От шнурков до сердечка - Евгений Клюев

Между прочим, Небольшой Дымок понятия не имел о том, что у всего на свете должна быть какая-то форма. Но это ведь нам с вами как раз и неважно, имел он понятие или не имел. А то, что он формы не имел – важно. Сами посудите: можно ли так вот просто оторваться от трубы и отправиться в путь – совершенно не позаботившись о том, чтобы принять хоть какую-нибудь форму? Конечно, нельзя! Никогда не следует отправляться в путь, если ты не в форме. Увидит тебя, например, кто-либо на дороге и спросит своего случайно подвернувшегося приятеля:

– Что это там?

А приятель только пожмёт плечами: не знаю, дескать… просто чепуха какая-то, дескать.

– Форменная чепуха? – переспросит Кто-Либо и с ужасом услышит в ответ:

– Да нет, бесформенная.

Но так или иначе, а полетела, стало быть, по небу бесформенная, получается, чепуха – Небольшой Дымок. И цвет у него, кстати, тоже был не ахти. Очень неопределённый был цвет: не то серый, не то сизый, не то бурый. Короче говоря, совершенно не подготовленный к полёту Небольшой Дымок полетел.

Ему так и сказала об этом одна чрезвычайно аккуратная Тучка в форме виолончели:

– Вы совершенно не подготовленный к полёту Небольшой Дымок!

– Ну и наплевать сто раз! – сказал не только совершенно не подготовленный к полёту, но и совершенно невоспитанный Небольшой Дымок.

А чрезвычайно аккуратная Тучка в форме виолончели взяла и обиделась. В самом деле: с какой стати ей было выслушивать всякие грубости, если она – в форме виолончели?

– На это, – произнесла она, – я Вам ничего не скажу, а только возьму да улечу от Вас навсегда в страну Аргентину.

И начала улетать.

– Подумаешь! – фыркнул Небольшой Дымок. – Я и сам могу улететь в страну… Аргентину. И в любую другую страну могу улететь, только я не знаю, какие ещё есть.

Но Тучки уже не было рядом: она действительно взяла да улетела в страну Аргентину.

Небольшой Дымок повисел в одиночестве и от нечего делать заскучал. А заскучав, тоже решил улететь в страну Аргентину. На самом деле не так уж он и горел желанием отправляться вслед за дурацкой этой Тучкой в форме виолончели – нет, он бы с радостью отправился в совершенно другую страну, только ведь для того, чтобы отправиться в ту или иную страну, надо по крайней мере знать её название. Хорошо, конечно, знать ещё, на каком языке в той стране разговаривают и какие там порядки в настоящее время. Только ведь понятно, что требовать этого от Небольшого Дымка – безрассудно, а значит, остаётся только смириться с его выбором: Аргентина так Аргентина!

Однако спросить, как лететь в Аргентину, в небе оказалось некого: тучек больше не попадалось, потому что день вообще-то был погожий… А у птиц, как известно, спрашивать бесполезно. Во-первых, они летают слишком быстро – так что начало вопроса приходится задавать одной птице, конец – уже другой. – но в это самое время перед тобой оказывается третья птица, которая не может дать тебе ответа, потому что не слышала вопроса. Во-вторых, птицы на глупые вопросы вообще не отвечают, вопрос же «где находится Аргентина?» – глупый, и ответ на него знает каждый: Аргентина находится в Южной Америке!

Каждый-то каждый, да только не Небольшой Дымок… Впрочем, делать было нечего – пришлось лететь наугад, хотя кому угодно понятно, что когда летишь наугад, вовсе не обязательно прилетаешь в Аргентину. Этак мало ли куда можно прилететь. например, в Данию, а Дания-то уж совсем в противоположной стороне.

Так или иначе, но Небольшой Дымок летел, летел и в конце концов куда-то прилетел – трудно было понять, куда именно, потому что перед ним была граница. Сначала ведь, как известно, идёт граница страны и только после этого – сама страна. На границах же обычно стоят пограничники, которые могут пропустить в страну, а могут и нет.

– Вы кто такой? – спросил у Небольшого Дымка Пограничник и довольно строго на Небольшой Дымок посмотрел.

– Это Вас не касается, – ответил не только совершенно не подготовленный к полёту, но и совершенно невоспитанный Небольшой Дымок.

– Ещё как касается! – рассердился Пограничник и задержал Небольшой Дымок рукой в чёрной перчатке.

Задержанный попытался вырваться, да не тут-то было: пограничники – люди сильные.

– Пропустите меня немедленно! – потребовал Небольшой Дымок, извиваясь в руке Пограничника.

– Немедленно не получится, – продолжая держать его, терпеливо объяснял Пограничник. – Боюсь, что и медленно теперь тоже не получится.

– Но у меня дела здесь, в Аргентине! – соврал тогда Небольшой Дымок.

Тогда Пограничник усмехнулся и сказал:

– Здесь не Аргентина. Здесь Бельгия. В Аргентину – пожалуйста, я за Аргентину не отвечаю. А за Бельгию отвечаю – и не пропущу сюда кого попало.

– С чего Вы взяли, что я кто попало? – обиделся Небольшой Дымок.

– Да Вы же без всякой формы! Если бы у Вас была какая-никакая форма, тогда бы. тогда бы я ещё посмотрел.

Тут уставший спорить Небольшой Дымок первый раз в жизни призадумался – и вдруг принял форму лёгкого шарфа. Пограничник сразу же заулыбался, разжал руку и поднёс её к козырьку:

– Добро пожаловать, дорогой Лёгкий Шарф, в нашу прекрасную страну Бельгию!

И пропустил Небольшой-Дымок-в-Форме-Лёгкого-Шарфа через границу. Потом строго посмотрел вокруг себя и громко произнёс:

– А кого попало я в нашу прекрасную страну Бельгию не пускаю!

Небольшой-Дымок-в-Форме-Лёгкого-Шарфа очень вежливо поблагодарил Пограничника – так всегда поступают лёгкие шарфы – и полетел знакомиться с прекрасной страной Бельгией, чтобы узнать, на каком языке в ней говорят и какие тут порядки в настоящее время.

Вагон и маленькая тележка

Вагон и Маленькая Тележка очень любили друг друга.

Все это замечали, но никто над ними не смеялся: над настоящей любовью никогда не смеются. Смеются над всякими тили-тили-тесто-жених-и-невеста или я-вас-люблю-и-обожаю-беру-за-хвост-и-провожаю, а над настоящей любовью – нет.