Заколдовать учителя? Нет проблем! - Томас Брецина

— Дамам еще не пора отдохнуть? — спросил Стэн с наигранной галант­ностью.

Лисси сощурила глаза и выгнула спи­ну, как кошка, которая собирается прыг­нуть на врага. Тинка крепко обхватила ее руку повыше локтя и произнесла подчеркнуто спокойно:

— Мы ждали вас, чтобы вы не заблу­дились. Ведь всем известно, что мальчи­ки ужасно боятся темноты.

Фрэнк пробурчал сквозь зубы что-то вроде «идиотка», после чего Лисси рва­нулась вперед, как злая собака на цепи, но Тинка удержала ее.

— Что это значит? Разве они оба не заслужили хорошей взбучки? — возмутилась Лисси, когда девочки оказались

у себя в комнате.

Тинка медленно покачала головой. В ее глазах промелькнуло что-то дья­вольское.

— Они заслужили кое-что похуже. Но поскольку мы теперь знаем, кто хочет нас выдать, нам больше нечего бояться.

Лисси вынуждена была признать ее правоту.

Ты имеешь в виду что-нибудь оп­ределенное? — спросила она.

Нет, пока нет! — ответила Тинка, сделав особое ударение на слове «пока». Возможно, она не была такой стремитель­ной и смелой, как Лисси, но зато после некоторого размышления ей всегда при­ходили в голову удачные мысли. В том, что касается идей и планов, Лисси посте­пенно научилась полагаться на сестру.

— Этакие гадкие ламы! — шепнула Лисси.

Со злорадными гримасками девочки закрыли глаза и моментально уснули.

— Пожалуйста, может кто-нибудь по­садить на цепь это маленькое чудови­ще? — причитал человек в слишком

свободном сером костюме и со слишком недовольной для такого места физионо­мией: он должен был следить за поряд­ком в ратуше и заботиться о парах, за­ключающих брачный союз.

Браки регистрировались в трех специ­альных помещениях, и унылый парень одновременно наблюдал за порядком в каждом из них и устранял недоразуме­ния, угрожающие чинным и торжествен­ным церемониям. Малыш Дэвид удрал сразу же после прибытия в почтенное здание ратуши и тут же шмыгнул под длинный шлейф одной из невест, а когда решил выбраться на волю, запутался и оторвал солидный конец шлейфа.

Спасаясь от возмущенных родствен­ников, а также от обозленного церемо­ниймейстера, бедный Дэвид ухитрился опрокинуть две высокие вазы и со всего размаха врезался в жениха, когда тот наклонился поправить шнурки на своих ботинках. Незадачливый жених шлеп­нулся так неудачно, что подбил один глаз и посадил ссадину под другим.

Лисси поймала младшего братца и те­перь крепко держала его за руку.

Я сейчас вызову черта, если ты не будешь вести себя как следует, — при­грозила она.

Ты не знаешь номера его телефо­на, — дерзко ответил невоспитанный мальчишка.

Наконец многострадальное празднич­ное общество было препровождено в не­большой зал, и гости расселись на приго­товленных стульях. Господин Тедимайер и госпожа Клювель стояли впереди, а пе­ред ними за столом с приветливой улыб­кой на лице восседал служащий, регист­рирующий браки.

Фрэнк, как всегда, попытался отли­читься остроумием, и когда добродуш­ный чиновник спросил господина Теди-майера: «Хотите ли вы взять Грит Клю­вель в законные супруги, и если хотите то скажите «да»!», — Фрэнк во всеуслы­шание произнес: «Мамочка, ты еще мо­жешь передумать!»

Служащий магистрата не смог пода­вить легкой усмешки, кто-то из гостей захихикал, но большинство посмотрело на Фрэнка осуждающе.

Наконец необходимые формальности были выполнены, и Борис Тедимайер запечатлел на губах жены робкий поце­луй. Когда новобрачные покинули рату­шу, ожидавшие их на улице друзья, по обычаю, осыпали новоиспеченную суп­ружескую пару пригоршнями риса.

Тинка не верила своим глазам: жест­кая, не склонная к сентиментальности Лисси во время брачной церемонии тай­ком смахнула две непрошеные слезин­ки. Неужели она и вправду растрогана?

Сестры должны были оказаться дома раньше всех. Лисси — чтобы приветст­вовать прибывающих гостей у ворот и провожать их в сад. Тинка — чтобы объ­яснять гостям, где для них приготовле­ны закуски и напитки и где находится туалет. Девочки гордились тем, что им разрешили без взрослых поехать домой на такси. Когда машина остановилась и Тинка стала расплачиваться с шофером* с Лисси вдруг что-то произошло: она испытала нечто похожее на шок.

— Мы не выходим! — громко закри­чала она. — Едем дальше!

Ты что, рехнулась? — спросила ее Тинка, покачав головой. — Простите, мы должны выйти здесь.

Нет, мы едем дальше! — настаивала Лисси.

Выходим! — прикрикнула на нее Тинка и открыла дверцу машины.

Закрой! Нам нужно ехать! — Каза­лось, Лисси была вне себя и полностью утратила чувство реальности.

Шофер, приветливый человек с мор­жовыми усами, повернулся к пассажи­рам и терпеливо спросил:

Итак, что мы будем делать, юные особы? Выйдем или поедем дальше?

Выйдем! — решительно сказала Тинка.

Поедем дальше! — Глаза Лисси рас­ширились от страха.

Тинка не могла понять, почему Лис­си, сидевшая позади водителя, внезапно соскользнула вниз, на пол, как будто что-то уронила.

— Но, Лисси, почему... — Дальше Тинка не стала спрашивать, так как уви­дела ответ собственными глазами.

Впереди на тротуаре стояла статная женщина в ниспадающей черной накид­ке, слишком теплой для летнего дня. Ее серая шляпа напоминала вывернутый наизнанку горшок, на остром носу выде­лялась бородавка, из которой тянулся длинный волосок.

Тинка узнала ее. Это была колдунья-наставница, с которой они уже несколь­ко раз имели дело, и у них сохранились об этих встречах не совсем приятные воспоминания.

— Вылезай, бежим! — скомандовала Тинка и широко распахнула дверь.

Она выскочила первой и, схватив Лисси за запястье, потащила ее за со­бой. Колдунья-наставница, жестом под­зывая девочек, приближалась. Они бро­сили на нее затравленный взгляд и ри­нулись в глубь сада. Забор затрещал, когда они с силой захлопнули за собой ворота. К их радости, внутри торчал кем-то позабытый ключ. Лисси повер­нула его на два оборота и помчалась во­круг дома, чтобы войти в него с той стороны, где была терраса. Тинка, спо­тыкаясь, бежала за ней. Еле дыша они упали на стулья, приготовленные для гостей.

— Это определенно связано с Ваннэ, — с трудом выговорила Лисси, хва­тая ртом воздух.

Тинка озабоченно кивнула.

Из гостиной в сад вышли два офици­анта с большими серебряными подноса­ми и предложили девочкам маленькие бутербродики. Поскольку от волнения Тинка всегда ощущала голод, она обеи­ми руками схватила сразу несколько и запихнула себе в рот.

С улицы донесся шум автомобилей, которые с короткими гудками останови­лись перед домом. Прибыли гости, и во­рота необходимо было отпереть.

— Я не пойду, — сказала Лисси и, словно защищаясь, закрыла лицо ру­ками.