Большое богатство - Полли Хорват

Поначалу ничего не произошло. В таких случаях всегда наступает пауза, пока нежданная беда медленно осознаётся мозгом. А затем женщина, сидевшая за несколько столов от Руперта, отодвинула свой стул и спросила тихо, еле различимо:

– Вроде кто-то крикнул «пожар»?

Руперт вцепился в барную стойку обеими руками, ожидая, что вот-вот его вычислят, схватят и вышвырнут из главных дверей на ледяной тротуар. Лихорадочно оглядывая зал, он вдруг выхватил глазами окошко в двери, ведущей на кухню, а за ним лицо миссис Риверс и её круглые глаза. Но её лицо почти сразу исчезло, а следом дверь в кухню приоткрылась, в щель высунулась рука с горящим рулоном туалетной бумаги и зашвырнула его под ближайший столик. Из-под стола повалили клубы дыма, и вдруг по всему залу раздались крики: «Пожар!» – в такой ситуации всегда кто-то кричит. Народ стал быстро пробиваться к выходу – в такой ситуации всегда кто-то работает локтями. С запозданием и с героическим усилием из помещения вывели стариков – в такой ситуации кто-то всегда действует именно так. Но так или иначе, все пробирались к входным дверям.

«А вы быстро реагируете, миссис Риверс», – с восхищением подумал Руперт, понимая, что, едва услышав его выкрик, она приняла решение – нет дыма без огня.

Это был его шанс! Руперт стаканом воды залил горящий рулон туалетной бумаги, схватил его и бросил в мусорное ведро за барной стойкой. Затем он подбежал к доске, пододвинул стул, встал на него, схватил мел и, пока ресторан был пуст, вывел, как можно аккуратнее, под третьей закуской: ТАРРАГОНСКИЙ ИСКРЯЩИЙСЯ САЛАТ.

Затем Руперт выскользнул наружу и шмыгнул в толпу, нашёптывая: «Ложная тревога. Возвращайтесь внутрь. Ложная тревога». Вскоре взрослые подхватили его слова, и все со сконфуженным видом потянулись обратно в ресторан – так бывает, когда в чрезвычайной ситуации люди действуют совершенно разумно, а потом, обнаружив, что никакой чрезвычайной ситуации не было, стыдятся собственной реакции.

Все закончилось так быстро, что ни повара, ни шеф Майклз не заметили суматохи. Только официанты, которые находились в ресторане, знали, что произошло, но им было не до того. Они были слишком заняты, обслуживая клиентов, чтобы тратить время на такую ерунду, как ложная тревога.

Все и думать забыли о пожаре. Все, кроме пары за четвёртым столиком, под который миссис Руперт швырнула дымящийся рулон туалетной бумаги.

– Кто крикнул «пожар», Глория? – допытывался мужчина, его звали Стэнли.

– Не мы, это я знаю точно, хотя и видела дым у себя под ногами, – ответила Глория.

– Мадам, – произнёс официант, склоняясь, чтобы заглянуть под скатерть, – сейчас там ничего нет.

– Однако ж было, – настаивала она.

– Конечно, было, – проговорил официант, помня о своих чаевых. – Вы очень наблюдательны!

– Да, я всегда была наблюдательной, верно, Стэнли? – вопросила Глория.

– И почему это, куда бы мы ни пошли, всюду пожар? – проворчал Стэнли.

– Нигде, где мы были, пожара не было, – уточнила Глория.

– Ну, значит, если не учебная тревога, так ещё что-нибудь, – заявил Стэнли.

– Ты просто голоден, – отмахнулась Глория.

– Конечно, голоден. Я умираю от голода. Мне нужно сделать заказ.

И они подняли глаза на доску.

– Что это за искрящаяся штука в меню? – спросила пожилая дама за соседним столиком, протягивая руку за очками.

– О, искрящийся салат – я возьму его для начала, – воскликнула Глория. – Давай и ты закажи его, Стэнли. Шеф Майклз никогда прежде не включал его в меню. Должно быть, это что-то новенькое.

– Не знаю, я не любитель блёсток, – засомневался Стэнли. – В нём не окажутся пайетки, как думаешь? Или эти жуткие серебряные шарики, которые я вечно прошу тебя не класть на кексы.

– Ну, ты скажешь, Стэнли! Пайетки! Вот поэтому с мужчинами так сложно, – доверительно сказала официанту Глория. – Они никогда не хотят пробовать ничего нового.

– Не могу с вами не согласиться, – промолвил официант, несмотря на то, что он сам был мужчиной. – Но осмелюсь сказать, что я также терпеть не могу пайетки. Особенно в еде.

– Отлично, итак, мне принесите просто вяленую говядину, – решил Стэнли. – Вот это мужская закуска.

И ресторан снова наполнился хлопотливым гулом.

– Слушай, малыш, – зашептал Сэм, подкравшись к Руперту, – ты не видел, кто кричал «пожар»? Ты ничего не видел, а? Потому как в мусорном баке лежит обгорелый рулон туалетной бумаги! Я думаю, кто-то пытался спалить этот кабак!

Руперт простодушно покачал головой, пытаясь придать лицу шокированное выражение.

Когда Руперт крикнул «Пожар!», Сэм стоял у дальнего конца барной стойки, и всё же он одним из первых пробился к двери. «Сначала женщины, дети и старики» – для него было пустым звуком. Он считал этот подход устаревшим.

– Всё это просто безумие, – начал было Сэм, но прежде чем он успел продолжить, гости разом стали проталкиваться к бару, как часто бывает после пережитого страха. Тут уж за работой Сэму стало не до размышлений о том, кто мог попытаться поджечь ресторан.

Миссис Риверс предупредила всех поваров, что помимо жареной рыбы – строчки из меню, которая сегодня была закреплена за ней – она будет готовить искрящийся салат. Больше никому не нужно о нём беспокоиться.