Тысячелетний мальчик - Росс Уэлфорд

– Что, мамаша твоя сбежала? – спросил самый крупный из них.

На вид ему было лет пятнадцать.

– Она пошла вызывать полицию, – ответил я.

Они усмехнулись.

– Не волнуйся. Мы покончим с тобой задолго до того, как явятся пасечники.

Они медленно, угрожающе приближались. Джон, который был меньше остальных, шёл посередине. Я не шевелился, пока они не оказались в четырёх ярдах.

– Что такое, пацан? Так и будешь стоять, да?

Джон сделал ещё шаг, и тут я начал двигаться. Присел на корточки, правой рукой схватил пригоршню мелких камней и бросил ему в лицо.

Должен сказать, бросаю я метко.

Наёмник Рафель заставлял меня усердно тренировать броски. Камни попали в цель, и Джон взвыл – один из них угодил ему между глаз.

Два других хулигана отвлеклись, и, прежде чем подняться, я схватил толстую ветку. Она была не такой прямой, как мне бы хотелось, но зато – нужной длины и веса: около пяти футов и достаточно тяжёлой, чтобы для её удерживания требовалось небольшое усилие.

«Если тебе легко, ему не больно», – прозвучал у меня в голове голос Рафеля.

Схватив ветку обеими руками, я размахнулся и ударил мальчика справа от Джона. С приятным треском она врезалась ему в колено. Мальчик заорал от боли и отступил.

«Сначала колени, это их замедлит!»

Джон всё ещё тёр глаза, и я изо всей силы ткнул его в живот концом ветки. Он не заметил её приближения и согнулся пополам с криком боли и хрипом.

И тут громила, который стоял слева от Джона, подошёл ко мне и ударил ногой в голень. Было чертовски больно. Я взмахнул веткой, но он уклонился от удара. Я понял, что с этим парнем будут сложности.

«Если придётся драться с несколькими, начни с сильнейшего, пока не растратил силы…»

Мальчик снова двинулся вперёд. Я взял дубину на изготовку и встал, распределив вес поровну на обе ноги. Потом сделал вид, что замахиваюсь, и, когда он для защиты поднял руки, поменял направление и со всей силы ударил сбоку по груди, выбив из мальчика весь воздух.

«Теперь заканчивай свою работу, Альфи», – сказал Рафель.

Дубина отскочила от противника. Я слегка приподнял её и, вложив всю силу, влепил хулигану деревяшкой по голове. Он потерял сознание и упал на землю, вывалив язык.

У меня не было времени восхищаться содеянным, поскольку Джон и второй парень уже шли на меня. Парень замахнулся кулаком, а я, поставив блок палкой, ударил его в живот. Он отлетел в заросли крапивы и взвыл.

Остался только Джон. Он был намного больше меня и смотрел с ненавистью. А моя старая сухая ветка надломилась – я слышал, как она хрустнула. Я взмахнул веткой, целясь Джону в бедро. Тот увернулся, и ветка, скользнув по бедру, сломалась. Я швырнул в него обломок, промазал, и он загоготал.

– Отлично, придурок! Посмотрим, как тебе это понравится.

Не сводя с меня глаз, он наклонился, поднял один из обломков и пошёл ко мне. Против него я был бессилен. Джон замахнулся, а я лишь поднял руки, защищаясь.

И тут мелькнуло нечто чёрно-белое. Я услышал нечеловеческий, высокий визг, а затем – дикий крик Джона.

– А-а-а, убери это! О! А-а-а!

Он отбросил палку и всеми силами старался оторвать от себя Биффу, которая вцепилась когтями ему в голову. Она мяукала, рычала и царапалась, а Джон МакГонагал скакал как ошпаренный, махал руками и орал от боли. Наконец ему удалось сбросить Биффу. Она стояла перед ним, выгнув дугой спину, шипя и плюясь, как кипящий чайник.

– Ты больной, вот кто! Придурок! Чёртов психопат! – кричал Джон, отступая к дороге.

– Тогда убирайся, – я показал на одного из дружков, уже отбежавшего на безопасное расстояние. – Не пора ли присоединиться к нему? Проваливайте, все вы! Не люблю, когда всякая дрянь болтается под ногами.

Джон помог встать своему приятелю, и они пошагали прочь.

– Молодец, Биффа! – пробормотал я, но кошка меня не слушала.

Она пошла на мальчиков, и те пустились наутёк.

Я чувствовал себя победителем. Правда. Именно так. Но я знал, что это не конец.

До конца ещё было далеко.

«В реальной жизни, Альфи, их надо добивать. Иначе они придут за добавкой».

Рафель жил в семнадцатом веке. С тех пор времена изменились.