Холодный Том - Сэлли Прю

Рев машины Эди снова прорезал вечернюю тишину.

— Все в порядке, — прошептал Джо. — Она завернула за угол.

— Давайте!

Джо уже успел снять ольховый венок, висевший над задней дверью. Дом Анны был всего в нескольких шагах.

— Все будет в порядке, — сказала Анна, стоя у Тома за спиной. — Джо запер заднюю калитку. Здесь не опасно. Идем. У нас тебе будет лучше.

Том чувствовал ее горячее дыхание у себя за спиной. Он сделал шаг в темноту.

— Не останавливайся, — сказала Анна, заботливо подталкивая его в спину.

Том переступил порог дома Анны. Он отличался от дома Эди Макинтош. Во всяком случае пах иначе.

— Это чеснок, — объяснила Анна, заметив, как он поводит носом. — Я развесила связки чеснока над всеми дверями и окнами. Может, это отпугнет волшебный народ.

Из темноты вышел Джо. Он закатил глаза:

— Это вампиры. Вампиры боятся чеснока.

— А разве волшебный народ не похож на вампиров?

— Совсем больная. Феи любят серебро, они не могут быть вампирами.

— Ой, я об этом не подумала. — Анна посмотрела на серые гирлянды на стенах и вздохнула. — Ладно. Во всяком случае это не повредит. Надеюсь, все обойдется и мама не будет ругаться.

— Тебе стоит дать Тому его съесть, тогда к нему точно никто близко не подойдет, — сказал Джо.

В комнату вошел Бернард с кипой изогнутых металлических прутьев.

— Ты принес наждачную бумагу? — спросил он у Джо. — Нам нужно очистить всю эту ржавчину.

— Пап, это Том, — сказал Джо. — Он приехал погостить к Эди Макинтош.

Бернард кивнул.

Вся мебель в соседней комнате была сдвинута к стене, а на полу были разложены металлические полосы и миниатюрные коробочки на колесах. Бернард был таким грузным, что с трудом опустился на пол. Было ясно, что встать с пола ему будет еще труднее. Это немного успокоило Тома.

— Вот, смотри, — сказал Джо. — Тут два куска наждака.

— Отлично. Попробуй для начала обработать прямые участки.

В углу комнаты стояла коробка с проволочной сеткой. В ней было что-то живое. Софи.

— Зимой мы берем ее в дом, — сказала Анна. — Хочешь ее подержать?

Том помотал головой. Он чувствовал себя очень странно, и ему даже не хотелось ее есть, хотя он по-прежнему не понимал, зачем Анна держит в доме кусок мяса. Ведь не было никакого смысла порабощать животное. Или был?

Анна подвела Тома к креслу и сама пристроилась на краешке.

— Папа вытащил свой поезд, и они пытаются его починить, чтобы продать, — шепнула она. — Мама говорит, что подобные совместные занятия объединяют мужчин. Как ты? Тебе здесь лучше?

Том сидел и глубоко дышал. Отсутствие ольховых веток принесло облегчение. Ему по-прежнему было очень жарко, но по крайней мере здесь ему не мешал шорох ольхи, и он наконец мог сосредоточиться. Но… он взглянул на Бернарда и Джо. Они терли свои металлические полоски, не глядя друг на друга и не разговаривая, но на глазах у Тома между ними возникла новая толстая веревка, тяжелая словно цепь. И она потянулась по направлению к его креслу. Вначале она обвилась вокруг Анны; и он не мог понять, как эта тяжесть не придавила ее к полу. Анна просто откинулась в кресле, развалившись, как кошка на солнце.