Ним и море - Венди Орр

– Ой, батюшки! – воскликнула Алекс. – Что же я натворила?

– Папины пробирки! – огорчилась Ним. – Ну вот зачем ты влезла?

– Я же хотела помочь!

– Не надо было мне помогать! Ты только мешаешь!

– Я тебе всё время мешаю! – огрызнулась Алекс. – Может, вам с Джеком без меня будет лучше?

– А может, и лучше! – выкрикнула Ним и потопала прочь, не дожидаясь ответа.

«А ведь она права! – подумала Алекс. – Ним с Джеком жили тут не тужили все эти годы, и никто им был не нужен. Значит, и я не нужна. Ним на меня постоянно злится в последнее время, и я никогда ещё не видела Джека таким озабоченным. По-моему… по-моему, я слишком сильно вторглась в их жизнь! А вдруг они в глубине души мечтают, чтобы всё стало как раньше, – просто слишком вежливые, чтобы прямо так и сказать?»

Алекс прекрасно знала, каково это – бояться сказать прямо. До того как приехать на остров, она так боялась что-нибудь кому-нибудь сказать, что практически не выходила из дому. Да, она была знаменита – но только благодаря своим книгам. С тех пор как она пролетела через полмира, чтобы отыскать Ним, её жизнь полностью изменилась…

– Ну всё, это последнее! – Пилот вручил ей толстый конверт. – До свидания, мне пора!

Алекс разорвала конверт и достала письмо.

– Погодите! А можно… можно я полечу с вами?

– Конечно можно! – сказал пилот. – Но вам же, наверно, надо ещё вещи собрать?

Алекс знала, что, если она увидится с Ним или с Джеком, она ни за что отсюда не улетит, даже если это самое разумное, что можно сделать.

– Нет, – твёрдо ответила она. – Я готова.

И она села в красный гидроплан – и улетела.

Ним слезла с кокосовой пальмы и уткнулась лицом в тёплую шею Шелки. Ведь морская львица любила Ним, даже когда Ним вела себя плохо. А где-то глубоко внутри Ним чувствовала, что это точно был худший поступок в её жизни.

Джек её тоже любил – но Ним была не уверена, что он по-прежнему станет её любить, когда поймёт, что Алекс улетела из-за неё.

– Встретимся в Спасательной пещере! – сказала она Шелки, потому что сейчас солнце и море казались ей чересчур яркими. Нет, для её нынешнего настроения годилась только самая глубокая и тёмная пещера!

Шелки неодобрительно фыркнула и вразвалочку побрела к морю. А Ним с Фредом направились вглубь острова, к подножию Огненной горы, мимо Шипящих камней и Чёрных скал.

Карабкаться по валунам было хорошо: это так трудно, что Ним больше ни о чём думать не могла. Но, дойдя до пещеры, она вспомнила, как Алекс рассказывала ей истории, когда они пытались уснуть на жёстком полу пещеры, как Алекс любовалась рассветом тогда, в самое первое утро, как Алекс плакала, когда Ним расшибла коленку…

Ним заползла в самый дальний угол пещеры, чтобы стать настолько одинокой, насколько это возможно, и разрыдалась. Она ревела, и икала, и кашляла, и сморкалась и в конце концов обронила носовой платок.

Ним принялась шарить в темноте, разыскивая мокрый платок, и нащупала карту.

Это была та самая карта, которую Алекс нарисовала, когда рассказывала ей одну из своих историй: карта острова, на котором стоял город, а рядом с ним, на материке, – другой город, ещё больше первого. Этот остров не имел совершенно ничего общего с островом Ним.

В этом городе печатались книги Алекс: в высоком сверкающем здании, верхние этажи которого вздымаются выше облаков. Там живёт Делия, редактор Алекс, – та самая, что прислала ей самолёт со всем необходимым, на котором Алекс только что улетела.

Ним запихала карту в самый глубокий карман и снова принялась реветь. Она плакала так горько, что Шелки выбралась из моря и пришлёпала в пещеру её утешать. Но Ним всё ревела и ревела, сколько Шелки ни фыркала и ни пыхтела. Тогда морская львица выбралась наружу и принялась выкидывать разные трюки, чтобы её развеселить. Она держала на носу камни, жонглировала ими и кидала их с утёса. Она садилась на хвост и размахивала ластами, как будто пыталась взлететь. Она делала стойку на передних ластах. Она повторяла это снова, и снова, и снова, а в промежутках рявкала на Ним: а ну, перестань реветь!

И вот наконец Шелки исполнила свой коронный номер: стойку на передних ластах на самом краю утёса, потом сальто – и прыжок в море внизу.

Море было очень далеко, и прыжок получился великолепный – но Ним так и не вышла на него полюбоваться.

Не видела Ним и огромного круизного лайнера, который обогнул мыс и бросил якорь неподалёку от утёсов.

Не видела она и надувной лодки с мотором, с которой люди ныряли с аквалангами. Не видела и второй лодки, которую незаметно спустили на воду с другого борта. Не видела Ним и того, как человек, который смотрел в бинокль на Шелки, исполнявшую свои трюки, вскинул ружьё и выстрелил в Шелки дротиком с транквилизатором.

Ним не видела, как он распорядился втащить Шелки в лодку и отвезти её на корабль.

Но Фред всё видел!

Ведь Фред внимательно наблюдал за Шелки в надежде, что она исполнит его любимый трюк: сбрасывание кокоса с высоты на камни. И когда Шелки встала на передних ластах, а потом нырнула вниз, Фред подбежал к краю обрыва, чтобы поглядеть, не разбила ли она по пути кокос-другой.

Но то, что он увидел, заставило Фреда забыть о кокосах.

Он спустился вниз. Он взбежал наверх. Он вбежал в пещеру и ткнулся головой в ногу Ним. Видя, что девочка не обращает на него внимания, он вскарабкался ей на плечо и чихнул солёной морской водой прямо ей в лицо.

– Фред, фу! – воскликнула Ним.

Но когда игуан выбежал на край утёса, она вышла следом.

Лодка мчалась обратно к кораблю. В подзорную трубу Ним увидела Шелки, лежащую на дне лодки.

– Они её убили! – вскричала Ним.

Но тут Шелки приподняла голову, и Ним увидела, как люди принялись опутывать морскую львицу верёвками и сетями.

Подругу надо было спасать срочно!

Фред вскарабкался ей на плечо и вцепился изо всех сил. Ним стояла над обрывом. Как же тут было высоко!

«А вдруг я упаду на скалы?» – подумала Ним.

Она прыгнула как можно выше и дальше, развернулась в воздухе и ласточкой вошла в воду.

Лёгкие у Ним разрывались, уши болели. Но потом она увидела вверху свет, заработала ногами и, отфыркиваясь, вынырнула на поверхность.

Лодка уплыла далеко, а на этом берегу острова волны были очень сильные, но Ним ничего другого не оставалось. Девочка вздохнула поглубже и поплыла вперёд.