Нина и Золотое число - Муни Витчер

На часах было 17 часов 51 минута и 3 секунды. Джиролума была готова и вместе с юными алхимиками ожидала прибытия двух добротворящих призраков Ксоракса.

Нина поставила бутыль рядом с говорящей Книгой, сложила высохший лист бумаги с именами карконианских призраков, сунула его в карман вместе с Талдомом и бросила последний взгляд на свечу, лежащую в Кумисте, и на Ключ к Мозаике, плавающий в Бомильо.

Строго взглянув на мисочка Соли, удобно устроившуюся на краешке стола, она попросила:

– Пожалуйста, ничего здесь не трогай. Мы скоро вернемся.

Мисочка фыркнула, но решила не реагировать, предпочитая держаться на дистанции от алхимических предметов.

Пятерка друзей покинула лабораторию и спустилась в вестибюль в ту самую секунду, когда Джакомо и Вера, сопровождаемые Любой и Карло Бернотти, спускались по лестнице с кучей чемоданов, сумок и шляпных коробок.

– Можем двигаться, – улыбнулся отец Нины.

Нине удалось улыбнуться в ответ, изображая радость, хотя ей до смерти хотелось рассказать родителям о своих переживаниях и укрыться от своих страхов в их объятиях. Поступить так, однако, означало поставить крест на их отдыхе. Перед Ниниными глазами возник светящийся облик деда, в ушах зазвучал мягкий убедительный голос Этэрэи. Девочка представила себе красоту Шестой Луны и её забавных магических животных. Возвращение Каркона виделось ей кровавой раной, изувечивший этот изумительный алхимический мир. Нет, она не могла позволить Злу перечеркнуть достигнутые с таким трудом победные итоги борьбы за свободу Ксоракса.

Вслед за родителями, Любой и Карло она и её друзья взошли на катер, который повез их к пирсу, где стоял круизный лайнер. Вечернее небо все еще было затянуто тучами, но дождь, к счастью, прекратился. Прохладный сырой воздух остужал разгоряченные лица юных алхимиков, то и дело оглядывающихся по сторонам. Перспектива встретить Каркона и его ужасных близнецов, а то и хуже – двух призраков Зла, пугала их. За недолгую поездку никто их них не произнес ни слова, все были погружены в раздумья над тем, что опять придумает вероломный князь и как нужно поступить, чтобы и на этот раз не позволить Алхимии Зла победить.

Теплое прощание и поцелуи у трапа растоптали напряжение, в котором пребывала Нина. Едва сдерживая слезы, девочка вдыхала тонкий аромат маминых духов, а мама приглаживала её растрёпанные ветром волосы и нежно прошептала:

– Прошу тебя, будь умницей… не делай глупостей…

– Обещаю. Будьте спокойны, развлекайтесь от души, вам давно пора отдохнуть как следует. Карибы ждут вас. И почаще звоните мне, рассказывайте обо всем интересном, что увидите.

Глаза Нины заблестели, а сердце наполнилось отчаянием.

Лайнер отплыл точно по расписанию, оставив за кормой длинный шлейф пены на воде лагуны и печальную улыбку на лице девочки.

Ческо подошел и взял её за руку:

– Ты расстроена?

– Немножко. Конечно, хотелось бы, чтобы они были рядом, но, с другой стороны, хорошо, что они уехали. Грузить их проблемами, которые возникли у вас с появлением Каркона, было бы неправильно. Это дело касается нас, алхимиков Шестой Луны. И мы должны самостоятельно выполнить все, что нам предназначено, – ответила девочка.

Фьоре и Рокси обняли её.

– Мы всегда будем рядом. Можешь рассчитывать на нас. Вот увидишь, и на этот раз все получится.

Додо нервно кашлянул и, не сводя глаз с удаляющегося лайнера, спросил:

– К…к…какие наши п…п…планы?

Нина глубоко вздохнула и решительно сказала:

– Я возвращаюсь на виллу с Любой и Карло. Буду ждать появления Фило и Джолии…

– А мы? – в унисон спросили девочки.

– Вы идите по домам и отдыхайте. Если возникнут проблемы, я вас предупрежу.

– А вдруг Каркон… – начала было Фьоре.

– Не будем гадать, – перебила её Нина. – Ясно, что он постоянная угроза для нас всех. Будем вести себя, как всегда, но будем начеку. Надеюсь, скоро Этэрэя подскажет нам план действий. Пока же у нас есть эта деревянная слеза, алхимическая свеча и Ключ к Мозаике. Понятно, что все это дано нам с какой-то целью. Постараюсь узнать, с какой.

– Ладно, – кивнул Ческо. – Созвонимся через несколько часов. Мы с Додо заскочим в «Лавку масок» к родителям. Заодно пройдем мимо дворца Ка д'Оро, посмотрим, что к чему. Хотя вряд ли у Каркона, Алвиза и Барбессы есть где укрыться, кроме этой кошмарной норы.

– Согласна, – сказала Рокси. – Подумайте еще, как нам помешать встрече призраков с мэром. Нельзя допустить, чтобы мэр попал в их ловушку. В любом случае, что бы ни случилось, у каждого из нас в кармане Рубин Вечной Дружбы. Если он нагреется или начнет светиться, значит, кто-то из нас в опасности и надо действовать. Надеюсь, вы все это помните.

Рокси достала свой рубин из кармана.

Остальные сделали то же самое.

Нина, помахав друзьям рукой, побежала догонять няню и садовника. И сейчас же перед её внутренним взором встало лицо Ливио, и, как она ни пыталась избавиться от видения юного врага, ей это не удавалось.

Когда к причалу подошел морской трамвайчик, Нина не пошла вместе с няней и садовником в салон, а уселась на верхней палубе, хотя там сильно дуло. Придерживая раздуваемые ветром волосы, она грустно смотрела на бегущие за бортом волны.

Вечер окрасил дома и дворцы Венеции в темно-синий цвет, огни фонарей отражались в облаках, низко скользящих по темному небу.

Люба несколько раз звала девочку в теплый салон, но Нина предпочла остаться наедине со своими мыслями.

У неё это не получилось.

Голос за спиной заставил её подскочить сильнее, чем волны, бившие в дно пароходика.

– Говорят, ты большой знаток алхимии!

Нина обернулась и с изумлением увидела Ливио в развевающемся на ветру плаще и натянутом на голову капюшоне. Широко открытые глаза девочки встретились с бездонным взглядом черных глаз юного призрака.

– Не хочешь узнать, кто я такой? – с вызовом спросил мальчик, слегка наклонив голову набок.

– Я и так это знаю! – не стушевалась Нина. – Ты Ливио Борио из дворца Ка д'Оро!

– Тогда правду про тебя говорят. Что ты дока в магии. Что тебе еще известно? – Призрак плотнее закутался в плащ.

– Я знаю все, что мне надо знать. И не приближайся ко мне! Иначе это плохо кончится для тебя! – Нина сунула руку в карман с Талдомом.

– Смотри, какая храбрая! А с виду такая хрупкая. И красивая. Намного красивее, чем мне рассказывали. Так ты уверена, что не хочешь поговорить со мной? – Ливио пристально смотрел на побледневшее лицо Нины.

– Поговорить с тобой? О чем? О том, как ты и твой отец воскресили Каркона и его подручных? Или ты хочешь поговорить о том, зачем вы, отвратительные призраки, явились сюда? Я и так знаю: помогать своему мерзкому родственничку!