Создатель снов - Андрей Фролов

– Идите к площадке Снисхождения, братья и сестра, – ласково попросил он. – Я позабочусь о новеньких…

Детвора послушно затопала в поселок, изредка оборачиваясь, чтобы еще раз посмотреть на странных и невежественных незнакомцев.

– А вы, уважаемые, – теперь обратился Антон к близнецам, – должны знать, что подобные разговоры в Благодати запрещены… Идите за мной.

На этот раз в его просьбе просквозило что-то властное, не терпящее возражений.

Переглянувшись и стиснув зубы, наши герои последовали за ним, с тоской осматривая Пустырь, по которому и бежать-то было некуда.

Они понимали, что снова стали заложниками какой-то неприятной (возможно, даже опасной) ситуации, но сейчас были не в состоянии повлиять на происходящие события. А потому подчинялись обстоятельствам, хоть и с откровенным недовольством…

– Что вы имеете в виду? – как можно осторожнее поинтересовался Виктор. – Какие разговоры запрещены?

– Нет иных полян, кроме Благодати и царствия Апокалифтиса, – невозмутимо ответил карикатурно благочинный и неспешный Антон, ведя их по безлюдной улице поселка. – Все другие – лишь плод вашего воображения.

– Вы шутите, наверное? – не удержался Димка, хмурясь.

Настя и Витя шли тихо, уже начиная догадываться о масштабах катастрофы, в которую угодили на этот раз. На соседних улицах виднелись люди, целыми семьями неспешно бредущие куда-то в центр. Под крышей ближайшего здания вдруг мелькнула знакомая стрелочка, нарисованная люминесцентной краской. Но увы, у наших героев не было ни малейшего шанса проверить, куда она указывает, не вызвав недовольства Антона…

– Нисколечко, юный братец, – тот улыбнулся мальчику. – И ты должен знать, что признание несуществующих и ложных сущностей оскорбляет не только общину, но и самого Апокалифтиса. Поклонение пустоте – бессмысленно. Впрочем, вскоре вы все увидите сами…

– А что имела в виду ваша дочка… сестра, я хотел сказать, когда назвала нас Предвестниками?

– Ну… – Взрослый с сомнением почесал лысину на макушке. – На Предвестников вы, конечно, не похожи. А вообще Машенька вспомнила старинное пророчество, в котором сказано, что на Благодать из Опасного Ниоткуда снизойдут трое всадников верхом на Птицах и начнут Измерение Душ всех праведных, после которого последует Конец Света…

– Ужас какой… – Анастасию пробрала дрожь, и она даже обхватила себя за плечи. – Принять нас за каких-то кошмарных наездников на Птицах?..

И они продолжили путь, в молчании наблюдая, как жители Благодати покидают свои жилища, чинно и неторопливо направляясь на праздник Снисхождения. Но вдруг Настя заметила такое, отчего остановилась как вкопанная, заставив длинноволосого мужчину недовольно нахмуриться и покачать головой.

– Что случилась на этот раз, юная сестра?.. – с чувством, похожим на раздражение, спросил он.

– Она вам не сестра! – упрямо вставил Димка, играя желваками.

Но Антон не расслышал, потому что девочка испуганно протянула руку, указывая куда-то между домами.

– Там… человек!..

И это было сущей правдой. В полутемном переулке Благодати, опираясь на массивную Т-образную конструкцию из железных балок, сидел человек в стандартном сером комбинезоне.

И все бы ничего, но от его ноги к конструкции тянулась прочная блестящая цепь. А еще каждый проходящий мимо считал своим долгом запустить руку в специальную банку (по такому случаю заботливо стоявшую рядом), вынуть увесистую гайку и швырнуть в прикованного.

Вокруг него посверкивало – это усеивали дно переулка десятки рассыпанных гаек. По изможденному лицу бедняги змеились подтеки засохшей крови, комбинезон протерся и был перепачкан бурыми пятнами.

– Ах, это… – Братец Антон равнодушно пожал плечами, словно не замечая ничего интересного. – Это братец Василий. Он грешник. Седьмицу назад Василий осмелился пересечь запретное Пустынное Кольцо и дойти до края поляны. Теперь он несет заслуженное наказание, и каждый может напомнить ему о нарушенном законе Апокалифтиса.

– Законе? – воскликнул Витька, уже не надеясь, что равенство Благодати хоть чем-то лучше алчной и бесчеловечной иерархии Гильдии. – Но это же чудовищно, мучить человека за такой невинный проступок!

– Сразу видна ваша избалованность, юные братья и сестрица, – терпеливо покачал головой Антон, складывая руки на животе. – Но суть настоящей дисциплины состоит в том, что жесточайшее наказание следует назначать за провинность любого уровня. Это сразу отучает людей от заблуждения, что у них есть возможность выбирать преступление по его стоимости.

– Кто мог придумать такую жестокость?.. – выдохнула Настя, прикрывая рот ладонью.

– Наши законы многие годы назад были принесены на Благодать великим Апокалифтисом. А затем – из поколения в поколение, – расшифровываются и трактуются наследниками Голоса Его.

Антон был полон обстоятельного терпения, вдумчиво пересказывая чужакам законы родного поселка:

– Правила эти созданы в стародавние времена, они не могут лгать или ошибаться. И ведут к тому, что даже младенцы Благодати знают – малейшее нарушение карается физической болью.

– Я не могу на это смотреть… – Настя отвернулась, утыкаясь в плечо Димки. – Какие же вы жестокие!

– Это не так, сестра… – Антон машинально протянул руку, чтобы погладить девочку по голове.

Но Дима развернулся и так взглянул на длинноволосого, что тот разом передумал.

– Хм… идемте, дети. Теперь вы знаете, что будет, если пропустите Снисхождение…

– Значит, доступные Лифты вы нам не покажете? – поддерживая сестру и не давая ей смотреть в переулок с пленником, спросил мужчину Дмитрий.

– Я уже сказал, их не существует, – раздраженно, хоть и не повышая голоса, ответил взрослый. – И скоро вы это поймете…

– Ха… а как вы объясните шахты? – прищурился мальчик, не помышляя об отступлении.

Вокруг, как и на любой жилой поляне, и в самом деле виднелось множество самых разнокалиберных шахт. Одни возвышались посреди транспортных колец, по которым полагалось ходить самокатам, другие торчали за жилыми районами. Тянулись к потолку обители Лифтов и за фермерскими хозяйствами, где в обычные дни трудилось все население Благодати.

– Ты спрашиваешь про колонны, удерживающие небеса от падения? – с неприятной улыбкой (такая бывает у взрослых, пытающихся продемонстрировать, что они умнее ребенка) переспросил братец Антон. – Как можно быть настолько невежественными и не знать замысла Апокалифтиса?..

– Глупости! – подскочив к ближайшей шахте, Дима резво обежал ее в поисках двери или пульта протокольного доступа.

Антон ждал, не спеша с комментариями.

– Как вы объясните этот вхо?..

Мальчишка удивленно осекся, потому что никакого входа (который он так рассчитывал найти) не было и в помине. Как и пульта. От пола до самых сводов поляны шахту покрывал ровный и толстый слой старого, успевшего потрескаться цемента.