Когда-то, давным-давно… - Алан Александр Милн

«Не подвело», — с удовлетворением отметила Бельвейн.

Принцесса Гиацинта вскрикнула и отшатнулась. Виггз, хорошо знакомая с подобными маленькими происшествиями из книг, с которых она вытирала пыль, и Воггз, питавшая природную любовь к животным, не дрогнули.

Присутствие графини оказалось более чем кстати.

— Позвольте мне, — церемонно произнесла она, выступая вперед на один шаг, — представить Вашему Королевскому Высочеству Его Королевское Высочество наследного принца Арабии Удо!

— Принца Удо? — повторила Гиацинта, все еще не желая верить своим глазам.

— Боюсь, что это именно так, — мрачно произнес Удо. В последние дни он много раз представлял себе эту встречу и теперь пришел к выводу, что недооценивал трудности.

А Гиацинта в этот момент вспомнила, что она принцесса и женщина.

— Я счастлива приветствовать Ваше Королевское Высочество в Евралии. Не хотите ли присесть… ээ… прилечь… («Интересно, что вообще делают кролики? Или кто?»)

Удо предпочел сесть на задние лапы.

— Благодарю вас. Вы не представляете себе, как трудно говорить с тем, кто выше тебя, стоя на четырех ногах. Так устает шея…

Наступило неловкое молчание. Никто не знал, что сказать. Кроме Бельвейн. Она обратилась к Удо со своей самой очаровательной улыбкой и самым любезным тоном задала вопрос:

— Понравилось ли вам путешествие?

— Нет, — пробурчал Удо.

— Да скажите же, что с вами случилось? — вскричала, не выдержав, Гиацинта. — Встретился злой волшебник? Ой, простите меня, пожалуйста.

Когда не очень хорошо себя чувствуешь, некоторые вопросы не могут не вызывать раздражения.

— Разве вы не видите, что со мной случилось? — отвечал Удо довольно резко. — А вот ка́к это случилось, я не знаю. На второй день пути из Арабии…

— Простите, Ваше Высочество, это не ваш хвост в солонке? — сказала Виггз. Она осторожно вынула хвост, отряхнула его и подала принцу.

— Спасибо, спасибо. На второй день пути в Евралию я проснулся после дневного сна вот в таком виде. Попробуйте представить себе мои чувства. Первое, что мне пришло в голову, — это вернуться домой и скрыться от людских глаз. Но, принцесса, я решил, что я вам нужен!

Конечно, Гиацинта была тронута до глубины души, когда Удо произнес последнюю фразу, мило прижав ушки и расправляя лапами усы, но все же она успела мельком подумать: «А что теперь с ним, собственно говоря, делать?»

— И что же вы ощущаете? — мягко вставила Бельвейн, зная, что мужчины всегда рады случаю поговорить о себе.

Удо ответил не сразу, потому что ему попался на глаза накрытый стол, и он уставился на него со смешанным чувством надежды, отвращения и покорности судьбе.

— Что я очень-очень голоден, — наконец произнес он с видом человека, уверенного в своих словах.

Принцесса, мысли которой, казалось, блуждали где-то далеко, внезапно пробудилась.

— Ах, простите, я веду себя неприлично, — сказала она с улыбкой, за которую самый бессердечный из людей простил бы ей все что угодно. — Прошу вас за стол. Позвольте мне представить Вашему Высочеству графиню Бельвейн.

— Подать ему руку или погладить по голове? — пробормотала блюстительница придворного этикета, в первый раз в жизни растерявшись.

Удо приложил лапу к сердцу и отвесил учтивый поклон.

— Я очарован, — галантно произнес он, а любая галантность, исходящая от помеси льва, кролика и барашка, не может не произвести самого приятного впечатления.

Они расселись по местам.

— Немного шербета, Ваше Высочество? — предложила Гиацинта, наполнявшая кубки.

Удо собирался было сказать «да», но заколебался.

— Не уверен, что могу себе это позволить.

— Шербет очень вкусный, — заметила Виггз, чтобы развеять его сомнения.

— Не сомневаюсь, милая. Весь вопрос в том, люблю ли я шербет?

— Разве можно не знать, любишь ты шербет или нет?

— Оставь в покое Его Высочество, Виггз, — вмешалась Гиацинта и предложила принцу сандвич с олениной.

— Весь вопрос в том, люблю ли я сандвичи с олениной?

— Я люблю, — объявила Воггз всем, кого эта новость могла интересовать.

— Видите ли, — объяснил Удо, — на самом деле я не знаю, что люблю.

Все удивились, особенно Воггз. Бельвейн же слишком наслаждалась происходящим, чтобы разговаривать, и принцесса попросила Удо пояснить, что он имеет в виду, чем его очень обрадовала. Это был как раз тот предмет, который он давно уже стремился обсудить.

— Ну хорошо, — начал он, сев поудобнее, так что Виггз на этот раз пришлось извлекать его хвост из горчицы. — Кто я?

Никто не отважился высказать свое мнение.

— Кролик ли я? Если да, то передайте мне желе из красной смородины или что там еще едят кролики.

Хозяйка встревоженным взглядом блуждала по столу в поисках подходящего угощения.

— Может, я лев? — продолжал Удо, развивая тему. — Тогда передайте мне Виггз.

— О, пожалуйста, не надо быть львом, — попросила Виггз, ласково потрепав его по загривку.

— Но разве у вас нет внутреннего чувства, которое подсказывает вам…

— У меня есть внутреннее чувство пустоты. Я жажду чего-то, только не знаю, чего именно.

— Надеюсь, это не сардины, — шепнула Виггз Воггз.

— Но чем же вы питались по дороге, принц? — спросила Гиацинта.

— О, в основном травой и подобными вещами. Мне казалось, что трава не причинит вреда.

— И что же? Она не причинила вреда? — участливо осведомилась графиня.

Удо отвечал мрачным молчанием.

— Я знаю, что это глупо с моей стороны, — сказала Гиацинта, — но я все-таки не понимаю. Казалось бы, что, если вы… ээ…

— Вот именно, — сказал Удо.

— …то вы должны инстинктивно чувствовать, что… ээ…

— Совершенно верно, — сказал Удо.

— …едят.

— A-а, я так и знал, что вам это придет в голову. Я и сам так думал, когда… когда плохо себя почувствовал. Но я кое-что попробовал на практике, и ничего не вышло. С тех пор я много времени посвятил обдумыванию этого вопроса и…

— Как интересно, — с энтузиазмом поддержала его графиня, устраиваясь поудобнее. — Пожалуйста, продолжайте.

— Ну что ж. Когда я… — Он кашлянул и застенчиво обвел взглядом присутствующих. — А вам не кажется, что это слишком деликатный предмет?

— Что вы, вовсе нет, — пробормотала Гиацинта.

— Так вот. Когда волшебник хочет вам досадить, он обычно превращает вас в какое-нибудь