Паутина Старого Города - Алека Вольских

— «Бесит» — это твое обычное состояние, — неожиданно ответили ему.

В дверном проеме, прислонившись плечом к косяку и скрестив руки на груди, стоял Руи. Казалось, он какое–то время наблюдал за ними, прежде чем дать знать о своем присутствии.

— Что ты опять натворил, наше стихийное бедствие?

Судя по раздражению на лице Мики, Руи обращался к нему.

— Не называй меня так.

— Почему? Ты заслужил это имя, — парировал Руи. — Умудряешься устроить катастрофу на ровном месте. Например, на этой веранде сейчас точно прошло торнадо.

Он оценил взглядом разрушенный пазл.

— Это не я! — воскликнул Мика. — Это она мой пазл разрушила!

Руи перевел взгляд на Динку и, бегло оглядев ее с ног до головы, сказал:

— Он наверняка на тебя накинулся. Не покалечил?

— Волосы чуть не вырвал, — нажаловалась Динка и, сжав перед лицом кулак, удовлетворенно добавила: — Но я его пнула.

Руи озадаченно вскинул брови, несколько секунд думал, потом подытожил:

— Думаю, вы подружитесь.

Он перевел взгляд на телекинетика.

— С Сэем ты, смотрю, тоже познакомилась. Пошли, познакомлю с остальными.

Руи кивком головы велел следовать за ним и покинул веранду.

— Наше Стихийное Бедствие? — шепотом переспросила у Мики Динка, когда они последовали за Руи и Сэем.

— Прозвище, — поморщился мальчишка. — Вик дал.

— Вик? Виктор? С хвостом такой?

— Ага. Вик всем прозвища дает, — объяснил Мика. — Обычно дурацкие. Мне еще повезло. Рутку он вообще обозвал Девочкой Отравой. Смотри, и тебе прозвище даст.

— Рутка? Девочка Отрава? — поморгала Динка.

— Рута, — снова пояснил Мика. — Девчонка у нас есть в команде. У нее мутация такая — выделяет яд через кожу. Дотронется до тебя — ты пять минут корчишься от яда, потом отбрасываешь коньки. Вот Вик и обозвал ее — Девочка Отрава.

«Жуть, — подумала Динка. — Куда я попала?»

Первым, кого увидела девочка, войдя в комнату с пятью мониторами, был Виктор. Стоит у окна — лицо в облаке сигаретного дыма. Завидев Динку, приветливо улыбнулся и поднял раскрытую ладонь с сигаретой между пальцами. Динка скорчила рожу при виде сигареты. Перед мысленным взором тотчас возникла Таисия, курящая на кухне по утрам. Всегда Динке начало дня отравляла — от запаха дыма Динку начинало подташнивать, и она уходила в школу, не позавтракав. Виктор, однако, не понял, чем ее расстроил, и застыл, озадаченно моргая.

В кресле, недалеко от окна, сидела незнакомая женщина. Каштановые волосы вьются и падают на плечи. Глаза и губы улыбаются; у Динки возникло чувство, что улыбка женщины адресована не ей, что она просто любит улыбаться. Выглядела она старше Виктора, но не старая еще, симпатичная даже.

— Рута, убери ноги с дивана, — обронил Руи, направляясь к креслу перед мониторами.

Динка повертела головой в поисках того, кого он отчитывал, и увидела девчонку. Та с видом провинившейся опускала ноги с небольшого кожаного диванчика на пол. Остолбенев, Динка таращилась на нее во все глаза.

Возраста, наверное, как Сэй — определенно старше Динки. Смазливая. Фигуристая: джинсы до середины икр тесно сидят на бедрах, топик обтягивает большую грудь. Ступни обуты в босоножки на высоком каблуке.

В общем, была бы типичная звезда старших классов — такие, наверное, в каждой школе есть. Они всегда модно одеваются, имеют кучу поклонников и ходят с таким видом, будто окружающие должны целовать их следы. Вот только эта вряд ли популярна, потому что достаточно одного взгляда на нее, чтобы понять — она мутант.

Ее сильно вьющиеся волосы, собранные на макушке в длинный хвост, были белыми. Абсолютно белыми — как снег. Такого же цвета были брови, и Динка не сомневалась, что ресницы у девчонки тоже белые, только она их подкрашивает тушью.

«Как будто старуха седая», — подумала Динка.

Сэй — красноволосый, эта — беловолосая. У кого тут еще волосы ненормального цвета?

Девчонка остановила на ней недовольный взгляд, и Динка вдруг вспомнила, что говорил Мика.

«Это она яд через кожу выделяет», — догадалась девочка и непроизвольно отступила в сторону — подальше от белобрысой.

— Динка, подойди сюда, — позвал Руи.

Девочка была рада послушаться — едва ли не впервые. Лишь бы подальше от этой ядовитой.

— Садись.

Руи усадил Динку в свое кресло и, бесцеремонно положив ладонь ей на макушку, представил:

— Внимание, все. Эту малявку зовут Динка. С сегодняшнего дня она одна из нас.

Динка заметила, как в глазах Руты полыхнуло что–то похожее на злость.

«Кажется, Старушке я не понравилась, — сходу придумала белобрысой прозвище Динка. — Ну и подумаешь».

— У Динки редкая мутация, — продолжал Руи. — Она умеет находить выходы из чужих миров. Насколько это ценно для нас, я думаю, все понимают, поэтому предлагаю ее холить, лелеять и беречь, как зеницу ока.

Рута скривилась, красноречиво давая понять, что холить и лелеять Динку у нее нет никакого желания.

— Будем беречь, — с улыбкой в голосе сказал Виктор.

Динка обернулась — сигарету он уже успел докурить и выбросить окурок в окно. Отстранился от подоконника и подошел ближе.

— Виктора ты уже знаешь, — сказал Руи.

Ладонью, которая лежала на макушке, он повернул Динкину голову влево, где в кресле сидела женщина.

— Это Марина. Если будут какие–то вопросы по поводу проживания в пансионе, обращайся к ней.

Марина кивнула Динке, не только кивком, но и улыбкой подтверждая, что всегда поможет.

Руи повернул Динкину голову ладонью вправо.

— Это Рута.

Белобрысая демонстративно отвела взгляд, делая вид, что рассматривает пол где–то в районе двери. У Динки возникло чувство, что Старушке она не нравится с каждой секундой все больше. Интересно, почему? Динка еще даже поцапаться с ней не успела, как с Микой, например. Или Старушка ее просто так невзлюбила — из вредности характера?

Динка взвела глаза к потолку. Вообще–то она хотела возмутиться тому, как Руи бесцеремонно вертит ее головой из стороны в сторону. Она ему что, кукла на веревочках? Случайно Динка выудила из памяти умное слово — «фамильярный». Точно! Чего он такой фамильярный с ней, а?

Наверное, он догадался по Динкиному дерганью, что она недовольна. Убрал ладонь с ее макушки и отошел немного в сторону, после чего повернулся к Динке лицом, засунул руки в карманы и добавил:

— Кроме того, теперь должно стать проще проникать в чужие миры. Малявка, — обратился он к ней, — ты ведь вход в чужой мир находишь так же легко, как и выход из него, верно?