Тайна зефира в шоколаде - Валерий Роньшин

Мы с Володькой недоуменно переглянулись.

— Кто это тебя ожидает? — спросил он.

— А я откуда знаю?

— Мистика повседневности, — сказал Воробей. — Никто ведь не знал, что мы сегодня приедем.

— Да, — согласилась я. — Кроме тех, кто хочет меня убить.

Володька недовольно поморщился.

— Опять ты, Мухина, Со своими бредовыми фантазиями. — Он быстро пошел вперед.

Я догнала его.

— Ты куда?

— Посмотреть, кто тебя ожидает.

— А может, не стоит?

— Ты что, трусиха?

— Не трусиха, а осторожная, — уточнила я.

Воробей покачал головой.

— По — моему, у тебя начинается мания преследования.

— Ладно, — решилась я. — Пошли. Будь что будет.

И мы пошли.

У кассы номер три нас поджидали двое военных. Красавцы восточного типа. Черный волосы, изящные усики.

— Лейтенант Рахимов, — козырнул один.

— Лейтенант Каримов, — козырнул другой.

— Маэстро Воробьев, — важно назвал себя Володька.

Но оба лейтенанта смотрели на меня.

— Добрый день, Эмма, — улыбнулся лейтенант Рахимов. — Генерал Пивоваров приказал нам встретить тебя. И доставить на конспиративную квартиру.

Я гордо взглянула на Воробья. Эффект был потрясающий. Он так и замер с открытым ртом.

— Передайте генералу мои наилучшие пожелания, — небрежно ответила я. — А как поживает майор Глотов?

— Хорошо поживает, — сказал лейтенант Каримов. — Прошу в машину.

Мы вышли на привокзальную площадь. У поребрика стояла черная "Мазда".

— Ну ладно, Мухина, — стал прощаться Володька. — Я на метро.

— Минутку, — удержал его за руку лейтенант Рахимов. И обратился ко мне: — Эмма, а ты разве ничего не рассказывала своему другу?

— Да рассказывала, а он подумал, что я шизанулась.

— Напрасно, молодой человек, — с укором произнес Рахимов. — Тем не менее ты тоже поедешь с нами.

— Володьке — то зачем ехать? — насторожилась я.

Оба лейтенанта рассмеялись.

— Вот что значит поработать в секретной службе, — сквозь смех сказал лейтенант Каримов. — Сразу начинаешь всех подозревать.

А лейтенант Рахимов дружески похлопал Володьку по плечу.

— Не бойся, парень, это для твоей же безопасности.

Мы сели в "Мазду" и поехали.

— А почему вы меня у памятника Пушкину не встретили? — спросила я.

— Накладочка вышла, — объяснил лейтенант Каримов. — Наш парижский связной время перепутал.

— Мсье Фабр?

— Да, мсье Фабр.

— А с Элизабет все в порядке? — поинтересовалась я.

— С Элизабет — то? — переспросил лейтенант Каримов. — Да, с ней все в порядке.

— Представляешь, Володька, одна женщина сражалась против целой банды. Вот что значит бывшая десантница.

— Банду мы арестовали, — сообщил сидевший за рулем лейтенант Рахимов.

— Да — а? — обрадовалась я. — И доктора Гроба тоже?

— Тоже, Эмма, тоже, — покивал Рахимов. — И шпика, что за тобой следил.

— Латиноамериканца?! Классно!

— Да, наши спецназовцы неплохо поработали, — кивнул лейтенант Каримов.

— Слу — у—шайте! — подпрыгнула я на сиденье. — А вы ничего не знаете про женщину с черной родинкой на щеке?.. Дело в том, что сегодня ночью…

— Она тоже арестована, — не дав мне договорить, ответил лейтенант Каримов.

— Вместе с черной родинкой, — пошутил лейтенант Рахимов.

Я окончательно успокоилась, и мы стали болтать о том о сем… А когда я упомянула, что обожаю зефир в шоколаде, лейтенант Рахимов тут же остановил машину и купил мне две коробки зефира.

Квартира, в которую нас привезли, была довольно большой.

Лейтенант Каримов гостеприимно распахнул двери одной из комнат.

— Чувствуйте себя как дома, ребята. Ждите полковника Соколова с новыми инструкциями. А я пока пойду приготовлю наше национальное блюдо — плов. Небось проголодались с дороги.

Мы вошли в комнату. И сразу обратили внимание на зарешеченные окна.

— А почему здесь решетки? — спросил Володька.

— Да что же это такое! — всплеснул руками лейтенант Рахимов. — Эмма, ты определнно заразила своего друга подозрительностью.

И он тоже убежал на кухню — помогать Каримову.

— Ну что, Воробей, — с чувством превосходства сказала я, — теперь ты убедился, что я говорила правду?

— Извини, — церемонно ответил он.

— А вот и не извиню.

— Ну хочешь, я тебя поцелую? — предложил Володька.

— Ой, держите меня, поцелует… Да ты, наверное, и целоваться — то не умеешь, — с издевкой произнесла я.

— А вот и умею.

Дверь отворилась

— Прошу к столу, — пригласил лейтенант Рахимов. — Вкусный плов уже готов.

Мы прошли в столовую. На столе стояли тарелки с дымящимся пловом. Я потянулась за ложкой.

— Э — э, нет, — остановил меня лейтенант Каримов. — Плов едят руками. Вот так. — Засучив рукава своей военной рубахи, он взял в пальцы горсть плова и отправил в рот.

Мы тоже засучили рукава и принялись за дело.

А время между тем шло и шло.

— Где же ваш полковник Соколов? — спустя три часа спросила я.

— Скоро приедет, — ответил лейтенант Рахимов. — Он на совещании у генерала Пивоварова.

— А давайте в шахматишки сыграем, — предложил лейтенант Каримов.

Они с Володькой начали расставлять фигурки; Рахимов отправился на кухню мыть посуду; а я стала бесцельно слоняться по комнате.

Мне вдруг сделалось тоскливо.

Неужели все уже позади?.. И завтра надо будет опять идти в школу, встречаться та м с Леночкой Леонидовной, а потом вернуться из Парижа мои драгоценные родители, и… И все потянется так же нудно, как и раньше. Из месяца в месяц, из года в год.

Нет, ну конечно, кто ж спорит — приятно, когда у истории с плохим началом хороший конец. Но с другой стороны, все эти выстрелы, слежки, таинственные истории, шпионы, наемные убийцы… Одним словом, полная опасностей жизнь оказалась мне по душе. Ведь жизнь прекрасна в любом своем проявлении, главное только — не падать духом.

Я рассеянно ела зефир и смотрела сквозь решетки на улицу. К дому напротив подъехала пожарная машина, ворота открылись, "пожарка" въехала. Видимо, там располагалась пожарная часть.