Иванушка - Ирина Мешкова

— Молодцы, что сами ко мне пожаловали, не надо далеко за добычей лететь!

И ну хохотать, над людишками мелкими потешаться.

Тут Иванушка скомандовал ковру поднятся, подлетел с беглостью невиданной и забросил в разинутую пасть несколько белых яблок.

Проглотил змей летучий яблоки и не поперхнулся. Только и успел крылья громадные для полёта развернуть, а потом всем телом сморщился и в крошечную змейку обратился. Подлетел к Иванушке, ротик махонький открывает, пищит, точно комарик — и не разберёшь, о чём толкует.

— Теперь рыбёшкой мелкой будешь командовать, — Иванушка усмехается. — Кончилось твоё время, чудище ненасытное.

Повёз Иванушка на ковре Алёшку домой, а тот от радости то смеётся, то плачет, то в пляс пускается.

— Не балуй, — Иванушка говорит. — Вниз сверзишься, шею сломаешь.

Вот в город прибыли, Алёшка принялся всем рассказывать, что нет больше змея окаянного. Взяли люди Иванушку под руки, повели в палаты белокаменные. Камер-лакей дорогого гостя самому королю представляет.

А король в том царстве карлик был. Очень он своего роста стеснялся и на людях никогда не показывался.

Говорит Иванушке:

— Как нам тебя благодарить, храбрый рыцарь?

— Ничего мне не надобно. Люди вашего государства улыбаться стали — это и есть награда. А вот я могу тебя одарить — тем, о чём и мечтать не смеешь.

Достал он из кармана красное яблоко и подал королю-коротышке.

— Не погнушайся, твоё велико, съешь яблочко. Только не всё, а половину, иначе великаном станешь.

Съел король половину яблока, плечи его расправились, горб пропал, стал он высоким да статным красавцем. Теперь и на улицу не стыдно выйти, и по государству своему проехаться. На радостях пожаловал король каждому подданному по золотой монете.

Звал Иванушку остаться советником при дворе, но Иванушка отказался. Пожил недельку у короля и дальше в дорогу пустился.

Обманутый царь

Жил на краю деревни чеботарь по имени Харитон. Летом он лапти плёл, зимой бурочки валял тёплые. Заказчикам посолидней — черевички да сапожки кожаные тачал. А в свободную минуту игрушки из дерева мастерил. Это у него любимое дело было, задушевное. Своих детей чеботарь не имел, чужих игрушками одаривал.

Пошёл как-то Харитон за лыком в лес, смотрит — попала в капкан лисичка-чернобурочка. Лапу ей придавило, вытащить не может, скулит жалобно.

Освободил лисицу Харитон, принёс домой. Лапу чернобурочке полечил, туго обмотал, за печкой кумушку пристроил, чтоб выздоравливала. Сел игрушки мастерить. Их у него целая клеть насобиралась — и лошадки с наездниками, и куколки в платьицах, и зверушки разные, лесные и домашние. Как живые они у него выходили.

Пожила лисичка у чеботаря сколько-то дней. Лапу Харитон ей выправил, говорит как-то вечером:

— Завтра выпущу тебя на волю. Бегать можешь, как раньше, хорошо лапка срослась.

Наутро выходит он на крыльцо, а там целое собрание — тьма-тьмущая лисиц сидит вкруг двора.

Открыл Харитон дверь, чернобурочку к ним выпустил.

— Ступай, — говорит. — И в капкан больше не попадайся. Тебя вон друзья уж дожидают.

Тут лисичка возьми и заговори:

— Это свита моя, Харитонушка. За мной пришла. Ты не простую лисицу спас от погибели, а царицу лесную, спасибо тебе, мил-человек. За то награжу тебя.

Сказала так и исчезла с глаз вместе со своими лисьими подданными, как её и не бывало.

Подивился Харитон, домой вернулся.

Глядит, а игрушки-то его ожили! Медведь в барабан бьёт, мальчишка деревянный на жалейке играет, мелодию выводит, а куколки да зверята танцуют под ту музыку.

Харитон только руками развёл.

— Ай да лиска, а да затейница!

Стал он поделки свои необычные на рынке продавать. Вкруг прилавка у него всегда народ топчется. Специально со всех окрестных городов люди приходят посмотреть на те игрушки — вон свинка хрюкает, пятачком смешно водит, вон лошадка с повозкой по кругу скачет, там куколка песенку поёт, а тут Петрушка трепака пляшет. Богатеи готовы для своих детишек за таку хитру штуку гривну золотом заплатить. А тому, у кого денег нет — мог и за так отдать Харитон, не жадный был человек.

Вот как-то прознал царь про умельца, что безделицы неслыханные мастерит. Вызвал Харитона к себе, секретно с ним пошушукался, задание дал.

С той поры заперся Харитон в доме своём, тайный царский заказ исполняет. А через месяц был готов болван деревянный — точный портрет царя да в человеческий рост! Раскрасил его мастер, волосики из пакли прилепил, в одёжку подобающую нарядил и к царю во дворец в карете повёз.

У царя того тоже было дело одно любимое, задушевное — собирал он в садах и лесах жуков да мотыльков всякой разновидности и описание им вёл. Жалко ему время терять на государственные утомительные дела — важные бумаги читать и подписывать. Скучно было речи перед гостями иноземными держать да балами командовать. Будет теперь болван царю помогать, обыденные монаршие дела вести.

Вот приезжает Харитон во дворец, изделие своё привозит. Сначала сам-один в залу нарядную входит и игрушку свою царю представляет. Так и так, говорит, знакомься, твоё царское величество, привёз я тебе твоё повторение. Потом болвана в залу пустили. Идёт болван гордой поступью, голову задрав, за ручку с царём как с равным поздоровкался.

— Вишь ты! — царь присвистнул. — Похож! Будешь теперь со мной рядом денно и нощно.

С тех пор стал царь болвана вместо себя с порученьицем посылать. Сначала по мелочи — на охоту с королём заморским, али на званый обед с князьями придворными, али на балы взамен себя, когда самому не танцуется.

А потом и до серьёзных дел допустил — соглашение какое заключить с Западным соседом али перемирие объявить с Восточным правителем.

Болван во вкус вошёл. Того казнит, того милует. Строгости с челядью завёл, затрепетал народ пред ним после указов неприятных. С заграничными соседями заменщик царский рассорился, всем подряд войной угрожает.

А ещё полгодика прошло — уж и царю не подчиняется.