Рыцарь московской принцессы - Анна Устинова

– Экскурсию отложим на другой раз. А сейчас предстоит одолеть крайне сложный участок маршрута.

Егор намек понял. Башню создал Зоин отец – покойный Верховный Правитель Руссии и Киндии Карл, сочетавший в себе таланты политика, ученого и гениального изобретателя. Раз он автор этой огромной Башни, то и тайные червячные ходы – плод его замысла. А говорить о Карле при Зое, которая и без того сейчас выбита из колеи покушением и расставанием с няней, было бы совершеннейшей подлостью. Вот Белка и заткнула ему, Егору, рот.

Из сумеречной глубины простирающегося перед ними коридора донесся громкий отчаянный трубный рев.

– Тоже система жизнеобеспечения? – поинтересовался Егор.

– Для нас – в каком-то смысле, – последовала туманная реплика Белки.

Рев стих. Они прошли с десяток шагов. Трубные звуки возобновились.

– По-моему, это какое-то животное, – наконец определил мальчик.

– И что с того? – в упор посмотрела на него Белка.

– С того, что оно живет в червячных ходах, – объяснил Егор. – Чудовище какое-нибудь?

– Разные точки зрения существуют, – хмыкнул зверек.

– Там зоопарк, – коротко пояснила Зоя и вновь погрузилась в сосредоточенное молчание.

– Зоопарк? В червячных ходах? – вытаращился на нее мальчик. – Для кого? Здесь ведь почти никто не бывает.

Зоя кинула на него досадливый взгляд: ей не хотелось сейчас разговаривать. Все же она глухо выдавила:

– Выход из этого червячного хода в зоопарке. А зоопарк в Башне.

– Это я помню, – махнул рукой Егор. – Просто думал, что мы попали в другой. Ну, какой-то там тайный.

– Другого у нас здесь нет, – уточнила Белка и ехидно добавила: – Выйдем мы прямиком в слоновник. Так что, если ты, конечно, не укротитель зверей, советую глядеть в оба. Животные крупные, нервные и чужих не жалуют.

– В каком смысле не жалуют? – Егор давил подступавшую робость, уговаривая себя: «Ерунда. Видел я тут кое-что пострашнее каких-то слонов. Да и животные здесь наверняка ручные или хотя бы полуручные. К людям привыкли».

– В самом прямом и весьма неприятном. Обхватят хоботом и зашвырнут в стратосферу. Приземлишься после мешком с переломанными костями, – мигом лишила его иллюзий Белка. – Единственный шанс уцелеть – вести себя с ними тихо и вежливо. Не делай резких движений, не повышай голос, а лучше вообще молчи.

Егор впервые пожалел, что сейчас не уменьшен и его не несут в рюкзаке. Неизвестно, что этим слонам взбредет в головы. За решеткой зоопарка они вполне милые, но Егор ведь видел однажды по телевизору репортаж об озверевшем слоне, который затоптал хозяина. То ли взбесился, то ли обиделся. А поди разберись, что у них может вызвать обиду.

Альтернативы, однако, ему не представлялось. Тем более Зоя рядом, а он скорее умрет, чем покажет в ее присутствии, что боится. Мальчик, стараясь унять дрожь в коленках, набрал в легкие побольше воздуха и шагнул следом за Белкой в образовавшийся проем.

Увиденное привело его в шок. Слонами этих чудовищ можно было назвать лишь весьма условно. Клыки и хобот у них, конечно, наличествовали, однако соотносились они с привычными Егору особями примерно в тех же пропорциях, как боевой стаффордширский терьер с карликовым пинчером.

В огромном вольере степенно переминались с ноги на ногу три ходячих горы. Их гигантские желтоватые бивни смахивали на остро заточенные сабли. Тела густо поросли длинной густой рыжеватой шерстью. «Мамонты! – пронеслось в голове у мальчика. – У нас они вымерли миллионы лет назад, а здесь, получается, вполне себе здравствуют. И простенько именуются слонами. Такой ведь наступит и не заметит».

Мгновение спустя ему представился шанс убедиться, что слоны-мамонты все замечают. Едва трое путников ступили в вольер, уши гигантов нервозно заколыхались, хоботы задрались вертикально вверх, и вольер огласился хрипло-тревожным гудением в унисон.

Трое беглецов застыли возле расселины между двумя выступами, которой кончался червячный ход. Белка пристально оглядывала окружающее пространство.

– Куда дальше-то? – прошептал Егор.

– Молчи, – ответила она так тихо, что голос ее достиг лишь его ушей. – Не видишь, они уже нас учуяли.

Он видел. Шерстяные чудовища сбились в кучку и выглядели, как три заговорщика.

– Главное, не подходите к ним сзади, – проинструктировала Белка.

– Что, могут лягнуть? – предположил Егор.

– Это им как раз слабо. А вот если попятится, как катком для асфальта тебя расплющит.

– По-моему, спереди их обходить не лучше, – высказала свою точку зрения Зоя. – Позади еще есть надежда проскочить, а если увидят и на клыки поднимут…

– Верно, – согласилась Белка. – Держитесь подальше от них. По стеночке, по стеночке и к вон той калиточке, – указала она на выход из вольера.

Троица осторожно и медленно, не сводя глаз с огромных животных, начала красться к выходу. Слоны восприняли их действия как сигнал: враг испугался и удирает, следовательно, его надо догнать.

Воинственно протрубив, вожак начал преследование. Две других горы поменьше плечом к плечу последовали за ним. Под мощью их исполинской поступи настил вольера дрожал как при землетрясении.

– Может, разумно прибавить шагу? – заволновался Егор. – А то, боюсь, не успеем. Еще и калитка наверняка заперта.

– Приготовь Лягуха, и бегите. Я их задержу, – распорядилась Белка.

Зоя решительно выпятила подбородок:

– Мы тебя одну не оставим.

– Это приказ! – свирепо выкрикнул зверек. – Мне-то что. Я и через ограду могу сигануть. И еще – у меня есть секретное оружие против них.

Егор без дальнейших размышлений зажал в кулаке Лягуха, другой рукой поймал ладонь Зои и поволок ее к калитке.

Лишь когда с помощью Лягуха-виртуоза открылся замок, мальчик позволил себе оглянуться. Рыжие горы в панике отступали. В центре вольера с видом укротителя стояла на задних лапах Белка, вооруженная совсем не кнутом, а маленькой серой мышью. Та норовила вырваться из ее коготков. Слоны пятились.

Егор, вытолкнув Зою, быстро захлопнул калитку. Белка уже прыжками бежала к ним. Она в мгновение ока вскарабкалась по прутьям ограды и приземлилась рядом с ребятами.

– Видали, какие трусы! Мыши испугались!

– Каждый кого-то боится. Мы слонов, они – мышек! – воскликнула Зоя. Все целы, все снова вместе, и эта первая маленькая победа вселила в нее надежду, что и будущее не столь уж мрачно, как рисовалось ей с момента ухода от няни.

Белка усмехнулась.

– Ладно. Мотаем отсюда. А иначе сейчас опять раструбятся. А нам с вами лишнее внимание ни к чему.

Путь их теперь лежал вдоль других вольеров. Рядом со слонами-мамонтами обитали жирафы, за ними – бегемоты. Потом – обезьяны. Вот уж кто разгалделся при виде ребят. До этого они спали, а тут целый концерт устроили.