Зима Муми-тролля - Туве Марика Янссон

— Кое-кому лучше поспешить, — заметила Туу-тикки.

Малышка Мю, конечно, видела, что что-то происходит. Но она просто не могла остановиться. Ей обязательно хотелось всё посмотреть, и именно оттуда, где море уже вскрылось. Она докатилась до кромки льда и выполнила гордую восьмёрку перед самым носом у моря.

Потом она повернулась и торопливо покатила обратно по трескающемуся льду.

Сначала на льду видны были только красивые трещины. «Опасно!» — предупреждали они со всех сторон, сколько хватало глаз.

Лёд волновался, поднимался и опадал. Время от времени раздавался торжествующий и разрушительный пушечный выстрел, и холодные волны восторга пробегали по спине малышки Мю.

«Только бы эти идиоты не полезли меня спасать, — подумала она. — Всё испортят». Она заспешила вперёд так, что гнулись ножи, но берег никак не приближался.

Трещины превратились в широкие щели. Из-под них выскочила маленькая злая волна.

И вдруг море покрылось качающимися ледяными островками, которые толкались как сумасшедшие. На одном из них стояла малышка Мю, смотрела, как воды вокруг неё становится всё больше, и думала без особого страха: «Вот это история, красота!»

И тут Муми-тролль полез её спасать. Туу-тикки глянула на это, пошла в купальню и поставила на печку кастрюлю с водой. «Да-да, — подумала она со вздохом, — так всегда бывает во всех приключенческих книжках. Есть спасатели, есть спасённые. И никто никогда не вспомнит про того, кто пытался согреть этих героев, когда приключение закончилось».

Муми-тролль заметил краем глаза маленькую трещину, которая бежала по льду рядышком с ним наперегонки. Он почувствовал, как лёд вздымается над мёртвой зыбью, потом распадается на куски и начинает качаться.

Малышка Мю молча стояла на своей льдине и смотрела на прыгающего по льду Муми-тролля. Он был похож на резиновый мяч с круглыми от возбуждения и напряжения глазами. Когда Муми-тролль добрался до неё, малышка Мю протянула руку и скомандовала:

— Дай-ка я сяду к тебе на голову, чтобы соскочить, если что.

Она схватила Муми-тролля за уши и закричала:

— К берегу, полный вперёд, поворот!

Муми-тролль бросил быстрый взгляд на купальню. Из трубы валил дым, но никто не стоял на пристани и не переживал за него. Он замешкался и почувствовал, как от разочарования слабеют лапы.

— А ну соберись! — крикнула малышка Мю.

И Муми-тролль запрыгал. Он прыгал и прыгал на дрожащих лапах, стиснув зубы. Из-под каждой льдины его обдавала ледяным душем новая волна.

Лёд разламывался на куски, и волны танцевали вальс.

— Держись в ритме! — командовала малышка Мю. — Вот идёт волна… Ты уже чуешь её под собой… Прыжок!

И Муми-тролль подпрыгивал, как раз когда волна выталкивала очередную льдину у него из-под ног.

— Раз-два-три, раз-два-три, — считала малышка Мю в такт. — Раз-два-три — пауза, раз-два-три — прыг!

Лапы у Муми-тролля дрожали, живот заледенел. И вдруг в облачном небе пробила себе дорогу красная закатная полоса, и волны засверкали так, что глазам стало больно. Спине было тепло, животу холодно, и весь жестокий мир танцевал вальс вместе с Муми-троллем.

Туу-тикки, следившая за спасательной операцией из окна купальни, вдруг поняла, что вот-вот произойдёт неприятное.

«Ай-яй-яй, — подумала она. — Он ведь не знает, что я всё это время на него смотрю!»

Она выбежала на мостки и крикнула:

— Молодец!

Но было слишком поздно.

Последний одинокий прыжок оказался Муми-троллю не под силу. Он плюхнулся в море по самые уши, и маленькая шустрая льдинка ткнула его в затылок.

Малышка Мю выпустила уши Муми-тролля и одним длинным прыжком перемахнула на берег. Просто удивительно, всегда-то она выкрутится, эта Мю.

— Держись, — Туу-тикки протянула ему лапу поддержки. Она лежала животом на Муми-маминых мостках и смотрела прямо в горестные глаза Муми-тролля.

— Вот так, вот так… — приговаривала она. Муми-тролля подтянули к краю льда, он вскарабкался на камень и сказал:

— Ты даже не вышла посмотреть!

— Я всё видела из окна, — ответила Туу-тикки обеспокоенно. — Шёл бы ты в купальню да погрелся.

— Нет, я пойду домой, — ответил Муми-тролль. Он поднялся на ноги и заковылял к дому.

— Горячего соку! — крикнула Туу-тикки ему вслед. — Обязательно выпей чего-нибудь горячего!

Дорога была мокра от тающего снега, и Муми-тролль чувствовал лапами все корни и хвою. Он дрожал от холода, и лапы тоже всё ещё дрожали.

Он едва повернул голову, когда дорогу ему перебежала белочка.

— Хорошей весны, — проговорила она рассеянно.

— Куда уж лучше, — ответил Муми-тролль и побрёл дальше. И вдруг он остановился как вкопанный и вгляделся в белочку. У неё был большой пушистый хвост, поблёскивающий в лучах заходящего солнца.

— Это тебя зовут Белочкой-с-красивым-хвостиком? — выпалил Муми-тролль.

— Меня, конечно, — ответила белочка.

— Так это ты! — воскликнул Муми-тролль. — Это правда ты? Это ты повстречала Ледяную Даму?

— Не помню, — сказала белочка. — Я быстро всё забываю.

— Ну попробуй вспомнить, — попросил Муми-тролль. — Ты что, не помнишь даже тот славный матрасик из клочков шерсти?

— Я помню много матрасиков, — сказала белочка. — И шерстяных, и всяких других. Шерстяные, конечно, лучше всего.

И белочка беспечно ускакала дальше в лес.

«Потом разберёмся, — подумал Муми-тролль. — Сейчас мне слишком холодно. Надо добраться до дома».

И он чихнул, потому что первый раз в жизни по-настоящему простудился.

Огонь в подвальной печи погас, и в гостиной было довольно холодно.

Муми-тролль дрожащими лапами натягивал на себя один матрас за другим, но никак не мог согреться. Лапы ломило, и горло болело. Жизнь вдруг утратила всякую прелесть, морда казалась чужой и слишком большой. Он попробовал свернуть покрепче ледяной хвост и снова чихнул.

И тут проснулась мама.

Она не слышала, как гремели льды и завывала в изразцовой печи вьюга, она не проснулась оттого, что дом её был полон беспокойных гостей и всю зиму звонил будильник.

А теперь она открыла глаза и вполне бодро посмотрела в потолок.

Потом села в кровати и сказала:

— Вот ты и простыл.