Уникум - Тимур Шакиржанович Касымов

- В том виде, в котором он представлен в романе, думаю, да - ничего хорошего такая необузданная энергия обществу бы не дала. Тем более обществу, стремящемуся стать правовым. А вот если бы такая сила, такая впечатляющая концентрация жизни и воли попала в благоприятную культурную среду, мы бы получили того, кто может управлять развитием расы. Здесь, конечно, ещё много условий должно было бы сойтись. Огранка алмаза - это сложный, многосторонний процесс. Но если есть эта огромная жизненная энергия, сам этот алмаз - он, впоследствии, всё равно окажет влияние на общество. Вопрос в том, в качестве чего: алмаза, бриллианта или их обломков, извалянных в грязи.

У Рафика открылся и не спешил закрываться рот. Первый раз в жизни он вживую слышал такие интересные для него высказывания. И от кого? От ребёнка! Сколько раз он пытался вызвать своих друзей, знакомых на философские обсуждения, глубокие разговоры. Ничего толкового из этого не выходило. Тем было неинтересно, скучно. Может у них не было оригинальных мыслей, может были, но не хватало умения их красиво выразить. Как бы то ни было, но единственные, более или менее, глубокие, философские беседы у него получились всего несколько раз в жизни, и все они имели место в его академии более десяти лет назад. И с кем же они у него получились? С его преподавателем по философии.

Из дальнейшего разговора между двумя юными джентльменами, разговора, изобилующего интересными высказываниями и экстраординарными заявлениями, Рафик уяснил, что младший (Руслан, его имя прозвучало) и вправду являлся своего рода гуру для старшего (его имя не было названо). Он давал ему рекомендации о том, на что следует обратить внимание в литературном мире, а также разъяснения по тем печатным трудам, которые уже были - скорее всего, по его же указке, - прочитаны.

Руслан явно был необычным, сверх развитым ребёнком, вундеркиндом. Он был каким-то идеальным - всё в нём было совершенно: внешность, мысли, голос.

У нашего героя появилось жгучее, непреодолимое желание познакомиться с маленьким гением. Он интуитивно начал чувствовать скорый выход одного из мальчуганов, после того, как старший увеличил скорость своих вопросов. Наконец, необходимость продвигаться к выходу заставила последнего попрощаться и… и задать очередной вопрос.

«Никак не может отлипнуть, муха» - усмехнулся про себя Рафик

Когда «муха», наконец, отлипла и стала проталкиваться к дверям, он придвинулся поближе к вундеркинду и проговорил:

- Привет, я тут невольно подслушал вашу беседу – она показалась мне очень интересной и необычной.

- Здравствуйте, - улыбнулся школьник. - Точнее, вы невольно увидели нашу беседу, а затем вполне вольно её подслушали.

- Да, если быть точным, так и было. Ты не подумай, что у меня какие-то плохие намерения. Я понимаю, что я для тебя незнакомый мужчина и со стороны это выглядит подозрительно… Но я не мог удержаться. Я никогда не видел такого смышлёного ребёнка… Да что там ребенка – я, вообще, впервые вижу такого умного человека.

- А что именно показалось вам умным? Какие высказывания? И показались, потому что они совпадают с вашими мыслями или потому что и вправду умные?

Рафик опешил и начал вспоминать. Да - всё, что говорил Руслан, было близко ему самому. Так - а если бы он говорил обратное? Показались бы ему эти мысли умными?

Юный философ начал продвигаться к выходу.

- Ладно, дядя, следующая моя, - сказал он.

- О, так я тоже выхожу, - соврал дядя.

До задуманного им на сегодня места выхода - а мы помним, что он любил выходить с автобуса пораньше, - было ещё две остановки.

Протиснувшись сквозь разнородную массу людей, объединённых общей чертой – наушниками («вот причина того, что никто не слышал этой удивительной беседы» - подумал Рафик), - они вышли из автобуса и пошли бок о бок по тротуару. Тёплый весенний вечер уже сменил на посту тёплый весенний день. Рафику приходилось быстрее, чем обычно, шевелить ногами – малыш с лихвой компенсировал свой короткий шаг скоростью.

- Меня Рафик зовут, - представился он.

- Меня Руслан, - проговорил мальчуган. – Ну? Уже обдумали мой вопрос? Насчёт умных высказываний?

- Да, твой вопрос заставил меня задуматься. Ты и вправду не сказал ничего, что бы шло вразрез с моими собственными мыслями. Но я посчитал твои высказывания умными не только из-за этого - они поразили меня своей глубиной и оригинальностью. Сколько тебе лет?

- Тринадцать. У меня была ситуация, когда человек говорил, что я умно высказываюсь, что я обладаю глубиной и оригинальностью ума, пока однажды я не возразил ему и не настоял на своей точке зрения. После этого я потерял его благосклонность, - Руслан приблизил руку ко рту и продолжил громким шёпотом и улыбаясь: - Это учитель истории в моей школе. До этого он всегда подсаживался ко мне в столовой. Подискутировать.

- Вот тебе раз, - улыбнулся Рафик. – Обещаю, если твои высказывания пойдут вразрез с моими мыслями, я не забуду, что, по крайней мере, до этого у тебя были умные высказывания!

Они засмеялись.

- С кем живёшь? - спросил старший, когда их недолгий смех стих.

- С родителями и сестрёнкой.

- Чем занимаются родители?

Одна мысль пришла Рафику на ум ещё в автобусе. Бледная тогда, она отчётливо жужжала в его голове сейчас.

Для того, чтобы вы лучше поняли эту мысль, я расскажу вам один случай из его жизни.

Это произошло почти два года назад. Стоял такой же безоблачный день. Только вместо зелени везде было раскинуто «золото» - царствовала осень. В этот день у Рафика состоялась памятная беседа с его коллегами по работе: Айдаром и Михаилом. На обеденном перерыве – возле небольшого магазинчика, куда они пришли за мороженым, - им повстречался попрошайка. Айдар с Рафиком дали ему мелочь, Михаил - нет. Первый укорил третьего и пошло-поехало...

- Добрее надо быть к людям. Из-за нескольких монет не обеднеешь, - это были укоры Айдара.

- Я не хочу быть добрее к людям в ущерб моей доброте к человечеству. Давая деньги, ты расслабляешь человека. Получая личное удовлетворение, такие благотворители, как ты, оказывают миру медвежью услугу. И, вообще, неизвестно - ему ли ты подал или бандитам, которые за ним стоят, - ответил Михаил на эти укоры.

- А если бы ты точно знал, что деньги достанутся не бандитам, а ему, ты бы дал?

- Наверно, нет. Я не хочу,