Когда остановились часы - Грегори Фьюнаро

Оливер поправил очки и растерянно заморгал.

– Я сказал «доброе утро», – с улыбкой повторил мальчик. Оливер был уверен, что он сказал что-то ещё, но теперь уже не мог вспомнить.

– Доброе утро, – настороженно ответил Оливер.

– Меня зовут Тедди. А тебя?

– Оливер.

– Вот это поворот! – Тедди улыбнулся, но Оливер продолжал бессмысленно смотреть на него. – Никогда не слышал об Оливере Твисте? Это роман Чарльза Диккенса. – Оливер рассеянно кивнул, и Тедди нахмурился. – Попробую догадаться. Ты ведь сын нового часовщика, которого нанял мистер Куигли?

– Ты знаешь мистера Куигли? – Оливер смущённо откашлялся. Дурацкий голос снова начал ломаться.

– Думаю, да, – ответил Тедди. – Мистер Куигли уволил моего отца. Он был здесь смотрителем, пока этот старый чёрт не купил дом. Он даже пытался починить часы.

– Так твой отец и был предыдущим часовщиком?

Тедди кивнул и горько улыбнулся.

– А твой отец – теперешний часовщик.

Оливер сунул руки в карманы джинсов. В этом Тедди было что-то странное, но он не мог понять, что именно. У него был британский акцент, как и у мистера Куигли. Но ещё более странным было то, что он одновременно казался враждебным и дружелюбным.

– Мы живём в старом коттедже смотрителя, – сказал Тедди, указывая на лес. – Всего в паре сотен ярдов отсюда и не слишком далеко от пруда Холлоу-Понд. Отличное место для рыбалки, если ты любишь это занятие.

Оливер не знал, любит ли он ловить рыбу или нет. Он никогда не был на рыбалке.

– Я и не знал, что там есть пруд, – ответил Оливер, подходя поближе. Он почти не мог различить леса за спиной у Тедди.

– Ещё там есть два ручья, – добавил Тедди, оглядываясь по сторонам. – Они отходят от пруда, а потом снова соединяются на западной границе владений. Недалеко от моста, по которому вы проезжали. Прямо посередине находится Лес Теней в окружении воды, как большой кусок пирога, правда, на самом деле он не такой уж большой. Всего сто акров или что-то около того.

– Лес Теней? – переспросил Оливер, и Тедди перевёл взгляд на ветки.

– Думаю, название говорит само за себя. Если верить легенде, то этот лес волшебный. – Тедди прищурился и лукаво улыбнулся. – На самом деле Блэкфорд-Хаус построен из этих деревьев. Так что он тоже, наверное, волшебный.

– Ну да. – Оливер усмехнулся.

Улыбка исчезла с лица Тедди, и его глаза стали грустными. Тихий ветерок зашелестел листьями на тропинке у него за спиной, и Оливер уловил слабый запах гниющего мусора.

– Мы всегда смеёмся над тем, чего не понимаем, Оливер Тинкер, – тихо сказал Тедди.

– Откуда ты знаешь мою фамилию? – спросил Оливер. Внезапно его сердце сильно забилось, но тут он услышал папин голос:

– Эй, лесной рейнджер!

Оливер вздрогнул, развернулся и увидел папину голову, высовывающуюся из окошка часовой комнаты в боковой части дома. Из окна к генератору тянулся длинный шнур. Папа раскачивал им в воздухе.

– Почему так долго? – спросил он.

– Извини, сейчас иду! – крикнул Оливер, и папина голова исчезла в окне. Оливер повернулся, чтобы попрощаться с Тедди, но мальчик уже исчез.

Оливер подошёл к самой опушке леса, где заканчивались плиты дорожки и начиналась усеянная листьями тропинка в лесном тоннеле. Запах гнилого мусора пропал, и когда глаза Оливера привыкли к темноте, он нигде не заметил Тедди.

Но в том самом месте, где стоял мальчик, на земле что-то валялось.

Оливер наклонился и поднял большой чёрный жёлудь.

Глава 7. Ворон всё видит

Тр-р-р! Тр-р-р!

Самый длинный день в жизни Люси Тинкер начался с грохота генератора.

Она тут же принялась искать Торстена и обнаружила его деревянную статую рядом с собой. Собачка сказала ей, что могла оживать только после полуночи, а на рассвете снова превращалась в деревяшку. Тогда почему он не ожил, когда Оливер заснул? Или когда заснула Люси?

Может быть, Оливер так напугал Торстена, что он не захотел рисковать и снова его будить? Торстен и так всего боялся, особенно открытого окна. А ещё он говорил о Меридиан, убежище и о том, что его могут поймать. Всё это не имело смысла.

Но таковы сны. Они всегда казались бессмысленными.

– Но это был не сон, – пробормотала Люси, глядя в блестящие чёрные глаза Торстена.

На следующее утро сны всегда казались размытыми и далёкими, и когда вы чистили зубы, то уже почти забывали о них. Конечно, если они не были очень странными или страшными. Да, знакомство с Торстеном было очень странным и, может быть, чуточку страшным, но всё же…

Люси спустила ноги на пол, потёрла глаза и посмотрела на часы-компас Оливера на тумбочке. 9:47. Значит, у неё оставалось больше четырнадцати часов до того, как Торстен снова оживёт. Люси застонала от нетерпения. Ей было нужно задать собачке столько вопросов и столько всего ей рассказать.

И тут ей пришла в голову мысль.

– Если ты меня слышишь, может быть, Меридиан тоже услышит, – сказала Люси. Конечно, если кошка уже не спряталась в своё убежище. Люси не могла говорить с ними в спальне при грохоте генератора. Здесь она не слышала даже своих мыслей.

Люси вытащила из ящика футболку и шорты, оделась и умылась в ванной, а потом взяла Торстена с собой на кухню. Там она отперла чулан и заглянула внутрь. В тусклом свете, падавшем из двери, поблёскивали глаза Меридиан, и Люси вздохнула с облегчением. Кошка по-прежнему стояла на полке, и Люси заметила на внутренней стороне двери опилки и следы от когтей. Может быть, ночью кошка пыталась выбраться и вернуться в убежище?

Люси осторожно сняла Меридиан с полки, сунула её под мышку, в другую руку схватила Торстена, взяла в рот открытую коробку со сладкими колечками и поспешила в библиотеку. Там она поставила животных на диван, пододвинула поближе большое кожаное кресло и закрыла раздвижные двери библиотеки. Грохот генератора превратился в далёкое гудение.

Люси уселась напротив животных и бросила в рот пару колечек. «Кажется, это я здесь ненормальная, – подумала она, – ведь я разговариваю с деревянными животными». Но именно это она и собиралась сделать. Она начала говорить.

– Привет, Меридиан, – сказала Люси. – Меня зовут Люси Тинкер. Приятно познакомиться.

Кошка с ненавистью смотрела на неё блестящими чёрными глазами, оскалив клыки. Внезапно сердце Люси забилось сильнее, и когда она положила в рот ещё пару колечек, они показались ей такими сухими и картонными, что она едва смогла их проглотить.

– Моего папу, Чарльза Тинкера, – продолжала Люси, – нанял мистер Куигли, чтобы он починил часы. Торстен считает, что я новая хранительница, но я понятия не имею, что это значит. Пойми меня правильно, я с радостью буду заботиться о вас всё лето. Кстати, моего брата зовут Оливер. Он хороший. Как и мы все. Я имею в виду, мы все хорошие.