Школа монстров. Подруги навсегда! - Гитти Данешвари

Все собравшиеся в Вампитеатре не просто молчали – они замерли, словно монстров парализовала полученная информация.

– Я утверждаю, что это правда, потому что сам когда-то был членом «ДОМЭ» в Древнем мире. Однако постепенно я понял, что все монстры созданы равными, и меня очень беспокоила неспособность других членов общества это увидеть. Поэтому мы с Рамзесом де Нилом покинули «ДОМЭ». Потом мы перебрались в мир монстров, здесь разделяли наши взгляды. Вместе мы трудились без устали, чтобы держать «ДОМЭ» подальше от мира монстров и Сейлема, – продолжал Дракула. – Когда я говорю «я», то подразумеваю всех, кто стоит сейчас перед вами. Мы – Общество Дружных Монстров.

– Что? – воскликнул Дьюс. – Выходит, я совсем ничего не знаю про свою маму! Она член тайного общества?

– Расскажи мне об этом! – поддержала его Фрэнки. – Что дальше? Может, моя фамилия вовсе не Штейн?

– Не волнуйся, наша фамилия Штейн, – заверил мистер Штейн дочь, а Дракула продолжал говорить:

– Один из членов нашего общества сегодня не с нами, но, поскольку его дочь сейчас сидит в зале, я бы очень хотел выразить ему признательность. Гексисия Стим.

– Что-о-о?! – ахнула Робекка. У нее округлились глаза, а из ушей повалил пар – такого мощного выброса Рошель и Венера еще никогда у нее не видели.

– Мы также в большом долгу перед директрисой Бладгуд, потому что она помогла нам основать Школу монстров, – добавил мистер Вульф. – Я проработал с ней много лет и могу с полной уверенностью утверждать: она бы никогда не согласилась обратиться к «ДОМЭ», и не важно, кто или что нам угрожает.

– Список, который мы нашли на чердаке. В нем были перечислены члены Общества Дружных Монстров, – пискнула Венера, хватая Рошель за руку.

– Да, но Рамзеса де Нила в списке не было, – откликнулась Рошель, потирая подбородок.

– Должно быть, это ошибка, – ответила Венера.

Тут мисс Подлётыш сорвалась со своего места и плавно приблизилась к сцене.

– Простите, простите, но я просто обязана кое-что сказать. Я больше не могу молчать, – мягко проговорила она.

– Конечно, – вежливо кивнул Дракула и жестом предложил преподавательнице взять микрофон.

– Пусть я была озадачена какое-то время из-за этой новой информации про «ДОМЭ», но она не изменила моего мнения. Неужели хуже иметь дело с правящим классом образованных монстров, которые поддерживают порядок в сообществе, чем оказаться в тюрьме под игом нормалов? Я бы выбрала первое.

Внезапно Вампитеатр взорвался криками и воплями, поскольку ученики и ученицы Школы монстров принялись ожесточенно обсуждать этот вопрос. Рошель, Ки и Венера огляделись по сторонам – голоса их сверстников становились все громче и громче. Тем временем оглушенная Робекка встала и медленно двинулась к сцене.

– Это просто ни в какие ворота не лезет! Оно просто в них застревает! Мой папа состоял в вашем обществе? Он помогал основать Школу монстров? – запинаясь, обратилась она к Дракуле, мистеру и миссис Вульф, мистеру де Нилу, миссис Йелпс, мистеру Штейну и миссис Горгон.

– Твой отец был нормалом, понимавшим монстров. Он был великим человеком, и мы все надеемся однажды снова его увидеть, – ответил Дракула.

– Вы знаете, где он может быть сейчас? Как вы думаете, что могло с ним случиться?

– К сожалению, юная леди, у нас нет никаких сведений о нынешнем местонахождении твоего отца, – холодно ответил мистер де Нил.

– Но это не значит, что мы не увидим его снова, – тепло добавила миссис Горгон, поправляя темные очки.

– Вы знаете, чем он занимался, когда исчез в катакомбах? – спросила Робекка.

На ее плечо опустилась тяжелая рука.

– Chérie, с тобой все в порядке? – спросила Рошель.

Венера и Ки тоже подошли в своей синеволосой подруге.

– Да, – улыбнулась Робекка. – Лучше, чем когда бы то ни было. Я чувствую себя просто отпадно! Оказывается, мой папа еще удивительнее, чем я думала!

– Так и есть, – подтвердил Дракула. – И отвечаю на твой вопрос: он должен был встретиться в катакомбах с Рамзесом де Нилом, но так и не явился.

– Сначала я очень обиделся, потому что непозволительно заставлять члена царской семьи ждать, потом понял: видимо, что-то случилось. Так и было, – ответил Рамзес де Нил.

– Мистер де Нил, ничего, если я задам вам один вопрос? – вмешалась Венера.

– Конечно, нет. Я знаю, как сильно девушки интересуются монаршими особами, – кивнул Рамзес де Нил.

– Другие девушки, может, и интересуются, но не я, – возразила Венера, к вящему неудовольствию мумифицированного джентльмена. – Я хочу знать, какова ваша позиция касательно «ДОМЭ»? Вы против него, верно?

– Что за вопрос! Я же член Общества Дружных Монстров! – фыркнул Рамзес де Нил.

– Простите, я не хотела вас обидеть. Просто Клео упомянула о том, что вы поддерживаете «ДОМЭ», – пояснила Венера.

– Наверное, моей дочери бинты набились в уши. Я всегда говорил ей, что против «ДОМЭ». Вероятно, она слегка запуталась, поскольку ее тетя Неферия, приехавшая из Древнего мира, с некоторой симпатией относится к мировоззрению «ДОМЭ».

– Что же, спасибо, что прояснили этот вопрос, – натянуто улыбнулась Венера.

Когда прозвенел последний звонок, Школа монстров уже погрязла в спорах о том, какое из зол выбрать: «ДОМЭ» или нормалов.

– «ДОМЭ» действует против основных принципов Школы монстров, – с жаром утверждала Дракулаура, обращаясь к неряшливо одетому юноше-мумии.

– Ну да, только я не хочу жить в Сейлеме, если наш город фактически превратится в тюрьму! Я бы лучше жил по законам мумий, вампиров и призраков-аристократов! – кричал паренек.

– Тебе легко говорить, ты сам мумия, – возразила подошедшая к ним Лагуна.

– И что же ты предлагаешь делать? – пробормотал юноша.

– Сложный вопрос, приятель. Я не знаю. Знаю только, что «ДОМЭ» разрушит все, во что я верю, – ответила Лагуна.

– Похоже, все лишь сильнее запуталось. Нам удалось заставить народ сомневаться в «ДОМЭ», вот только теперь все вокруг спорят, – сказала Робекка Рошель и Венере, когда они шли в свою комнату.

– Школа монстров разделилась: все решают, по чьим правилам согласны жить дальше, – объявила Спектра, проплывая по коридору мимо троицы. – Читайте мой блог, чтобы узнать последние новости!

– Пускай наши одноклассники спорят, но это гораздо лучше, чем безоговорочная поддержка «ДОМЭ», – сказала Венера Рошель и Робекке, когда они поднимались по скрипучей, ржавой лестнице, ведущей в студенческие спальни.

– Не думаю, что она бы с тобой согласилась, – пробормотала Робекка, увидев, что на вершине лестницы показалась мисс Подлётыш.

– Неужели мадам плачет? – спросила Рошель подруг.