Дело угонщиков автомобилей - Алексей Биргер

Утром ни свет ни заря — совсем темно еще было — меня разбудил телефонный звонок. Я сразу выскочил в прихожую, к аппарату. Сомнений не было, это мог звонить только Дроздянкин!

Но это был не Дроздянкин.

— Здравствуйте, — услышал я глуховатый голос. — Квартира Карсавиных?

— Да, — ответил я.

— Андрей Карсавин?

— Да.

— А я — из милиции. Мне дали ваш телефон...

— А, так вы — Глебов Виталий Сергеевич? — догадался я.

Последовала легкая пауза.

— Точно! — рассмеялся он после паузы. — Надо же, предупредили, значит, что я могу звонить? Тогда все еще проще, раз знаешь, кто я такой и что мне нужно. Мы могли бы встретиться, и побыстрей?

— Да, конечно, — сказал я. — А что такое?

— Кое-какие сведения уточнить надо. Понимаю, воскресенье, отоспаться хочется, но дело есть дело. Так сможешь?

— Конечно! — ответил я. — Сейчас мы быстренько встанем, позавтракаем и подъедем, куда скажете.

— «Мы»? — недоуменно переспросил он.

— Ну... — я растерялся.

— А, понимаю! — опять рассмеялся он. — Конечно, ты же вместе с друзьями-однокашниками этим делом занимаешься? А мне просто передали телефон, сказали, вот, все нужные сведения у Андрея Карсавина, кадета училища.

— Странно, что полковник вам других не назвал, — сказал я. — Я-то меньше других сделал. Тот же Алексей сделал намного больше.

— А, тот самый Алексей? Конев, да?

— Да, — подтвердил я.

— Как же, слышал. В общем, когда ты сможешь подъехать?

— Смотря куда, — сказал я. — И лучше, если мы все вчетвером подъедем.

— Хорошо. Буду ждать вас на Петровке. Вот что, я где-то через часок машину за вами пришлю. И вы соберетесь спокойно, и я буду знать, что вас доставят прямо ко мне, с удобствами. Идет?

— Идет! — радостно согласился я.

— Хорошо, тогда скажи мне точный адрес и объясни, как лучше всего подъехать, чтобы я водителю дал указания. И ровно в девять ждите у подъезда.

— Есть! — сказал я. — Будет исполнено!

— Молодец, — сказал он. — Сразу видно, что не зря учишься.

И повесил трубку.

А я ворвался в комнату.

— Ребята, вставайте! Глебов позвонил!

Они и так уже проснулись.

— Тот самый Глебов? — спросил Жорик, — О котором Осетр предупреждал?

— Тот самый! И через час за нами придет машина, чтобы отвезти нас на Петровку! Он хочет поговорить с нами! И...

И тут я на секунду осекся. Одна мысль пришла мне в голову... Мысль, похожая на взрыв бомбы в башке — и меня самого поразило, что я сумел в мгновение ока взять себя в руки и сдержаться, чтобы мои друзья ничего не заметили.

А мысль была такая: Осетр вполне определенно сказал, что Виталий Сергеевич Глебов — человек из ФСБ. А позвонивший представился работником МУРа, и приглашает он нас не на Лубянку, а на Петровку...

С полковником разговаривал я. И друзьям не сказал, в каком конкретно ведомстве работает Глебов, просто передал, что такой человек может нам позвонить...

Но зачем работнику милиции врать? Сказал бы просто: «Я — не Глебов, я — другой следователь...»

И то, что он не очень ориентировался, сколько нас, как нас зовут...

Правда, про Лешку Конева он знал. Тоже интересно, да? И тоже укладывалось в схему, которая начинала выстраиваться в моем мозгу...

Я вспомнил фразу Дроздянкина, что сейчас любое удостоверение можно подделать. И когда придет машина, нам, небось, любые удостоверения покажут...

А вспомнив о Дроздянкине, я сразу припомнил и еще одну вещь: уходя, я записываю ему мой телефон — и вывожу под номером телефона крупными буквами: «Андрей Карсавин». И он эту бумажку убирает в кардан...

И ведь Дроздянкин так и не позвонил, с самого вечера...

— И?.. — переспросил Илюха. — Что ты еще хотел сказать?