Пончик идет по следу - Карен Арутюнянц

— Откуда ты знаешь эту песню?! — воскликнул Антон. — Даже я её не помню! А мне её пел мой прадедушка!

— И мне её напевал мой прадедушка, тоже капитан дальнего плавания, родом из России, — ответила Анжелика. — И, кстати, он, как и ты, плавал с ручной корабельной крысой Сёмой.

«Вот это совпадение! — в очередной раз удивился Антон, вспоминая вечерний разговор с Анжеликой. — Сеньке расскажу! И вообще, пусть посоветует, как мне быть? Как добраться до Новой Зеландии? Не на „Пароходике“ же мне туда плыть… Так хочется к моей Анжелике!»

Капитан передал штурвал своему помощнику и пошёл искать крысу Сеньку.

— Вот так вот и плаваю, — рассказывал тем временем Сенька Полканычу о своей речной жизни. — В основном слежу за чистотой на палубе. Если кто насорит или пирожок обронит, приходится подбирать. На корабле главное — порядок! А в минуты отдыха делюсь жизненным опытом с капитаном. Молодой ещё. Одно подскажу, другое, чтоб глупостей не натворил.

— А как же ты с ним разговариваешь? Он что, писк крысиный понимает?

— Полканыч, — напомнил Сенька, — я ж талантливый. Выучился семафорной азбуке. При помощи флажков с капитаном общаюсь. Они всегда со мной. Это же флот! Наука!

Сенька вытащил из-за пазухи два флажка — красный и чёрный — и ловко замахал ими:

— Красный и чёрный флажки в светлое время суток используют. У меня ещё жёлтый и белый имеются. Я ими, когда темно, машу… Вот это означает: «Есть люди, которые живут так, словно по реке плывут. Их несёт в открытое море, где много опасностей!» Знаешь, кто сказал? Древний философ Сенека. Мой тёзка. Я по радио слышал.

Тут к ним подошёл Антон Чижиков-Пыжиков и печально уселся на лавочку.

— Сеня… — собравшись с мыслями, сказал капитан, — подскажи мне, как быть с Анжеликой? Может, всё бросить и наняться матросом на корабль до Новой Зеландии?

Сенька замахал флажками, одновременно переводя Полканычу:

— Я ему говорю: «Терпения набраться надо, а не бросать всё и лететь сломя голову незнамо куда!» Вот балда, если он к своей Анжелике укатит, придётся искать новый катер.

— Почему? — удивился Полканыч. — Этот вроде ничего… С новым капитаном подружишься.

— Да нет… — вздохнул Сенька. — Не будет у «Пароходика» нового капитана. Старый катер. Спишут скоро на металлолом. Или поставят на якорь и сделают из него речной ресторанчик.

— Так, если ресторанчик, тебе это только на лапу, — сказал Полканыч.

— На лапу, — хихикнул Сенька. — Кстати, Полканыч, а что это за коты у вас в сумке?

— Унюхал, бродяга… — улыбнулся Полканыч. — Это Мурзик с котятами. Умаялся Мурзик, спит… Вообще-то, его Лавриком звать, у него с лапой беда, говорит, из форточки выпал. Его баба Нюра приютила, Мурзиком и прозвала. Теперь вот в Большие Сосенки едем, на отдых.

— Понятненько… — Сенька вернулся к пирожку. — Ну вам ещё плыть и плыть, до конечной…