Опасная игра - Жаклин Уилсон

– Ну, понимаешь, они со взбитыми сливками и к вечеру немножко прокисли, так что мы с Кэм их выбросили. Зато коробка осталась! Я принесу покажу, если не верите. Еще мне мама столько всякого подарила, такие смешные мягкие игрушки и коллекционную куклу – настоящий современный антиквариат, сотню фунтов стоит.

– Куклу? – усмехнулся Футболист.

– Да это на самом деле произведение искусства! Говорю тебе, красота необыкновенная. Моя мама – самая лучшая в мире!

Александр внимательно смотрел на меня. Он снова стал очень серьезным.

– Что? – спросила я.

– Какая же она лучшая, если отдала тебя в детдом? По-моему, только плохие мамы отдают своих дочек.

– Она не нарочно! – тут же заступилась я. – Просто у нее было очень много разных дел. И еще приятель такой гадостный попался. Она думала, что в детском доме мне будет хорошо.

– А ты говорила, что тебе там ужасно не нравилось.

До чего этот Александр на нервы действует!

– Не так уж плохо там было! – крикнула я.

– Нет, плохо, пока тебя Кэм не забрала. Трейси, а как же Кэм?

– А что Кэм? – Я приблизила лицо к нему вплотную и даже зубы оскалила. – Мама говорит, на самом деле я Кэм не нужна. Ей за меня деньги платят.

– Наверное, приемной маме с тобой нелегко. – Александр попятился, но не сдался. – Я думаю, она тебя любит, потому и взяла к себе. А ты ее любишь?

– Ну, она ничего… Да не так уж сильно любит, иначе не согласилась бы так легко со мной расстаться.

Александр задумался:

– Может, она просто старается сделать как ты хочешь? Потому что очень тебя любит.

– А может, ты рот закроешь наконец? Не лезь куда не просят! И вообще, что ты понимаешь, Крохотулечный Огуречик!

Я его отпихнула и помахала Футболисту:

– Эй, давай в футбол играть! Я тебя погоняю как следует!

Футболист перестал таращить глаза и отпасовал мне мяч. Я отбила так мощно, что мяч врезался в стену, отскочил к дивану, а потом рикошетом прямо в телевизор.

– Уже второй телевизор ломаете… А его так долго делать! – заныл Александр.

– Надоели твои картонки дурацкие! Ну их!

И я пнула помятую коробку-телевизор.

Александр, казалось, вот-вот заплачет. Не знаю, с чего бы. Я же не его пинала. Но когда Футболист, вдохновившись моей идеей, собрался все в комнате разнести, я его отвлекла и увела на второй этаж. Там можно было беситься сколько угодно – Александр не успел туда натащить своей картонной мебели, зато валялись старые ящики и грязный рваный матрас – прыгай на здоровье.

Александр притащился следом за нами и остановился в дверях, не решаясь присоединиться к общему буйству. Мне стало совестно, но я все еще не могла простить то, что он наговорил про мою маму.

Футболист минуты две громил все вокруг, а потом решил передохнуть.

Я спросила:

– Слушай, Футболист, ну ты-то рад за меня, что я буду с мамой жить? Эй, не ложись на матрас, блох наберешься!

– Брр! – Футболист резво вскочил. – Ага, я думаю, это здорово, что ты к маме переезжаешь, раз она такие подарки дарит. Всегда выбирай того, кто тебе больше даст. Своя рубашка ближе к телу.

Он бросил мяч в стену и ловко отбил головой.

– Видали?

Футболист победно вскинул руки, выпендриваясь перед нами.

Я сказала:

– Да не только в подарках дело. Она же моя мама!

– Мамы – это ерунда, – заявил Футболист.

– Ага, про пап ты такого не скажешь!

– Скажу.

Футболист с такой злостью пнул мяч, что тот врезался в окно, разбил стекло вдребезги и улетел в неведомую даль.

– Тьфу ты! – сказал Футболист.

– Может, хватит уже беситься? – сказала я.

– Осторожней, Футболист, порежешься! – сказал Александр.

– Ты что делаешь, псих несчастный?! – завопила я.

Футболист рывком открыл окно. Осколки разлетелись по всей комнате.

– Надо совок и щетку, – вздохнул Александр. – Попробую сделать из картона.

– Опять ты со своими картонками! Эй, Футболист, ты что делаешь-то?

Он собирался вылезти в окно!

– Я за мячом. – Футболист вытянул шею. – Смотри, он не упал! В желобе застрял, под крышей.

– Футболист, вернись!

– Футболист, это же очень опасно!

– За трубу не хватайся!

– Она тебя не выдержит!

Футболист все-таки схватился за трубу. Она зашаталась и просела. Футболист быстро отпустил.

– Да вернись ты! – я ухватила его за ноги.

Он брыкнул ногой – и вдруг прыгнул.

Я завизжала и зажмурилась. Ждала ужасного глухого удара о землю – но все было тихо.

Чуть слышно ахнул Александр. А потом прошептал:

– Смотри!

Я открыла глаза, и они тут же полезли на лоб. Футболист перескочил через жуткую пропасть между окном и елкой. Сейчас он стоял на ветке и издавал победный тарзанский клич.

– Совсем ненормальный?!

– Да нормальный я! Ты что, никогда по деревьям не лазила? А по этому вообще легко, как по лестнице.

Футболист уверенно полез вверх. Мы смотрели на него из окна, вывернув шеи. Александр с такой силой сдавил мою руку, что его острые ноготки впились мне в ладонь.

Футболист добрался почти до самой вершины, вытянул руку и выдернул свой мяч из желоба.

– Фу, весь в какой-то слизи!

Он обтер мяч о еловые ветки.

– Спускайся, психованный! – крикнула я.

Александр подхватил:

– Я тебе мяч вымою, если хочешь. Только спускайся!

Футболист спустился, вбросил мяч в разбитое окно, снова перепрыгнул головокружительную пропасть, пошатнулся, стоя на подоконнике, и рухнул прямо на нас.

Какое-то время мы так и лежали, совсем оглушенные. Футболист встал первым. А мы с Александром и не могли раньше подняться – он ведь на нас свалился.

– Папы тоже ерунда, – сказал Футболист, отряхиваясь и вытирая измазанный мяч о джемпер Александра. – Вонючая куча мусора, и ничего больше.

Как будто мы и не прерывали разговора.

– Ты же своего папку любишь прямо как ненормальный. – Я осторожно встала и проверила руки-ноги, нет ли переломов.

– Ага, точно, ненормальный, – кивнул Футболист. – Прямо так психом и зовите.