Лунный жаворонок - Шеннон Мессенджер

– Ладно-ладно. Расслабься. Не будет исследования.

Софи выдохнула с облегчением:

– Спасибо.

– Да не за что, – рассмеялся Элвин. Порывшись в висящей на плече сумке, он достал несколько крошечных флаконов с цветными жидкостями. – А теперь не волнуйся, но нужно полностью очистить твое тело от токсинов. Начнем с этого.

Софи приготовилась ощутить на языке горькое лекарство, но в бутылочках оказались сладкие сиропы, похожие на сок неизвестных фруктов. От них внутри потеплело и приятно закололо.

– Молодец, – похвалил Элвин, когда она опустошила все склянки, а затем поставил перед ней большую прозрачную бутылку. – Мы пьем такое раз в день, но тебе пока советую пить дважды, чтобы наверстать.

– «Молодость в бутылке», – прочитала Софи этикетку. – Как источник молодости?

– Думаю, отсюда легенда и пошла, – кивнул он. – В ней содержатся ферменты, необходимые для нашего организма.

Вода была прохладной и чуть сладковатой, а освежала даже лучше, чем сиропы. Софи опустошила все зараз и отдала пустую бутылку Элвину. Он дал ей еще одну, и она выпила все так же быстро.

– У меня пока нет всех необходимых лекарств, но я дам Алдену список. Приходи ко мне через пару недель на повторный осмотр.

Софи скривилась, не успев сдержаться.

Элвин рассмеялся:

– Не расстраивайся ты так, я просто тебя осмотрю. Я работаю в Фоксфайре, так что заходи в любое время.

При упоминании новой школы Софи дернула себя за реснички.

– Что ты делаешь?

– Простите. Привычка.

– Ты вырываешь ресницы?

– Это не больно.

– Не важно.

– Вы прямо как моя мама. – Тепло от лекарства испарилось, когда она вспомнила о случившемся. – Ну, я думала, что она моя мама.

Элвин присел на кушетку рядом с ней.

– Алден мне рассказал. Хочешь об этом поговорить?

– Не очень, – Софи смотрела на Эллу, обнимая ее крепче.

Элвин присвистнул:

– А ты храбрая девочка, в курсе?

Софи пожала плечами:

– Иногда приходится быть храброй.

– И правда, – кивнул он со смешком.

– Что?

– Просто забавно слышать что-то такое от девочки, обнимающей игрушечного слона.

Щеки Софи запылали:

– Я знаю, это глупо, но…

– Я шучу. Я и сам не могу уснуть без стегозавра Вонючки и совсем этого не стыжусь, – рассмеялся он. – Так, ладно, тебе нужно поспать. У тебя был тяжелый день. Увидимся через несколько недель.

– Ну что, будешь меня бить? – поинтересовался Фитц, пока провожал ее до комнаты.

– Нет, наверное, – пробормотала Софи, с ужасом вспоминая свою истерику. Фитц, наверное, считает ее жуткой плаксой.

Тот ухмыльнулся.

– Чего ты так боишься докторов? Ты испугалась Элвина больше, чем прыжка в водоворот.

– Видимо, тебе никогда не втыкали в руки иголки и не подключали к куче аппаратов.

– Тут ты права, – он передернулся, и Софи полегчало. Теперь он хотя бы понимал ее страх. – Зачем они это делали?

– Уколы – потому что пару лет назад у меня была аллергическая реакция, – она потерла руку, вспомнив синяк от иглы. – А к аппаратам подключали, когда я в пять лет ударилась головой.

– Как ты умудрилась?

– Кажется, я просто упала в обморок и ударилась об асфальт, не помню. Помню только, как проснулась в больнице и мои родители жутко нервничали. Они сказали, что «скорую» вызвал мой сосед и что я несколько часов была без сознания.

– Это случилось в пять лет?

Софи кивнула.

– До того, как проявилась телепатия, или после?

– Одновременно. В больнице я начала читать мысли. Я всегда думала, что при падении как-то повредила мозг, но, видимо, это были мои эльфийские гены.

Фитц не ответил.

– Что такое?

– Да просто… телепатия не проявляется в таком возрасте. Что-то должно было ее пробудить.

– Как это – пробудить?

– Не знаю. Мало что пробуждает особые умения – и ничего из этого нет в Запретных городах. Надо будет сказать отцу, чтобы он попробовал разобраться.

Софи подавила вздох. Благодаря ей Алдену придется со многим разбираться.

Фитц остановился у спальни, которая подошла бы принцессе – большая кровать с балдахином, хрустальная люстра, стеклянные стены, открывающие вид на озеро.

– Твоя комната. Если что-нибудь понадобится, то моя спальня в конце коридора.

Их глаза встретились, и сердце Софи снова странно затрепетало, так что ей пришлось отвести глаза.

– Спасибо за помощь. Думаю, без тебя я бы не справилась.

Фитц кашлянул.

– Я не заслуживаю твоей благодарности.

– Почему?

Он пнул землю носком ботинка:

– Потому что… я знал, что будет, и не сказал тебе, когда заставил пойти со мной. Я даже не думал, что тебе будет так тяжело переехать сюда, пока не увидел тебя там на полу. Такое чувство, что я испортил тебе жизнь.

– Фитц… – Софи замолчала, подыскивая слова, которыми можно было бы описать сумасшедшие чувства, охватившие ее. – Сегодня мне было тяжело. Но вчера ты был прав. Мое место в этом мире.

Фитц выпрямился, будто камень упал с его плеч:

– Правда?

– Правда. Не волнуйся за меня. Все будет хорошо.

Как бы она хотела, чтобы это было правдой, – она повторяла эти слова как заклятие, пока закрывала дверь в комнату и переодевалась в пижаму.

И все же, лежа в темноте в одиночестве, без родителей, укрывающих ее на ночь, без Марти на подушке, она больше не могла храбриться. Она свернулась в клубок и зарыдала, оплакивая все, что потеряла. Но когда наконец уснула, ей снилась жизнь, полная друзей, радости и понимания, что хоть где-то она наконец-то своя.