Влада и маг-убийца - Саша Готти

Позади нее постоянно раздавалось странное фырканье, которое усиливалось на поворотах. Влада обернулась и увидела, что на заднем сиденье пыхтит маленькое существо, закутанное до самого носа в поеденную молью шубу. Нижнюю часть его личика туго перевязывал шерстяной шарф.

Существо порывисто вздохнуло, взметнув вокруг себя облачко белесой пыли с резким запахом нафталина.

– Это кто?! – ахнула Влада, стараясь не чихнуть от резкого запаха, который ударил в нос. – ОНО ЖИВОЕ??

– Конечно, живое, – подтвердила Дашуля. – Это охранный домовой Носферона, Буян Бухтоярович. Вожу его на работу каждую неделю, он на выходных у родичей в Медведково гостит.

– А что с ним, почему он так фыркает?

– Так его родственники в тулуп упаковали и сказали, что лучше не трогать, – пояснила Дашуля.

– Мне кажется, ему трудно дышать… – Влада с жалостью смотрела на крохотное сморщенное личико старичка, который раздувал ноздри и яростно пучил налитые кровью глазки.

Не став дожидаться отклика Дашули, Влада протянула руку и ослабила туго завязанный шарф.

– Вам лучше? – спросила она у старичка-домового. – Дышать легче теперь?

– Дышать повсеместно вскоре ужасть будет нечем! – сразу же заверещал дедуля, шамкая вставной челюстью. – Повсюдуча бяда поселилси! Чертов растреклятый черт чертовой бабушки, и тот бы не сунул носа туда, где страхосвет действует ночными временами! Взываю, дабы онные отроки послушание проявляли к старым словам!!! Слушайте, что старшия глаголють, всем нам смертушка придет от них, окаянных!

– С шарфом все-таки было лучше, – Дашуля, нервно крутанув руль, чуть не въехала в соседнюю машину.

– Дарья, сиюминутно поворачивай и ехай в Тарховку, что на тридцать верст восточнее Камчатки! – начал командовать Буян Бухтоярович. – В энтой вашенской Московии опасно, здеся покоя и жизни не будеть! Кольцо проклятущее грозит всем, грядет ниспослание убийственное! Дыхнуть не даеть зловредное удушение!!!

– Он как новости по телику у родственников посмотрит, так у него нервный срыв, – пояснила Дашуля. – Не привык дедуля, вот и колбасит его…

– Грядет бурища вселенская! – вознес указательный палец к потолку машины старый домовой. – Изыдет страх страшный, в ночное время приходящий в наше предмирье из проклятущего гнездовия!

– Буян Бухтоярович, – громко воззвала Дашуля. – Вам до места работы, в Носферон, надо доехать? Надо. А будете каркать, как ворона, мне под руку – не доедем.

– Носферон темнющий провалится, как пить дать! – не унимался дедуля. – Знамо, чему там отроков учат, какие прицельные страсти у тамошних негодных землепротивцев! Кем становится огнеглазая нежить, ежели ея сцапают светляки проклятые?! Кем, спросите вы таки меня???

– А кем? – заинтересовалась Влада, обернувшись на старого домового.

– Молчать об этом приходится во избежание кары вседержащих! – с восторгом выпалил дедуля, торжествующе сверкнув глазками. – Потому как за учение в вашенском непотребном колледжиуме светлыя силы выползут и призовут к свержению мировому! И наступит война промежду земелием нашим и чужеродным светодержателем…

– Высажу сейчас! – пригрозила Дашуля. – Будете пешком топать со своим чемоданом!

– А не страшны вашенские непотребные грозословы! Все одно выползут силы вражеские и уташшат всех в заземельную гать!!! – проорал дедуля, яростно потрясая сухими кулачонками. – Выползут, как пить дать!

Вдруг Дашуля пронзительно взвизгнула, ударив каблуком по педали тормоза.

Машина затормозила так резко, что вильнула и ударилась бампером о бордюр, при этом ремень безопасности больно резанул Владу по плечу, а старый домовой потерял вставную челюсть, которая вылетела и со звоном брякнулась о лобовое стекло.

Впереди на дороге из снежной наледи выкарабкивалось что-то черное, растопырив длинные руки с крючковатыми пальцами. Оно яростно пыхтело, со скрежетом выбираясь из земли, вытягивая свое туловище и длинные ноги. Одна из ног оказалась в ботинке, а вот второй повезло меньше. Вытащить застрявший в земле второй ботинок не получалось, и существо тоскливо взвыло, устремив на машину два горящих в темноте фиолетовых глаза.

– Я фе фофорил, фофорил!!! – восторженно истерил домовой. – Фот, фот!!!

– Опять чертов вурдалак, – разозлилась Дашуля. – И почему именно ко мне под машину они лезут, почему?! Вот точно сказал Алекс – как узнаешь про тайный мир, так он от тебя не отстанет. Вурдалаками будет выползать, упырями в очереди толкаться, вампирами вместо нормальных парней встречаться… Закапывайся, чмо!!! – отворчавшись, проорала Дашуля.

Но вурдалак оказался тормознутый, он не торопился обратно в землю, принюхиваясь и вертя круглой головой по сторонам.

– А еще все удивляются – чего такие плохие дороги? – Дашуля крутила рулем, выворачивая из переулка. – А потому что эти паразиты всегда выкапываются посреди дороги, а потом дырки за собой оставляют! Это они нарочно, мол, вот вам, не будет у вас никогда хороших дорог, пока вурдалачье под вашим асфальтом ползает!

Они вывернулись из темного переулка, и машина тут же уткнулась в длинный хвост красных огней, который двигался по улице со скоростью улитки.

– Пробка, – с выражением объявила Дашуля. – Черт бы ее подрал, пробка. Тебе во сколько надо быть в Универе?

– Лучше прямо сейчас, – напряженным голосом ответила Влада.

– Не успеешь. Видишь – роллеры катят? Сто процентов, что это упыри на роликах. Перекрыли часа на три. Так… – Дашуля кивнула на дверь, – беги на метро. Если поторопишься, то через час будешь на Сретенке.

– С-спасибо…

Мысленно обругав противную девицу, Влада подхватила свою сумку с вещами и выскочила из машины.

«Москва совершенно чокнутая, – растерянно думала Влада. – Тут все еще быстрее, чем в Питере. Одна эта Дашуля, как танк. Все какое-то сумасшедшее…»

Она какое-то время бежала, потом перешла на шаг. Сегодняшний день казался ей сплошной безумной каруселью, а мгновенные перемещения из Москвы в Питер и обратно – фантастическим фильмом про телепортацию.

По дороге ей попался рекламный плакат. Тщательно отредактированная в фотошопе девушка, закинув голову назад и откинув белые волосы, устремляла вверх мечтательно-томный взгляд. Ее губы были похожи на политое глазурью пирожное, которое вот-вот отвалится от лица и черкнет по блузке жирной красной полосой.

«Эта помада – мое счастье! – гласил шрифт внизу плаката. – Нас не разделить!»

– Кому что, – проворчала Влада помадной девушке. Как мало надо для счастья этим людям с рекламных плакатов. Помада, пудра какая-нибудь или машина – и человек уже полностью счастлив.

«А мне для счастья надо добраться до Универа», – вдруг подумала Влада, стараясь отогнать панические мысли про свое опоздание. На часы уже просто страшно было смотреть, наверняка вот-вот закончится торжественная речь ректора, и при перекличке обнаружится, что студентки Огневой нет. Влада снова перешла на бег, увязая в густой снежной каше.