула аппаратом, она сразу их открыла.

Наконец Гюро и мама стали собираться домой, Тюлиньке стало грустно, и голос у неё задрожал.

Выйдя из подъезда, мама и Гюро посмотрели на дом. Тюлинька стояла на балконе и махала им большой красной косынкой. Гюро, откинув голову, замахала ей в ответ. Она так долго смотрела вверх, что у неё закружилась голова.

— Обопрись о меня, а то упадёшь, — сказала ей мама.

Гюро оперлась о маму, и, когда снова подняла голову, ей показалось, что Тюлинька не стоит на балконе, а парит в воздухе.

— А теперь мы с тобой поедем на метро, — сказала мама.

— Это такой трамвай? — спросила Гюро.

— Нет, это скорее поезд, — ответила мама.

Оказалось, что поезд метро состоит из нескольких вагончиков, он ехал то под землёй, то по земле, и в каждом вагоне сидело много-много людей. Гюро внимательно их разглядывала, но познакомиться с ними в этот раз ей так и не удалось.