Схватка с Кощеем Бессмертным - Валерий Роньшин

После плотного завтрака у Беловой идти в «Макдоналдс» ребятам расхотелось. И Никита предложил:

— Слушай, Егорка, здесь где-то ролледром есть. Я по телику видел. Давай туда махнем. На роликах покатаемся... Эй, Егорка, ты что, не слушаешь?

Егор и правда не слушал. Он с задумчивым видом уставился вдаль.

— Егорка, очнись!

— Подожди, подожди, — отмахнулся Егор. — У меня в голове одна идейка вертится. Сейчас я ее поймаю...

— А что за идейка?

— Да подожди ты... — снова отмахнулся Егор. — Ага! Поймал! — Он взглянул на Никиту. — Ник, сейчас мы с тобой махнем не на ролледром, а на кладбище.

— На какое кладбище?

— На Ваганьковское.

— Зачем?

— Посмотрим фотку на могиле Поцелуева. И если на фотке Кощеев, сразу все станет ясно.

— Что ясно?

— Что Поцелуев — это Кощеев, ну то есть Кощей Бессмертный. Значит, ему удалось получить «эликсир молодости», и вдобавок он научился воскресать из мертвых.

— Ну ты нагородил.

— Ничего я не нагородил. Погнали на кладбище.

— А если на могиле нет фотки?

— Вот и проверим. Никита покачал головой:

— Егорка, мне кажется, это ложный след. Поцелуев не имеет к Кощееву никакого отношения.

— Но фотку мы можем посмотреть, чтобы убедиться?!

— Можем, конечно. Только как ты найдешь его могилу?

— Очень просто. Тимохин же сказал, что могила Поцелуева рядом с могилой Есенина.

— Ну ладно, погнали.

Братья спросили, как доехать до Ваганьковского кладбища. И поехали. До станции метро «Улица 1905 года».

Могилу Есенина ребята нашли быстро. А могилу Поцелуева еще быстрее. С потрескавшейся эмалевой фотографии на ребят глядел... Кощеев.

— Убедился, Ник? — торжествующе сказал Егор.

— Да-а, — протянул Никита и вдруг схватил брата за руку: — Смотри, Егорка!

— Что?

— Смотри! — повторил Никита, указывая пальцем на соседнюю могилу.

Егор посмотрел.

— Ни фига себе! — ахнул он.

На табличке, привинченной к православному кресту, черным по белому было написано: БЕЛОВА ТАТЬЯНА СЕРГЕЕВНА

Но дело было не в надписи. А в фотографии, с которой на мальчишек глядела... капитан Белова. Глаза, нос, рот... все принадлежало ей. Даже часики на руке — и те были ребятам знакомы.

— Фигня какая-то, — пробормотал Егор, не сводя глаз со снимка. — Точно, Ник?

Никита до того очумел, что даже не ответил. Только кивнул.

И в самом деле получалась полнейшая «фигня». Буквально час назад Белова спрашивала у ребят, что им приготовить на обед. И она же — лежала на кладбище. Да еще с 1951 года.

Вот как такое возможно?..

Никита наконец обрел дар речи.

— Как же такое может быть? — растерянно произнес он. — А, Егорка?

— Это все шуточки Кощеева, — показал Егор на соседнюю могилу. — Поехали обратно. Надо рассказать Беловой об этих странностях.

Вернувшись на 1-ю Тверскую-Ямскую, мальчишки принялись названивать в квартиру Беловой.

За дверью было тихо.

— Наверное, ушла куда-нибудь, — предположил Никита.

— Да никуда она не могла уйти. Она же обещала обед приготовить. Звони, Ник, звони.

Никита позвонил.

— Смотри-ка. — Егор толкнул дверь. — Не заперто.

Братья с некоторой опаской вошли в прихожую.

— Татьяна Сергевна! — позвал Никита.

В ответ — тишина. Лишь холодильник урчит на кухне.

Егор заглянул в ближайшую комнату.

— Татьяна Серге... — тоже хотел позвать он, но слова застряли у него в горле.

Посредине комнаты, на полу, лежала капитан Белова. Мертвая.