Джеймс Бонд - отдыхает! - Елена Артамонова

— Отличное место, — Дмитрий едва взглянул по сторонам, обратив свой взор на заржавевшие опоры нависшей над их головами радиовышки. — Надо бы повыше подняться.

— Но почему? Здесь же все видно, а лезть на вышку очень рискованно. Знаете, как страшно, когда ступени скрежещут под ногами и знаешь, что они ржавые-прержавые и могут обломиться в любой момент?

— Предполагаю. Но мне нужна вся панорама окрестностей, а здесь часть ландшафта заслоняют кусты.

Действительно росшие на краю площадки сосны немного загораживали сам поселок и примыкавшую к нему воинскую часть, однако это ничуть не портило всего пейзажа и даже делало его более живописным. Но фотограф оказался человеком бескомпромиссным и решительно направился к ажурной и даже на вид ветхой радиовышке.

— Давайте я поднимусь, — героически предложил Сеня, представляя, что будет, если заезжий турист сломает себе шею, сорвавшись с вышки.

— Спасибо за помощь, но лезть тебе туда не надо. У тебя нет серьезной мотивации для этого поступка, а я знаю, на что иду и почему готов рискнуть жизнью. К тому же, Сеня, ты все равно не сможешь сфотографировать местность должным образом. Но в любом случая, я тебе благодарен.

Однако мальчишку не так-то просто было остановить. Сеня все же полез вверх, указывая фотографу относительно безопасный маршрут подъема на отчаянно скрипевшую и подрагивавшую от каждого их шага радиовышку. Поднявшись на второй ярус башни, они остановились:

— Выше никак нельзя. Серега в прошлом году пробовал и чуть не сорвался. Там сразу трех ступенек нет, подряд. Туда только акробат пролезет.

Сеня поежился — местечко действительно было жутковатым. Казалось, он парил в воздухе, но при этом мог в любой момент сорваться вниз от малейшего дуновения ветерка, а башня рассыпаться, словно карточный домик от одного неосторожного движения. Дух захватывало, внутри все холодело от смертельного страха и восторга.

— Я лезу дальше. Один, — строго сказал фотограф, и его светлые глаза блеснули сталью. — Не спорь. Сейчас не время.

Сеня и не спорил. Он просто с ужасом смотрел наверх, наблюдая за тем, как Дмитрий с обезьяньей ловкостью преодолевает расстояние до третьего, верхнего яруса радиовышки. И вот, наконец, фотограф достиг своей цели, взобравшись на шаткую площадку, он извлек из сумки громадный, похожий на подзорную трубу объектив, привинтил его к фотоаппарату. Впечатлительный Сеня представил, какими невероятно красивыми должны получиться снимки, ради которых этот человек готов был рискнуть собственной жизнью, однако вскоре заметил некоторую странность в поведении фотохудожника. Почему-то он не смотрел по сторонам, выискивая удачный ракурс, а нацелил свою «подзорную трубу» на один единственный уголок пейзажа, раз за разом, нажимая на кнопку фотоаппарата. Мальчик посмотрел в указанном направлении, и сообразил, что Дмитрий снимает не горы и море, а лежавшую, как на ладони, видную до мельчайших подробностей воинскую часть…

— Все, готово! — сообщил блондин, ловко спустившись на второй ярус, где находился дожидавшийся его мальчик. — Снимки получатся великолепными! Ты мне здорово помог! Спасибо!

— Я рад, — задумчиво откликнулся Сеня, но в его голосе не было слышно энтузиазма.

Сеня стрелой летел к пансионату, понимая, что должен, как можно скорее переговорить с Машей. В его голове возникли страшные подозрения, которыми он был просто обязан поделиться с этой, вроде бы хорошо разбирающейся в детективных историях девчонкой. Машу он обнаружил во дворике Голубого корпуса — девочка сидела на скамейке, задумчиво грызла яблоко и была мрачнее тучи. Появление приятеля ее совсем не обрадовало.

— Привет, — хмуро поздоровалась она с запыхавшимся Сеней. — Яблоком угостить не могу, так как это последнее.

— Ты чего такая невеселая?

— Так… Маму завтра к директору вызывают. Сам понимаешь, каким получился разговор, когда я ей об этом сообщила.

— Круто! Ты еще и месяца не проучилась, а уже попала в поле зрение Ядвиги Игнатьевны! Ты даже меня перещеголяла. А в чем, собственно, проблема?

— Ни в чем. Роковое стечение обстоятельств, — Маша еще больше насупилась, а потом резко сменила тему разговора: — Знаешь, Сеня, я много думала о живущем в лесу бродяге и пришла к выводу, что зря его подозревала. Такое случается: с человеком почти одновременно происходят разные события, и он старается соединить их воедино, выстраивает всякие версии, связывает между собой несвязанные факты. В общем, я ошиблась и расследование пошло по неправильному пути.

— Подожди-подожди, я ничего не понял! Ты же сама говорила…

— Да, я подозревала, что бомж столкнул солдата в пропасть, желая избавиться от человека, узнавшего его в лицо, но на самом деле он не имеет к этому никакого отношения. Во-первых, бродяга прячется, а, следовательно, ему бы и в голову не пришло прогуливаться возле воинской части, на глазах у всего поселка. Во-вторых, соверши бомж это преступление, он бы точно постарался как можно скорее удрать из этих мест, а он, как ни в чем не бывало, отправился следующей ночью в пансионат, решив обзавестись теплыми вещами. Преступник так бы никогда не поступил!

— Похоже на то, — задумчиво откликнулся Сеня, разглядывая свои потрепанные кроссовки. — Слушай, а у меня тут другая проблема…

Но Маша своего приятеля не слушала, спеша поделиться с ним собственными подозрениями:

— И вот, когда я пришла к выводу, что бродяга не имеет связи с происшествием на обрыве, и солдат упал вниз по неосторожности, на моих глазах произошло еще одно покушение.

— Что?! Это шутка такая?

— Нет. Самая натуральная правда, — девочка серьезно посмотрела на Сеню. — Кто-то пытался убить Валю Озерову.

— Озерову? Эту вредину все терпеть не могут, но что бы убить… Ты ошибаешься. Маша!

— Нет, — девочка с досадой запустила в кусты яблочный огрызок, поднялась со скамейки, начала расхаживать из стороны в сторону. — Я как раз пришла на место происшествия, ходила вдоль обрыва, пытаясь понять, как все произошло, и вдруг увидела Озерову, выходящую из арки закрытого лесами здания.

— Гостиницы «Чайка»?

— Наверное. Я в поселке еще не все знаю. Так вот, когда Озерова вышла на улицу, кто-то стоявший на лесах, окликнул ее, а затем вниз полетело наполненное строительным мусором ведро.

Сеня только присвистнул — сегодня был странный день, в течение которого подозрительных событий произошло больше, чем за годы размеренной жизни в поселке.

— Ты видела лицо этого человека?

— Нет. Оно оставалось в тени. В любом случае, это был не бродяга из лесной чащи, тот более худощавый и высокий, а кто-то другой… — девочка снова села на скамейку, задумчиво крутя в руках свой мобильник. — И вот теперь, Сеня, я все думаю, связаны между собой два покушения или я снова пытаюсь соединить вместе не имеющие никакого отношения друг к другу факты?

— Хочешь еще один фрагмент головоломки? Собственно говоря, я пришел к тебе из-за этого… — Сеня неожиданно умолк, подозрительно осмотрел зеленый, залитый лучами закатного солнца дворик и, убедившись, что их не подслушивают, громким шепотом произнес: — Кажется, я вычислил шпиона.