Графиня Кейт - Шарлотта Мэри Янг

Правда, она с грустью посматривала на весело игравших неподалеку детей: на мелководье барахтались крепкие малыши, маленькие девочки в шляпках несли наполненные чем-то корзинки, мальчики брали приступом какой-нибудь воображаемый замок… Но все эти развлечения для Кейт были недоступны: ей было позволено гулять по берегу с Жозефиной с условием, что она не будет играть ни с кем из детей. Сколько речей мысленно сочинила девочка, чтобы предостеречь тех, кому хотелось бы получить высокий титул и положение. В одном Кейт была убеждена твердо: графиням не позавидуешь!

Однажды утром, спустя неделю после их приезда в Борнмут, Кейт, читая полученное от Сильвии письмо, вдруг радостно подняла голову:

— Тетя Барбара! Знаете, кто сюда приедет? Элис и Сильвия-Джоанна! Мне можно будет с ними играть? Пожалуйста, тетя!

— О ком вы говорите? — спросила серьезно тетка.

— О племянницах дяди Вардура, двоюродных сестрах моей Сильвии. Они одних со мною лет и, должно быть, веселые, хотя Элис, кажется, больна. Позвольте мне играть с ними, — сказала Кейт, и на ее глазах показались слезы.

— Я сначала взгляну на них, а потом решу.

— Ох!.. Жить здесь возле двоюродных сестер Сильвии и не играть с ними? Пожалуйста, тетя Барбара!

— Кэтрин, пора вам знать, что своим нетерпением вы только дурно меня к ним расположите. Мне нужно их узнать сначала!

Кейт уже успела приобрести достаточно опыта, чтобы после таких слов тетки не пускаться с ней в разговоры. Но мысль о сверстницах, о свободной болтовне с ними и о настоящих играх, а вместе с тем боязнь, что все это будет ей запрещено и что поэтому Вардуры будут считать ее гордой и надменной, — все это ввергло ее в довольно жалкое состояние. В музыке девочка делала промахи в самых простых упражнениях, в чтении без конца ошибалась, а когда тетка сделала ей выговор, она уже не выдержала и залилась горькими слезами. Кейт не забыла того вечера, который кончился так ужасно, а потому твердо решила не повторять прежней глупости, но несмотря на это, даже напрягая все силы, чтобы сдержаться, сквозь рыдания было слышно:

— Ах, тетя Бар… бар… ра!.. Я не… мо… гу… у… дер… жать… ся!

Леди Барбара на этот раз не рассердилась и даже не посмотрела строго на Кейт. Она увидела, что племянница действительно старается сама себя остановить, и почти нежно сказала ей:

— Ничего, ничего, душа моя!

Тут из своей комнаты, получасом ранее обычного, вышла леди Джейн. Леди Барбара взглянула на сестру и, будто оправдываясь, поспешила пояснить:

— Я не сердилась, Джейн, право, не сердилась!

Смутно понимая, в чем дело, Кейт бросилась к тетке Джейн, спрятала лицо в ее коленях и, изредка всхлипывая и чувствуя руку, ласково гладившую ее волосы, перестала плакать. Вытирая лицо, она прислушалась к разговору теток.

— Я сама точно так же не могу с собой сладить… Ты помнишь, что говорила леди Лапоэр… И доктор тоже… Раздражительная, нервная натура… Доходит до истерики!.. — слышался голос леди Джейн.

— Несчастный характер… неприятное сходство… Я ведь старалась дать ей почувствовать, что не сержусь, и она долго боролась с собой, чтобы удержаться! — говорила леди Барбара.

Немного ободренная этими словами, Кейт приподняла голову, а леди Джейн, целуя ее в лоб, повторяла:

— Душа моя! Тетя Барбара на вас не сердилась. Не сердилась.

— Конечно, нет! — сказала, в свою очередь, леди Барбара. — Не сердилась потому, что заметила, как вы удерживались от слез.

Кейт осмелилась привстать.

— Да меня совсем не слова тети Барбары заставили плакать, я просто беспокоюсь насчет Элис и Сильвии-Джоанны, — пробормотала она тихо.

Тетя Джейн приласкала девочку, и та продолжила смелее:

— Меня огорчает не только то, что я не буду с ними играть, хоть мне и очень хочется. Ведь нехорошо быть гордой и неблагодарной и показывать презрение к своим двоюродным братьям и сестрам!

Слова эти были похожи на те речи, которые Кейт сочиняла и обычно оставляла про себя. С тетками она никогда так не говорила. Но сейчас все это было сказано без раздражения, и леди Барбара ответила:

— То, что вы говорите, Кэтрин, справедливо. Но никто и не желает того, чтобы вы были горды и неблагодарны. Мы не хотим лишить вас удовольствия видеться с детьми Вардуров, но прежде я должна познакомиться с их матерью. И не могу вам дать позволения сблизиться с ними, пока не узнаю, какие это дети. Многое будет зависеть от вас. Я должна быть уверена, что вы будете вести себя с ними прилично.

Кейт почувствовала облегчение и глубоко вздохнула. Никогда еще она не была в таких хороших отношениях с теткой, девочке даже показалось, что они друг друга наконец поняли. Теперь ее обуял страх: а удачным ли будет ее знакомство с Вардурами?

В течение двух или трех дней Кейт рассматривала всех девочек на берегу, надеясь найти среди них ту, которая была бы похожа на Сильвию.

И вот однажды утром, когда она только оделась, а тетка Барбара ожидала в гостиной свою сестру, послышался легкий стук в дверь и доложили о миссис Вардур.

Вошла дама небольшого роста, с приятным лицом, в трауре, и с ней маленькая девочка, примерно одного возраста с Кейт.

После взаимных приветствий и поклонов тетка Барбара подозвала Кейт.

— Вот моя племянница, — объявила она, — подойдите, душа моя, и скажите что-нибудь миссис Вардур.

Кейт всегда робела перед незнакомыми людьми, поэтому сейчас она скорчила самую неприятную мину и свои приветствия пробормотала так нелюбезно и холодно, что леди Барбара поспешила вмешаться.

— Моя племянница с большим нетерпением ожидала вас! — сказала она.

Девочки подошли после этого к окну и стали молча и пристально смотреть друг на друга исподлобья.

Сильвия-Джоанна Вардур нисколько не была похожа на свою тезку Сильвию из Олдбороу. Это была худенькая девочка с кротким, но невыразительным лицом. Кейт удивило то, что Сильвия была гораздо наряднее, нежели она сама, даже в нынешнем своем положении. Ее собственное холстинковое платье, с большой пелеринкой, было почти такое же, какое она носила в Олдбороу, за исключением огромного количества белой тесьмы, которой оно было отделано. Большая круглая шляпка, защищавшая от солнца ее лицо, тоже напоминала ту, которую она носила дома. А на головке Сильвии-Джоанны красовалась маленькая шапочка без полей, обшитая широкой полосой синего бархата, за которой почти не было видно белой соломки шляпы. Кроме того, на ней была надета шелковая кофточка и шелковое платьице с синими же полосками, отделанное оборками.

Нарядный туалет девочки привел Кейт в смущение, поэтому она, нахмурившись, легонько постукивала рукой по подоконнику и, будто бы глядя в окно, рассматривала Сильвию-Джоанну.

В то же самое время взрослые дамы, хоть и не сидели молча, но тоже испытывали некоторую неловкость. Миссис Вардур слышала о том, что леди Барбара была грозной и надменной особой и поэтому ее побаивалась. А леди Барбара не была из тех, кто с первой улыбки умеет расположить к себе собеседника.