Хорошие жены - Луиза Мэй Олкотт

– Ну хорошо, хорошо, а теперь успокойся и не тревожь тетю своими новыми идеями.

– Постараюсь, но в ее присутствии меня вечно подмывает разразиться какой-нибудь дерзкой речью или излить самые революционные чувства. Это мой рок, и я ничего не могу поделать.

У тети Марч они застали другую свою тетю – миссис Кэррол. Дамы обсуждали что-то с большим интересом, но, как только вошли девочки, обе умолкли. По виду собеседниц можно было догадаться, что речь шла как раз о племянницах. Джо была отнюдь не в лучшем настроении, к ней вернулась прежняя раздражительность, но Эми, сознавая, что исполнила свой долг, была в самом ангельском расположении духа, и тетки сразу почувствовали это. Они приветствовали ее любовным «моя дорогая», и взгляды их говорили то же, что они потом сказали друг другу: «Этот ребенок становится лучше с каждым днем».

– Ты собираешься помочь миссис Честер в устройстве благотворительного базара, дорогая? – спросила миссис Кэррол, когда Эми села рядом с ней с тем доверчивым видом, который так нравится пожилым людям у молодых.

– Да, тетя. Она попросила меня помочь, и я вызвалась торговать за одним из столиков, ведь я не могу предложить ничего другого, кроме моего труда.

– Я не собираюсь участвовать в этой затее, – вставила Джо решительным тоном. – Терпеть не могу, когда мне покровительствуют, а Честеры считают, что делают нам большое одолжение, разрешив помочь в устройстве их базара, где будут присутствовать всякие важные особы. Удивляюсь, Эми, как ты согласилась. Ты нужна им только для того, чтобы работать.

– Я согласна поработать, ведь я буду делать это не только для Честеров, но и для бывших рабов, в пользу которых пойдет выручка. И я считаю, что Честеры очень добры, позволяя мне принять участие в трудах и развлечении. Покровительство других не тяготит меня, если его оказывают из лучших побуждений.

– Совершенно справедливо и разумно. Мне нравится твой благодарный дух, моя дорогая. Очень приятно помочь людям, которые ценят наши усилия. Некоторые не ценят, и это досадно, – заметила тетя Марч, глядя через очки на Джо, которая сидела поодаль и раскачивалась в качалке с довольно надутым видом.

Если бы Джо только знала, какое огромное счастье ждет ту из них, в чью пользу склонится чаша весов, она в одно мгновение сделалась бы сущим ангелом, но, к несчастью, у людей нет окон в груди и мы не можем видеть, что происходит в сердцах наших друзей. Быть может, так лучше для нас, но в некоторых случаях это было бы таким удобством, такой экономией времени и чувств. Своим следующим замечанием Джо лишила себя нескольких лет удовольствия и получила своевременный урок, заставивший ее понять, что искусство сдерживать свой язык не последнее среди прочих.

– Не люблю благодеяний. Они угнетают, заставляют чувствовать себя рабом. Я предпочитаю делать все для себя сама и быть совершенно независимой.

– Хм! – кашлянула тетя Кэррол приглушенно и бросила взгляд на тетю Марч.

– Я же тебе говорила, – сказала тетя Марч, выразительно кивнув тете Кэррол.

В блаженном неведении относительно того, что именно она сделала, Джо сидела, задрав нос с вызывающим видом, отнюдь не располагавшим к ней.

– Ты говоришь по-французски, дорогая? – спросила тетя Кэррол, положив руку на руку Эми.

– Да, довольно хорошо благодаря тете Марч, которая позволила Эстер говорить со мной, когда я захочу, – ответила Эми, бросив на тетю Марч благодарный взгляд, заставивший старую даму улыбнуться.

– А как у тебя с языками? – спросила миссис Кэррол у Джо.

– Ни слова не знаю. Слишком тупая. И терпеть не могу французский – такой дурацкий, скользкий язык, – прозвучал грубый и резкий ответ.

Дамы снова обменялись взглядом, и тетя Марч сказала Эми:

– Ты, кажется, теперь здорова и окрепла, дорогая? С глазами у тебя уже все в порядке, не так ли?

– О да, спасибо, мэм. Я вполне здорова и собираюсь много рисовать предстоящей зимой, чтобы иметь хорошую подготовку на случай, если мне когда-нибудь доведется осуществить свою мечту и поехать в Рим.

– Милая девочка! Ты вполне заслуживаешь того, чтобы твоя мечта осуществилась. И я уверена, что она осуществится, – сказала тетя Марч, одобрительно погладив Эми по голове, когда та наклонилась, чтобы поднять упавший теткин клубок.

– Ворчунья, – двери на замок, Сядь у огня, вяжи чулок, – завизжал попка, свесившись со спинки стула тети Марч и заглядывая в лицо Джо с таким забавным выражением дерзкого любопытства, что было невозможно удержаться от смеха.

– Весьма наблюдательная птица, – заметила старая дама.

– Пойди, дорогая, прогуляйся! – крикнул попка и запрыгал к посудному шкафчику, имея явные виды на кусочек сахара.

– Спасибо за совет. Так я и сделаю. Пошли, Эми. – И Джо завершила визит, чувствуя еще глубже, что такие посещения знакомых плохо влияют на ее организм. Она по-мужски пожала теткам руки, но Эми поцеловала обеих, и девочки удалились, оставив впечатление тени и света, заставившее тетю Марч сказать, когда дверь закрылась:

– Возьми ее с собой, Мэри. Денег я дам. – А тетю Кэррол ответить очень решительно:

– Непременно, если ее родители согласятся.