Побег - Кэтрин Ласки

Через пару дней пути Эстрелла негромко окликнула своих спутников:

– Вот она, наша тень!

Корни гигантского дерева причудливо переплелись на земле, создав настоящую стену, и прямо перед этой стеной замерла неподвижно огромная кошка.

«Почему она решила показаться нам именно сейчас? – в тревоге думала Эстрелла. – Не так ли сделала и акула, которая плавала вокруг нас, прежде чем напасть?»

Эстрелла прекрасно понимала: они никогда не увидели бы своего преследователя, если бы он сам не показался им на глаза.

Большая кошка была красива. Золотой мех испещряли черные пятна разной величины – эта расцветка делала ее практически невидимой в джунглях.

– Держитесь вместе! – негромко предупредила Эстрелла. Она сама не знала, почему так говорит.

Возможно, в ней проснулся инстинкт Первого табуна?

Зеленые немигающие глаза следили за ними, словно выжидая, когда кто-то из лошадей оторвется от группы и останется в одиночестве. Эсперо заметил:

– Полагаю, питаться он хочет отнюдь не только нашими тенями!

С того вечера и пошло: своего пятнистого преследователя лошади стали называть Пожиратель-Из-Тени.

Следующие день и ночь лошади по-прежнему держались вместе. Сторожили, сменяя друг друга, а Пожиратель-Из-Тени бесшумно и неотступно следовал за ними. Он ступал очень мягко и неслышно, но постепенно они научились различать почти беззвучное постукивание его когтей о кору деревьев. Его холодная ярость нависла над ними темным облаком.

– Он никогда не ест. Никогда не спит. Как ему это удается? – шептал Селесто.

– Не знаю. Не могу представить, – так же тихо отвечала Эстрелла.

В короткие часы отдыха Эстрелле снова начала сниться акула. Это были злые сны, страшные и жестокие, полные крови и боли. Страшнее всего в этих снах была сама акула – белая, огромная и безмолвная. Большинство даже самых опасных существ издают угрожающие звуки, рычат, воют, хотя бы сопят – но акула, как и Пожиратель-Из-Тени, была безмолвна.

Однажды вечером им показалось, что Пожиратель исчез. Не появился он и на следующее утро. Потом прошел день, прошла и еще одна ночь – лошади взбодрились и стали надеяться, что их преследователь исчез навсегда. Они по-прежнему несли свою вахту, но немного расслабились. Так прошло еще пять дней.

Однажды Корасон учуяла свежий аромат своих любимых листьев с водой и отстала от остальных, чтобы разыскать «зеленое ведро» в зарослях. Она уже наклонилась к воде, когда перед глазами у нее промелькнул золотисто-черный сполох, и раздалось леденящее душу рычание.

Что-то с силой толкнуло ее в бок, и Корасон упала. Все события заняли несколько секунд, но для кобылы они растянулись на часы.

Я упала. Я лежу на земле. Пожиратель идет, чтобы убить меня. Я чувствую его клыки…

Кобыла перекатилась на спину и отчаянно ударила задними ногами. Она видела когти громадной кошки у себя перед глазами, возле своей шеи, и она знала, что сейчас…

Раздался громкий треск сучьев, шелест листвы, пронзительные крики, хлопанье крыльев – и разноцветный водопад обрушился на землю. Джунгли загремели и зазвенели от ужасающего шума, в сумрачной дымке замелькали разноцветные перья, и Пожиратель-Из-Тени с яростным мяуканьем и рычанием скатился с бедной Корасон. Морда его была в крови.

Птицы! Пронзительные крики издавали несколько десятков, а то и сотен ара и попугаев, со всех сторон набросившихся на гигантскую кошку.

– Глаза! Цельтесь ему в глаза! – верещали птицы.

Пожиратель бежал. Он был весь в крови, и золотистый мех потускнел и свалялся клочьями.

Корасон с трудом поднялась на трясущиеся ноги. Каким-то чудом она осталась цела, лишь на плече была совсем небольшая ранка от когтей Пожирателя. Лала и Альфо, а также еще с дюжину птиц расселись на кустах прямо перед ней. Прискакавшая Эстрелла радостно закричала:

– Вы вернулись! Вы вернулись!

– Орррехи надоели. Мы полетели в лес и увидели, что ягуаррр охотится на вас.

– Вы подоспели вовремя! – сказал Эсперо.

– О да, вовремя! – прошептала Эстрелла, обводя взглядом поле битвы.

Сотни разноцветных перьев устилали землю. Птицы расселись по кустам, ветвям и поваленным деревьям. Выглядели они потрепанными, но бодрыми. Эстрелла не сводила глаз с перьев на земле.

– Вы… в порядке? Вы сможете летать?

– Конечно! – бодро откликнулся большой зеленый попугай, сидящий на сухой ветке. – Это мы просто слегка… полиняли.

Птица склонила голову и внимательно посмотрела на Эстреллу лукавыми глазами-бусинками.

– Послушай-ка! Это джунгли. Вы ходите по земле. У вас нет тех преимуществ, что есть у нас, летающих. Но вы в два раза больше ягуара, а мы… некоторые из нас… размером с его коготь…

Эстрелла не дала ему договорить.

– Но вы спасли Корасон!

Лошади смущенно понурили головы. Корасон, все еще тяжело дыша, пролепетала:

– Спасибо вам! Спасибо большое!

– Не благодари! – откликнулись ара. – Лучше учись сражаться.

– Мы… мы…. – Анжела тоже с трудом могла говорить. – Мы участвовали в сражениях. Мы выносили на себе своих хозяев из боя – но это они управляли нами.

– Совершенно верно! – откликнулся Альфо. – Они ездили на вас верхом. Мы знаем про хозяев. О, да, мы хорррошо знаем про хозяев.

Эстрелла с уважением посмотрела на храбрых птиц.

– Я не понимаю, как вы сделали это. Как вам удалось победить ягуара? Вы выклевали ему глаза?

Зеленый попугай взглянул на Эстреллу, а затем схватил клювом толстую ветку, нажал… раздался громкий треск, и отломленная ветка упала на землю. Лошади в изумлении смотрели на птицу.

– Никто этого не ожидает! – гордо сказал попугай. – Все считают нас… хорррошенькими. Но там, в Старом Свете, я сам выбрался из клетки. Из железной клетки!

– Ты из Старого Света? – спросила Анжела?

– Некоторые из нас, – ответил за друга Альфо. – Некоторые – нет.

– Некоторые из нас всегда были дикими птицами! – кивнул попугай.

– Дикими… – прошептал Эсперо с восторгом.

Однако Анжела и Корасон переглянулись с тревогой.