Боруэлла - Наталья Евдокимова

– Я нечаянно, – изрёк Боря таким голосом, будто мечтал о таком превращении всю жизнь.

Я размазала слёзы по лицу и посмотрела на своего мучителя добрыми, честными, невинными глазами.

– Что именно нечаянно?

– Придумал тебя с немытыми руками. Теперь ты как Золушка детсадовского возраста. Где-то у меня чистый носовой платочек валялся…

– А ты уверен, что он чище моего лица и рук?

Боря внимательно посмотрел на меня и тут же перестал рыться в карманах.

– Действительно, – сказал он уверенно. – Так даже лучше.

– Не лучше, не лучше, совсем не лучше! – запрыгала я вокруг Бори, всеми силами пытаясь показать, своё недовольство. – Я не понимаю, чему ты вообще радуешься?

Ну ладно, хватит. Придумывай меня обратно. Срочно.

– Да ну, – надулось это наглое создание. – Так неинтересно.

Я запрыгала ещё бодрее и стала при этом дёргать Борю за свитер:

– Придумай-придумай-приду-у-умай!

– Не скачи ты, мелочь пузатая, – приказным тоном сказал Боря. – А то второй бантик свалится.

– Делов-то! Свалится второй – останется третий. Можешь даже на память себе оставить его потом. Не отвлекайся. Давай. Ну?

Боря сделал круг, осматривая меня со всех сторон. Я показала ему язык, а потом кулак. Да что там говорить – кулачок. Кулачишко. Нет чтобы придумать меня грозным, могучим, всевидящим, всезнающим! Хотя это уже перебор – куда ещё больше всезнающим-то быть?

Я поспешно убрала кулак, сцепив руки за спиной, чуть наклонила голову набок и мило улыбнулась. Боря в ужасе отступил на два шага. Действует! Я улыбнулась ещё шире и часто замигала.

– Боренька, – тихо сказала я голосом ангела. Собралась продолжить речь, но этот придумыватель осмелился меня перебить.

– Надо же! – присвистнул он. – Такая маленькая, а уже кокетничает.

Я не подала виду, хотя была оскорблена до самой глубины моей туманной сущности.

– Боренька, – повторила я, всё так же улыбаясь. – Бандит ты малолетний. Или превращай меня обратно, или я сама тебя превращу. По твоему же негуманному методу. В дневник двоечника. Того самого, который странички с двойками вырывает.

Конечно, до сегодняшнего дня я ещё никого ни во что не превращала. Не то чтобы не умела… Просто не было повода. Вдруг получится? Я тут же попыталась превратить пробегавшую мимо кошку в мышку, но бездомное домашнее животное даже окраса не поменяло. Что же, придётся быть самокритичной. Не мой день!

А вот у Бори вся радость мигом прошла. Он посерьёзнел, задумался. Присел на бордюр, схватился за голову. Наконец-то! Сейчас, сейчас меня превратят обратно… Боря, думай скорее!

И знаете, что он надумал?

– Не. Не надо в дневник. Ты меня лучше в отличника преврати, ага? Можешь даже не сразу, а постепенно. Я не обижусь. С географии начни, у меня там сплошные джунгли. А дома из-за этого – субтропический климат. Папа жару даёт, и ещё как! Заставляет два раза вокруг дома обежать. А потом мама сплошной сезон дождей устраивает.

– Плачет, что ли? – удивлённо спросила я.

– Нет. Мыться заставляет. Представляешь?

Я не представляла. Ещё ни разу в жизни не мылась. Дождик, снег – всё это всегда проходило сквозь меня, не задерживаясь ни на секунду. Только дождик задумчиво или весело звенел, а снег любил петь колыбельные… Но Боре я сказала:

– Представляю. Ничего себе! Да как они смеют? Ты в Гринпис не жаловался?

– Ещё нет, – задумчиво сказал Боря. – А тебе действительно хочется превратиться обратно?

– Смеёшься? Всю жизнь об этом мечтаю! То есть уже все двадцать минут моего внезапного превращения! Что может быть хуже, чем быть пятилетней девчонкой? – спросила я Борю. – Причём вредной.

– А вредность откуда взялась? Этого я не придумывал!

– За работу по пребыванию в теле пятилетней девчонки вредность всегда дают. И молоком поят, некипячёным, и… Список я позже предоставлю, тетрадь общую для этого найти надо. Лучше две.

– Не знаю, как у вас, а у нас за вредность бьют, – неудачно пошутил Боря. – Так как насчёт превращения в отличника?

– Неэтично, – сказала я. – Меня совесть заест.