Загадка старинной куклы - Анна Устинова

Такие ничего не теряют, — проворчал Темыч. — Держалась бы лучше подальше.

На, — вдруг извлек из кармана на свет зажигалку Женька.

Отлично, — сказала Катя. — Вы оставайтесь, а я пошла.

Чует мое сердце… — запел было Темыч.

Тише. Не до тебя, — не позволил ему разойтись Олег.

Темыч умолк. Теперь друзья слышали лишь его сердитое сопение. Ну, точь—в—точь рассерженный ежик?

Катя словно бы невзначай приблизилась к дереву и, быстро нагнувшись, вытянула перед носом у Кабана ладонь, на которой лежала Женькина зажигалка.

— Ты уронил? — донесся до ребят ее голос. Кабан поглядел на нее. Затем полез в карман куртки.

Нет. Моя на месте, — тоже довольно громко ответил он.

Как же, нужна ты ему, — мстительно пробормотал Темыч.

Заткнись. Ничего не слышно, — шикнул на него Олег.

Тема вновь принялся громко сопеть.

И дыши потише, — продолжал Олег.

Скоро мне вообще жить нельзя будет, — с самым наимрачнейшим видом отозвался Темыч, но тем не менее сопеть перестал.

Ребята, старательно прячась за деревьями, всматривались и вслушивались в происходящее поодаль от них. Кабан убрал зажигалку в карман. Катя, однако, не отходила. Судя по всему, у них завязался какой—то разговор. Только очень тихий, и друзья ничего не могли расслышать.

Потом Катя игриво рассмеялась.

Ей бы только поржать, — тут же прокомментировал Темыч.

Сейчас я тебя ударю, — медленно проговорила Таня. — Испортишь ведь все.

Темыч, клокоча, как просыпающийся вулкан, демонстративно отвернулся. Дела у Кати тем временем шли успешно. Кабан тоже весьма игриво хохотнул, затем, склонившись к девочке, принялся что—то шептать ей на ухо.

Ну, молодец, Катька, — восхитился Олег.

Как бы ей после не пришлось плакать, — старушечьим голосом изрек Тема.

Олег тяжело вздохнул, но предпочел в дискуссию не вступать.

— Идут! — вдруг раздался голос Пашкова. Смоля на ходу сигарету, он несся со стороны

Портняжного переулка.

— Собирайтесь! Собирайтесь! Начинается! — кричал он на ходу.

Шатающиеся по улице кинулись к пролому. Там образовалась пробка.

— Ну же! — протискивался вперед Женька. — Самое ведь интересное сейчас пропустим.

Наконец пятеро друзей вновь оказались на стройплощадке. Катя вскоре к ним присоединилась.

Ну как? — спросил Олег.

Порядок, — шепнула девочка. — Потом расскажу.

Делиться впечатлениями по поводу Кабана сейчас и впрямь было не время. Группы поддержки разразились хоровыми воплями. Лешка торжественно сопроводил на площадку Быка и Гвоздя. Кудрявый Бык, улыбнувшись своим, бросил в толпу джинсовую куртку. Одиннадцатый «А» и примкнувшие к нему прочие классы школы № 2001 восторженно загудели. Бык сделал несколько плавных тай—дзи—цюаньских выпадов.

Чем—то балет напоминает, — залюбовалась Моя Длина.

Сейчас стенка на стенку пойдет, тогда будет балет, — пробубнил Тема. — Всем достанется.

Гвоздь кинул в толпу своих кожанку. Те тоже завопили. Но звук вышел ниже. Именно в этот момент все почувствовали: поддержка Гвоздя куда малочисленней, чем у Быка. Гвоздь, видимо, тоже заметил это и недовольно поморщился.

— Серьга—то при нем? — прыгал на месте Женька. — Чего—то не видно.

Тут как раз бритоголовый противник Быка повернулся. В его левом ухе сиял под солнечными лучами золотой гвоздь.

Врежь ему, Бык, скорей! — подали добрый совет из группы поддержки.

Давай, Бык! — завопила 2001—я. — Вырубай его и пошли!

Группа Гвоздя пыталась поддержать своего выдвиженца. Но теперь, когда питомцы две тысячи первой раздухарились в полную силу, поддержки Гвоздя почти не было слышно.

Бык, издав победоносный клич, пошел на Гвоздя.

— А ну, стой! — вклинился между ними Пашков. — Не по правилам!

Но ситуация уже вышла из—под контроля.

Давай, Бык! — ревела команда две тысячи первой.

Врежь ему, Гвоздь! — вылетела в авангард противника размалеванная деваха с кольцом в носу.

Сорвав с себя кожанку с металлическими шипами, она принялась размахивать ею, как флагом.

Колька вытянул из уха свой боевой гвоздь, зажал его между пальцами правой руки и двинулся на Быка.

— С гвоздем нельзя! — завопил Пашков. — Так мы не договаривались!

Его призывы заглушали вопли и рев толпы. Битва явно принимала стихийный характер.

— Ну, сейчас будет, — пробормотал Темыч.

Не успел он это произнести, как на боевую площадку выскочил Андрей Станиславович.

— Стоп! — скомандовал он. Дуэлянты застыли как вкопанные.

Группа поддержки Быка разом стихла. Андрей Станиславович пользовался авторитетом не только в своем восьмом «В», но и во всех других классах 2001—й школы.

— Чего встал, Гвоздь? — продолжала неистовствовать группа поддержки с Чистых прудов.

Гвоздь беспомощно развел руками. Связываться с Андреем Станиславовичем ему тоже совсем не хотелось.

Расходитесь. Концерт окончен, — тем временем говорил Андрей Станиславович.

Это еще почему нам всякие там в костюмчиках будут указывать? — вылетел из группы Гвоздя тот самый бугай, который уже намеревался два раза устроить драку до появления основных соперников. — А ну, вали, дядя, отсюда.

Сейчас наш Андрей ему даст, — с придыханием проговорила Моя Длина. — Андрей Станиславович! — крикнула она. — Давайте пиджак подержу!

Он мне не мешает, — откликнулся классный руководитель восьмого «В».

Тощий, а наглый, — с презрением оглядел Андрея бугай в кожанке.

Андрей, ни слова не говоря, сделал короткий выпад ногой и локтем. Бугай в кожанке тихо растянулся на боевой площадке. Все вокруг замерли. Андрей Станиславович, поправив съехавшие на нос очки, склонился над бугаем.

— Минуты через две очнется, можете забирать, — спокойно проговорил он.

Вот это мужик! — прорезал наступившую тишину тонкий возглас Моей Длины.

Концерт окончен. Расходимся, — не давая никому опомниться, проговорил Андрей Станиславович. — Стороны заключили мир. Я прав? — повернулся он к Быку и Гвоздю.

Те согласно кивнули.

— А ты, Гвоздь, — добавил Андрей Станиславович, — выступай в следующий раз у себя на Чистых. Я Светкин… то есть класс Светланы Сергеевны в обиду не дам. Вопросы есть?

У Гвоздя вопросов не было. Вновь засунув боевую серьгу в ухо, он уныло поплелся к своим.