Сэр Мартин. Возвращение на родину - Михаил Александрович Самарский

– Мэм, кладите рюкзак на ленту, – сказал охранник, – а все металлические предметы и телефон вот сюда. – Он показал на столик, рядом с рамкой.

Алиса замешкалась и разнервничалась не на шутку; она то и дело бросала взгляд на отверстие в рюкзаке, из которого торчали кончики рыжих ушей. Заметив обеспокоенность посетительницы, страж нахмурился и открыл было рот, собираясь что-то сказать, как вдруг заметил объект её внимания.

– В планетарий с собаками нельзя, – категорично замахал он руками.

– Но у вас об этом нигде не написано, – дёрнула плечами Алиса. – Я смотрела на сайте и не нашла такой информации, на входе тоже нет запрещающего знака, а раз нет, значит, можно, – выдвинула она железный аргумент.

С минуту охранник стоял в полном смятении, не зная, как правильно поступить. Видимо, понимал, что по сути девушка права. Всё, что не запрещено, разрешено. Пока он думал, Алисе казалось, будто она слышит, как скрипят шестерёнки в его голове.

– Мистер, я уже три месяца мечтаю попасть в планетарий, а сегодня наконец появилось свободное от учёбы время. Но, к сожалению, мне не с кем его оставить. Мы живём вдвоём, поэтому мне ничего не оставалось, как взять его с собой, – выпалила девушка на одном дыхании и умоляюще сложила ладони.

Неизвестно, что больше подействовало на охранника: её честность или морда Мартина, которую он теперь полностью высунул из рюкзака и принялся строить жалкие гримасы.

– Обычно сюда приходят с детьми, а вот чтобы собак приводили слушать лекции о космосе, на моей практике ещё не было. – Сдвинув фуражку на лоб, страж почесал затылок. – Ладно, проходите, – махнул он рукой, – только не вытаскивайте собаку из сумки и скажите ему, – мужчина кивнул на пастушка, – чтобы не вздумал лаять.

– Спасибо, – радостно закивала Алиса и обратилась к Мартину: – Ты слышал, что он сказал?

К счастью, собачонок не успел ответить – она зажала ему пасть рукой.

Алиса прошла через металлоискатель и оказалась в просторном холле, где заметила за окошком кассы пожилую женщину. Оформляя билет, кассирша объяснила девушке, как попасть в лекторий, где выступает учёный, и сообщила: мероприятие уже давно началось. Алиса ужасно расстроилась из-за опоздания. Она поблагодарила кассиршу, схватила билет и помчалась по указателям в зал, напрочь позабыв о том, что надо было сдать жилетку в гардероб.

«Ну да бог с ней, в зале сниму», – подумала Алиса и вспомнила, как любит говорить её отец: «Пар костей не ломит». Пробегая по лабиринтам планетария, на одном из стендов она заметила фотографии Юрия Гагарина и других известных астронавтов. Отдельными экспонатами стояли скафандры, как первые, так и современные. На стенах светились голографические изображения звёзд, планет и других небесных объектов. То тут, то там лежали осколки метеоритов и торчали из-под пола огромные глобусы, точно круглые деревья. Под потолком на невидимых нитях висели мини-копии летательных аппаратов и разноцветные шары, имитирующие другие планеты Солнечной системы. Мартину всё было в диковинку и в новинку, он с любопытством вертел головой по сторонам. Из одного зала в другой перемещались экскурсионные группы, состоявшие в основном из детей и родителей. На выглядывающую из рюкзака голову необычного посетителя никто не обращал внимания.

Когда они наконец добрались до лектория, Алиса облегчённо вздохнула, не увидев у входа тётушек, которые обычно проверяют билеты. Неизвестно, как бы те отреагировали на собаку, пришедшую послушать лекцию учёного-астрофизика.

– Мартин, умоляю, веди себя как мышка, – попросила Алиса, прежде чем войти в зал, и распахнула дверь.

Оказавшись внутри, она невольно ахнула, когда подняла глаза и увидела под куполом угольное небо, усыпанное миллиардами звёзд. Над сценой висел земной шар, вокруг которого наматывала круги космическая станция. Алисе казалось, будто она летит вместе с ней. Девушка застыла на месте, не в силах оторвать взгляд от увиденного.

– Если вы выйдете ночью в ясную погоду из дома, каждый из вас сможет полюбоваться нашей Галактикой. Даже не имея бинокля, можно разглядеть её газово-пылевые рукава и звёзды разной яркости и цвета, – донёся до неё голос лектора, вернув в реальность, и в этот момент на стенах появилась голограмма звёздного неба, а на нём – грязно-жёлтые пятна, напоминавшие облака.

В ярко-синем свете, струящемся из-под потолка, Алиса отчётливо видела седовласого учёного в очках, расхаживавшего туда-сюда по сцене, и слушателей, которые настолько увлеклись лекцией, что на опоздавшую никто не обратил внимания. Девушка посмотрела на билете ряд и номер своего места и направилась в нужную сторону.

«Да, планетарий Гринвича – это не сеновал с дырявой крышей, в прорехи которой заглядывают по ночам звёзды и луна», – подумала Алиса, озираясь по сторонам. Стены и потолок зала то и дело меняли изображения, в зависимости от того, о чём рассказывал астрофизик. Когда он заговорил о метеоритном дожде, в девушку со всех сторон полетели огненные шары и светящиеся иглы.

Пробираясь к своему месту – а оно как назло оказалось чуть ли не в середине ряда, – Алиса смотрела под ноги, чтобы не споткнуться обо что-нибудь, и то и дело виновато бормотала: «Простите… извините… простите… извините». Увлечённые разглядыванием на потолке и стенах загадочных туманностей в виде больших скоплений звёзд, пыли и газа, зрители не замечали чуда, выглядывавшего из её рюкзака. Так, во всяком случае, казалось Алисе. И вдруг Мартин неожиданно громко гавкнул, и его лай в тишине зала прозвучал подобно раскату грома. Девушка так испугалась, что едва не упала в обморок. Десятки глаз тотчас потеряли интерес к космическому явлению и уставились на неё. Она как ни в чём не бывало продолжила пробираться к своему месту, пытаясь понять, почему пастушок залаял, что стало тому причиной и только, когда расслышала знакомый голос, до неё дошло, кто стал виновником возмущения питомца.

– Элис, привет, – тихо произнёс Энтони, – ты тоже пришла послушать мистера Кимберли?

Увидев его, Алиса нисколько не удивилась реакции пастушка. Она уже давно поняла, что этот парень не нравится Мартину. Её миролюбивый собачонок ни к кому не проявлял агрессии. Но когда они встречали Энтони во время прогулки, он словно с цепи срывался. Рычал, гавкал на него и не позволял приближаться к хозяйке. Если случалось, что молодые люди вместе возвращались из парка, филологу приходилось держаться от Алисы на приличном расстоянии. Парень и сам всё это замечал, поскольку не раз спрашивал у собачонка: «Мартин, я никак не пойму, чем не угодил тебе?», тот отвечал сердитым «Буф», и лишь Алиса догадывалась о причине такого поведения пастушка. Он ревновал её к другим парням – видимо, считал, что рядом с ней может быть только Женя.

Девушка не успела ответить на вопрос, вместо неё это сделал учёный.

– Видите, друзья, насколько я популярен, – улыбнулся он и поднял вверх указательный палец, – на мои лекции даже собаки приходят.

После его слов по залу прокатился смех. Алиса добралась до своего места, радуясь в душе, что оно оказалось не рядом с Энтони, иначе Мартин до конца лекции рычал бы на него. Даже сидя от парня на приличном расстоянии, пастушок был страшно неспокоен и бесконечно кидал на него хмурые взгляды.

– Уважаемый, хотелось бы узнать, что стало причиной вашего возмущения? Что я не так сказал? –