Новобранец - Роберт Маркмор

Мальчики вскарабкались по лестнице.

— Главное — не смотри вниз, — посоветовал Ариф.

Джеймс соскользнул по шесту, с трудом преодолевая боль в большом пальце. Расстояние между двумя первыми досками было не более метра. Джеймс набрался храбрости и перескочил. Потом они поднялись еще по одной лестнице и снова пошли по доскам. Эта дорожка проходила метрах в двадцати над землей. Джеймс осторожно переставлял ноги, стараясь смотреть только вперед. Деревянные доски предательски поскрипывали.

Разрыв перед следующей дорожкой тянулся уже метра на полтора. Будь он на земле, Джеймс с легкостью преодолел бы его, но при мысли о том, что придется прыгать с одной мокрой доски на другую на высоте двадцати метров над землей, у мальчика волосы встали дыбом на голове. Ариф разбежался и легко перепрыгнул через просвет.

— Это совсем нетрудно, Джеймс, — сказал он. — Смелей, это последнее препятствие.

В кустах крикнула птица, и Джеймс невольно опустил глаза. Он увидел, как высоко забрался, и его охватила паника. Из-за плывущих по небу облаков ему казалось, что он падает.

— Я не могу тут стоять! — закричал Джеймс. — Меня сейчас вырвет!

Пол схватил его за руку.

— Я не смогу, — простонал Джеймс.

— Сможешь, — спокойно сказал Пол. — Если бы это было на земле, ты бы даже не замедлил шаг...

— Но я не на земле, черт возьми! — заорал Джеймс.

Он спросил себя, какого дьявола делает здесь, в двадцати метрах над землей, с раскалывающейся от боли головой и ноющим пальцем, весь в запекшейся крови и цыплячьем дерьме. А потом ему вспомнилось, какая тоска царит в «Небраска-Хаусе» и что на прощание сказал ему сержант Дэвис: тяга к приключениям доведет тебя до тюрьмы. Этот прыжок стоил того, чтобы рискнуть. Он переменит всю его жизнь.

Джеймс разбежался и прыгнул. Доска качнулась у него под ногами. Ариф поддержал его под руку.

— Отлично, — сказал Ариф. — Теперь остался последний этап.

— Что?! — возмутился Джеймс. — Ты же только что сказал, что этот был последним! Теперь надо только спуститься по лестнице...

Они вышли на площадку, с двух сторон огороженную перилами. Джеймс глянул вниз. Из дерева торчали два крюка, к каким привязывают веревочную лестницу. Но самой лестницы не было!

— Мы что, пойдем всю дорогу обратно? — спросил Джеймс, и голос его предательски дрогнул.

— Нет, — сказал Ариф. — Мы спрыгнем.

Джеймс слушал и не верил своим ушам.

— Это легко, Джеймс. Там, на земле, постелены мягкие маты.

Джеймс поглядел на грязный голубоватый квадрат, видневшийся далеко внизу.

— А как же ветки? — спросил он.

— Они тонкие, — сказал Ариф. — Только царапаются очень, когда летишь сквозь них. — И прыгнул.

— Порядок! — откуда-то снизу донесся его голос. Джеймс подошел к краю платформы. Он никак не мог решиться сделать следующий шаг, как вдруг почувствовал, как кто-то — а был это, конечно, Пол — толкает его в спину. Полет запомнился Джеймсу на всю жизнь. Он со свистом рассекал воздух, ветки слились в одну расплывчатую тень. В следующее мгновение он врезался в маты. Единственной полученной им травмой была царапина на ноге — на лету он зацепился о ветку.

* * *

Джеймс боялся воды. Он рос без отца, и некому было научить его плавать. Мама не ходила в бассейн, потому что была очень толстой и все смеялись, когда видели ее в купальнике. Джеймс был в бассейне всего один раз, с классом. Двое ребят, которых он задирал, пока был на берегу, затащили его на глубокое место и бросили. Инструктор выловил его и долго выкачивал воду из легких. После этого Джеймс категорически отказывался даже близко подходить к бассейну и все уроки плавания проводил, читая комиксы в раздевалке.

Сейчас Джеймс, полностью одетый, стоял на краю бассейна.

— Нырни, достань со дна кирпич и плыви к дальнему концу бассейна, — велел Мак.

Джеймс посмотрел на мерцающий в глубине кирпич и представил, как рот его наполняется холодной хлорированной водой. От страха подкосились ноги, и он попятился.

— Не могу, — признался Джеймс. — Я и в ширину его не переплыву.

***

Джеймс снова очутился там, где начал, — перед камином в кабинете доктора Мак-Афферти.

— Ну и как ты оцениваешь свои успехи? —спросил Мак.

— Наверное, ужасно, — предположил Джеймс.

— Первый экзамен ты сдал очень хорошо.

— Но я же не нанес ни одного удара, — удивился Джеймс.

— Брюс — великолепный мастер боевых искусств. Победить ты в принципе не мог. А вот сдался ты, только когда Брюс пригрозил нанести тебе серьезное увечье. Это очень важно. Чтобы покалечиться, большого ума не надо, и ничего героического в этом нет. И самое главное – ты не просил времени на отдых перед следующим экзаменом и ни разу не жаловался на боль. Это доказывает, что у тебя есть сила воли и искренне желание поступить в «Херувим».

— Брюс меня одной левой уложил, какой смысл был продолжать? — спросил Джеймс.

— Правильно, Джеймс. В настоящей схватке Брюс мог бы применить удушающий прием, и ты потерял бы сознание или даже умер. Тест на умственные способности ты тоже прошел успешно. Великолепно отвечал по математике, средне — на лингвистические задания. А что ты думаешь о третьем экзамене?

— Я убил цыпленка, — Джеймс пожал плечами.

— Да, но означает ли это, что ты прошел испытание?

— Вы ведь сами просили меня его убить!

— Тест с цыпленком — это проверка твоей моральной устойчивости. Ты прошел бы его успешно, если бы сразу схватил цыпленка и убил его на месте. Или наоборот — если бы решительно отказался, сказал бы, что не приемлешь убийства, не ешь животных и не станешь его убивать. А ты показал себя не с лучшей стороны. Ты явно не хотел убивать цыпленка, но уступил моему нажиму. Я ставлю тебе оценку чуть выше отрицательной, потому что, в конце концов, ты всё-таки принял решение и исполнил его. Если бы ты в последний момент дрогнул или расхныкался, это считалось бы полным провалом.

Джеймс был доволен, что прошел хотя бы три испытания.

— Четвертый экзамен был сдан на «отлично». Временами ты робел, но брал себя в руки и преодолевал препятствия. Теперь о последнем испытании.

— Я, наверное, провалился...

— Мы знали, что ты не умеешь плавать. Если бы ты собрал все силы и вытащил кирпич, мы бы поставили тебе высшую отметку. Если бы ты прыгнул в воду, а потом нам пришлось бы тебя спасать, то это говорило бы о неспособности оценивать свои возможности и засчиталось бы как провал. Но ты решил, что задача тебе не по плечу, и даже не стал пытаться. На это мы и рассчитывали. В целом, Джеймс, экзамены ты сдал хорошо. Я рад предложить тебе место в «Херувиме». Сейчас тебя отвезут обратно в «Небраска-Хаус», и в течение двух дней я надеюсь услышать твой окончательный ответ.