Девочка, которая упала с небес - Виктория Форестер

Пастор Браун уже начал свою проповедь, когда Пайпер тихонько проскользнула на скамью, которую обычно занимали Макклауды, и села. Скамья Миллеров была прямо перед ней, и Милли Мэй Миллер не преминула окинуть Пайпер взглядом, дескать, пусть не думает, что её опоздание осталось незамеченным. Пайпер старалась сидеть аккуратно и тихо и смотреть прямо перед собой, чтобы не дать Милли Мэй нового повода для сплетен.

Хотя наружность у Пайпер была самая набожная, в уме она воображала лица ребят, когда те увидят, что она снова летает. Батюшки, ну и удивятся же они! И наверняка пожалеют, что сегодня оставили её дома. А может, даже станут терзаться чувством вины. Конечно, Пайпер сразу их простит, однако думать о том, как неловко им будет и как они, возможно, расплачутся, было приятно.

Пайпер ушла с головой в фантазии, где Лили рыдала и умоляла возобновить их дружбу, а Конрад называл себя паршивцем и негодяем за то, что оставил её дома. А она, Пайпер, стояла, словно святая на картинке – в белоснежном платье и в ореоле солнечного света, – не гневалась и не винила никого. Нет, она была само всепрощение.

Дойдя до этого момента в своих мыслях, Пайпер вдруг поняла, что ей жарко. Она расстегнула верхнюю пуговицу на платье, чтобы можно было дышать, но этого оказалось недостаточно, и она расстегнула следующую пуговицу. Очевидно, она слишком быстро бежала в церковь, а день выдался жарче, чем ей казалось.

Уже в следующую минуту Пайпер была убеждена, что в церкви пожар. Однако никто, кроме неё, не испытывал неудобства, ни у кого даже пот на лбу не выступил.

Жар делался всё сильнее, и теперь Пайпер казалось, что она сидит среди пылающего костра. Она закатала рукава на платье и приспустила гольфы. Но и этого было недостаточно. Поскольку ничего больше в одежде ослабить Пайпер не могла, она схватила сборник церковных гимнов, лежавший перед ней, и стала им обмахиваться.

Милли Мэй не одобряла использование гимтария в качестве веера. Это было неподобающе и отвлекало внимание окружающих. Она поджала губы и громко покашляла, чтобы донести до окружающих своё мнение по этому вопросу.

Не обращая внимания на недовольство Милли Мэй, Пайпер обмахивалась всё быстрее, старательно вдыхая через нос и выдыхая через рот.

Милли Мэй тихо вскипала, прикусив язык и сжимая и разжимая руки. Пайпер Макклауд устроила настоящий тарарам. Будь та дочерью Милли Мэй, уж ей бы это с рук не сошло, уж она бы в два счёта прекратила этот нонсенс, раз и навсегда. Что теперь? Пайпер сопит, как собака? Терпение Милли Мэй закончилось.

Повернувшись назад, Милли Мэй открыла рот, чтобы высказать Пайпер Макклауд всё, что скопилось у неё на сердце, но тут она увидела лицо Пайпер и застыла. При виде этого лица она растеряла все слова, которые были уже готовы сорваться с языка, и все мысли, кружившие в голове.

Лицо Пайпер Макклауд покрылось громадными сочащимися нарывами, каждый размером с фрикадельку. Пузыри надулись у неё на руках и ногах и сбегали вниз по шее. Это было практически извержение вулкана.

– Господи, спаси нас! – завизжала Милли Мэй, подскочив на ноги.

И в этот самый миг самый большой пузырь, тот, что вздулся у Пайпер на лбу, лопнул под чрезмерным давлением нездорового роста, и Милли Мэй с головы до ног окатило гноем.

– А-а-а! – завопила Милли Мэй. – Этот ребёнок одержим дьяволом! ПОСМОТРИТЕ НА НЕЁ!

Выражение лица Милли Мэй вкупе с гнойным взрывом подсказало Пайпер, что происходит что-то серьёзнее простого перегрева.

Пайпер выскочила из церкви и бежала не останавливаясь до самого дома – хотя по дороге взорвалось ещё несколько нарывов.

Бетти стало получше, и она была на кухне, готовила воскресный обед, когда увидела, что Пайпер несётся к дому через поле.

– Что во имя…

Пайпер влетела в кухню, пряча лицо в ладонях.

– Мама, мама, я сейчас взорвусь!

– Что случилось?

Пайпер бросилась на пол.

– Я пошла к Вороне Сдуба, и она дала мне кое-что. Я думала, это поможет мне взлететь, но моё тело словно взбесилось, и все меня видели, и я не знаю, что мне теперь делать!

Бетти хлопнулась на стул и схватилась за голову.

– Пайпер Макклауд! Я оставила тебя без пригляду на часок, а ты вона что натворила!

Пайпер расплакалась по-настоящему.

– Но я думала, если я приму… Я думала, я…

– Дай-ка я погляжу, что ты приняла! Покажи немедленно! – Бетти подставила ладонь.

Пайпер вынула бутылочку из кармана и отдала её Бетти. Бетти отвинтила крышечку, понюхала и резко отдёрнула голову.

– Это что за дьявольщина?

Пайпер выпучила глаза и затрясла головой.

– Я не знаю. Я не спрашивала. Ворона Сдуба сказала, это меня распутает.

Бетти перевернула бутылочку вверх дном. Она была совершенно пуста.

– И сколько ты приняла?

– Порядочно. Раз уж я начала… Я хотела летать… Я думала… Я думала…

– Пайпер Макклауд, могу поклясться, здравого смысла в твоей голове ни капли. Ох, детка. Перестань плакать. Ты же знаешь, большая часть того, что вытворяет Ворона Сдуба, – полнейшая чушь. Однако, слава Всевышнему, она не убийца. Что бы она тебе ни дала, это тебя не убьёт, но тебе придётся подождать, покуда оно само не пройдёт.