Пендервики на улице Гардем - Джинн Бердселл

— Ну что ж. Тогда я пошёл проверять студенческие работы. Или кто-то что-то имеет добавить? Насчёт былой безмятежности?

— Нет, — ответила за всех Розалинда.

Когда папа развернулся и побрёл к дому, его спина выглядела такой непривычно сутулой и одинокой, что Розалинда преисполнилась новой решимости спасти его — и всех остальных тоже — от тяжкого бремени свиданий.

— Собираем совсеспен, — бросила она сёстрам.

Совсеспены, то есть совещания сестёр Пендервик, могли происходить где угодно, но сёстры предпочитали Квиглин лес — конечно, если было не слишком холодно или дождливо. А в Квиглином лесу они предпочитали один старый поваленный дуб. Он упал в сильную грозу много лет назад, и теперь его огромные узловатые вывороченные корни вздымались высоко над землёй. В своё время сёстры Пендервик укрывались за этими корнями от вражеских армий, мнимых или настоящих (в роли настоящих обычно выступали Томми и его брат Ник). Но Розалинда, Скай и Джейн уже вышли из того возраста, когда девочки играют в войну, а Бетти ещё не вошла в тот возраст, когда можно бегать по Квиглину лесу без старших. Поэтому дуб теперь чаще оказывался залом заседаний, чем крепостью.

Розалинда выбрала для себя удобное место повыше: выбирала всегда та из сестёр, которая созывала совсеспен. Остальные устроились на соседних корнях, пониже. Пёс улёгся рядом с Бетти, развернувшись на всякий случай носом к тропинке — мало ли какая оттуда может грозить опасность. Когда все расселись по местам, Розалинда приступила к обычной процедуре.

— Предлагаю начать совещание сестёр Пендервик.

— Поддерживаю предложение, — откликнулась Скай.

— Я тоже, — сказала Джейн.

— Я тоже. И Пёс тоже.

Скай закатила глаза.

— Бетти! Миллион раз тебе уже объясняли: Пёс не должен ничего поддерживать.

— А он хочет вместе со всеми. Правда, Пёс?

— Гав.

— Так, тихо! — прикрикнула Розалинда. — И ты тоже тихо, Пёс, — добавила она, предупреждая очередной «гав». — Она сжала правую руку в кулак и вытянула вперёд. — Клянёмся молчать обо всём, что тут будет, храня нашу тайну даже от папы… особенно от папы. Только чтобы беду отвести, мы вправе нарушить данную клятву.

Сёстры тоже сжали кулаки и выставили их вперёд — один над другим.

— Честью семьи Пендервик — клянёмся! — произнесли сёстры вместе.

Четыре руки опустились.

— Вы все знаете, из-за чего мы сегодня собрались… — начала Розалинда.

— А из-за чего? — спросили сёстры.

— Из-за папиных свиданий! Не понимаю, вам совсем, что ли, всё равно, что у нас в семье творится?

— Мне нет. — Бетти вытащила из кармана имбирное печенье, половину отгрызла, второй половиной угостила Пса.

— Спасибо, Бетти. В общем, всё это время я пыталась придумать, как предотвратить эти ужасные свидания. Только не говорите мне, что это была мамина затея. Знаю, что мамина, но от этого не легче. — Розалинда вызывающе оглядела сестёр, будто предупреждая: только попробуйте возразить.

Скай тут же попробовала.

— Нам всем эта затея не нравится, но папа же обещал тёте Клер! И тут ничего не поделаешь, обещал — значит должен выполнять.

— Кроме того, у мужчин есть потребности, — вставила Джейн. — Я читала в одном журнале.

— Какие потребности? — спросила Бетти.

— В каком журнале? — спросила Скай.

— Тихо! — Розалинда постучала по ближайшему корню, призывая сестёр к порядку. — Да, Скай, папа обещал, ему пришлось согласиться на эти свидания. Но мы-то знаем, что он их ненавидит так же, как я… как все мы. Я посмотрела в словаре то слово, что он вчера сказал, cruciatus. Знаете, что оно означает? «Пытка»!

— Мисс Мунц пытала папу? — Глаза у Джейн округлились от ужаса: ведь пытать — значит вздымать на дыбу! Или избивать цепями.

— Нет, конечно, — поморщилась Розалинда. — Папа просто хотел сказать, что он чувствовал себя несчастным. И нам надо придумать, как его спасти, но чтобы при этом он мог выполнить своё обещание… Я надеялась, что ещё до начала совсеспена успею сама придумать какой-нибудь план. И я очень старалась, уже и так прикидывала, и этак… Но пока что у меня придумалось только название. «План папоспасения», вот!

— Хорошее название, — кивнула Скай. — Кто «за», поднимите руки. Или давайте так: кто согласен, кричите «я», будто у нас перекличка на корабле… Я!

— Я! — крикнула Джейн и совершенно неожиданно сообразила, что у её любимой героини не было ещё ни одного морского приключения. — Слушайте, Сабрина Старр же может спасти кита!

— Джейн! — Розалинда схватилась за голову, которая у неё вдруг сильно разболелась. — Ну как же так! Почему никто, кроме меня, не хочет понять, как это всё серьёзно!

— Прости, Рози… Я понимаю, — пробормотала Джейн, а Бетти, в знак того, что она тоже понимает, передала Розалинде имбирное печенье.

— В общем, у нас есть название плана, но нет плана, — подытожила Скай. — Может, их… того? Допустим, тётя Клер подыскивает папе очередных тётенек, а мы их убиваем? По одной, друг за дружкой.

Бетти очень оживилась.

— А как мы их убиваем? Расскажи.

— Да говорите же вы по делу! — воскликнула Розалинда. — Нам папе надо помочь. Па-пе! Ну, и как-то устроить, чтобы у нас не появилась… — Но произнести слово вслух Розалинда так и не смогла, только сильнее сжала голову руками.

— Мачеха, — закончила за неё Скай. — Я, вообще-то, по делу говорила. Но раз вы не хотите никого убивать, тогда давайте по-другому. Отменить свидания совсем мы не можем, так? Папа обещал, обещания надо выполнять, это понятно. Но мы же можем сами подыскать для папы ещё трёх тётенек — таких, чтобы они ему ну совсем не понравились? Как мисс Мунц. Он встретится с ними по одному разу — и привет, о следующем свидании даже слышать не захочет. И никаких мачех! Ну что, гениальный план?

Розалинда убрала руки от головы и посмотрела на сестру каким-то странным взглядом.

— Слушай, а ведь и правда гениальный…

— Да? — Скай не привыкла, чтобы её планы называли гениальными. Нелепыми, дикими, опасными — пожалуйста. Но гениальными — пока что ни разу.

— Погодите, погодите, — Джейн ещё не решила, как относиться к предложению сестры. — Мы что, будем подыскивать для папы самых противных тётенек? Это же нечестно! Что папа про нас подумает, когда узнает?

— А мы ему не скажем — он и не узнает. — Голова у Розалинды неожиданно прошла. — И потом, не забывай: мы же ради него стараемся.

— М-м-м… наверно, ты права. Даже если это свинство с нашей стороны. Но ему ведь потом будет лучше, да?